Не задумался я и над тем, что мой стажер, который до этого времени очень любил бродить по моему кораблю, теперь знал только одну дорогу, – из навигационной рубки в свою каюту и обратно. Более того, когда я на второй день нашего полёта попросил его сгонять в конвертерный зал, находящийся над трюмом, то он, почему-то, пошел к нему кружным путем, словно избегал даже близко подойти к моему космическому хольду и это также не навело меня ни на какие раздумья. Нейзер стал удивлять меня и тем, что в его взглядах, которые он изредка бросал на меня, читались явные удивление и уважение, хотя раньше он смотрел на меня насмешливо и даже нагловато. Ну, честно говоря, взгляды подобного рода по прежнему имели место быть всякий раз, когда я начинал морщить лоб, задумавшись над какой-нибудь проблемой. Своими ехидными шуточками этот тип как бы подбадривал меня и заставлял соображать быстрее.
На третий день после того, как мы стартовали от станции наблюдения "Галан", в полном соответствии с планом предложенным Бэкси, на "Молнии" внезапно захромала правая тахионная турбина и я был вынужден лечь в дрейф. Вместе с Нейзером мы оделись в скафандры повышенной защиты и полезли её осматривать. Поломка была не то что бы очень серьезной, но устранить её в открытом космосе без специального ремонтного бота мы не могли, хотя я и попытался это сделать. Нейзер показал неплохое знание в области тахионного привода и ремонта турбин, он то и предложил мне не рисковать, а немедленно идти к ближайшей звездной системе. На его взгляд продолжать полёт на одной турбине было неразумно, так как это привело бы к перерасходу меди, да, и насиловать тахионку мне было совсем ни к чему, чай не сражаемся, а выполняем обычный рейс.
После того, как я подал рапорт, мне уже нечего было и думать о том, что контора станет оплачивать счета за ремонт и потому я решил отмахать лишних десять световых лет и добраться до Бидрупа. Вот уж где-где, а вот там-то со своим патентом вольного торговца я даже без гроша денег в кармане мог рассчитывать не то что на ремонт турбины в кредит, но ещё мог и забункероваться самой первосортной медью в придачу. Нейзер от моего решения немедленно приуныл и скис, но я тотчас стал успокаивать его, говоря о том, что, дескать, знаю на этой планете каждый укромный уголок, все ходы и выходы и имею множество друзей, которые меня никогда и ни в чем не подведут. Так что зря он волнуется.
Нейзер приуныл не зря, ведь у него было мидорское гражданство, а у Бидрупа с Мидором были откровенно враждебные отношения. Поскольку "Молния" была приписана к Варкену и являлась моей собственностью, никто не посмел бы тронуть Нейзера на её борту, однако его это мало успокоило. И лишь тогда, когда я показал ему секретную боевую панель, с которой можно было управлять не теми дряхлыми корабельными бластерами, которые он однажды видел, а сразу шестью батареями новеньких, тяжелых счетверенных энергопульсаторов, он окончательно уверовал в свою полную безопасность.
С таким оружием можно было уже не бояться внезапного нападения на корабль. В завершении я сказал Нейзеру и о том, что произведу посадку в порту, который принадлежит вольным торговцам и что туда вряд ли сунется бидрупская военная полиция и это окончательно привело его в самое прекрасное расположение духа. В вольных торговцев, которыми битком был набит Бидруп, этот парень верил гораздо больше, чем в каких-то далёких варкенцев из клана Мерков Антальских. Нейзер повеселел настолько, что даже стал расспрашивать меня о бидрупских портовых кабаках и о том, где в этом огромном мегаполисе может отдохнуть парень, тоскующий по своей возлюбленной. Он, явно, имел ввиду не бидрупские бордели, а нечто совершенно иное.
Таким образом уже через неделю мы были возле Бидрупа и я, надсадно деря глотку, ругался со всеми диспетчерами сразу из-за того, что они не хотели давать мне разрешения на срочную посадку в космопорте "Бидруп – 17", принадлежащем Гильдии Вольных Торговцев. Мне даже пришлось пригрозить им тем, что я немедленно выключу вторую турбину и совершу посадку на ионно-вихревых двигателях прямо на территории какого-нибудь шикарного частного парка и пусть только кто-нибудь попробует сбить варкенский корабль, принадлежащий члену большого клана. В доказательство своих слов я даже поставил "Молнию" торчком и стал разгонять вихревики.
Эта угроза привела диспетчеров в чувство и они попросили меня сначала пропустить аварийно-техническое судно вольных торговцев, а потом садиться не мешкая. Меня не пришлось долго упрашивать. Заложив лихой маневр, я шустро бросился вслед за техничкой. Обматерив какого-то обормота, летящего на здоровенном пузатом хлебовозе, который всё никак не хотел меня пропускать, и, пройдя рядом с ним буквально впритирку, едва не чиркнув своими раскрашенными плоскостями по его обшарпанному борту, я все-таки пробился поближе к техничке и прочно сел ей на хвост. Нейзер был просто восхищен моим мастерством.
Космос над Бидрупом был как всегда многолюден и здесь нужно было уметь действовать быстро и напористо, не то ты никогда в жизни не увидишь посадочных огней космодрома. Ну, уж что-что, а как прошмыгнуть в такой сутолоке Нэкса мне не надо было учить, он и сам знал, как следует поступать в таких случаях. Мой пилот, чье андротело безвылазно находилось в варкенской каюте, ещё задолго до появления на свет первого мидорца совершал посадки и не на таких планетах. Бидрупские космопорты далеко ещё не самые перегруженные космопорты в галактике.
Вольные торговцы, услышав голос сразу же показавшийся им знакомым, тут же стали интересоваться уж не Хитрый ли это Варкенец обзавелся таким шикарным, размалеванным корытом. Мне пришлось признаться, что это я и есть. Тогда посыпались вопросы, куда я подевал своего "Жулика" и вообще где это пропадал столько лет. По требованию своих старых товарищей мне пришлось перейти на экраны их корабельных супервизио, чтобы они могли увидеть мою довольную, ухмыляющуюся физиономию.
Не смотря на то, что я не совершал посадки в коммерческих портах более двадцати пяти лет, меня всё ещё хорошо помнили и это вызвало дополнительный восторг и восхищение в глазах Нейзера. Меня тут же стали пытать, что это ещё за усатая физиономия ухмыляется на экране рядом со мной. Когда они узнали о том, что у меня появился компаньон с Мидора, это и вовсе вызвало дополнительную бурю восторга со стороны вольных торговцев и почти немедленное появление на экране какой-то хмурой рожи в синем мундире военной контрразведки с золотыми генеральскими звездами на малиновых погонах. Вояка тут же истошно заорал мне с экрана:
– Эй, Хитрюга Мерк! Ты чего это удумал? Хочешь загреметь под суд военного трибунала? Если ты и твой поганый мидорец произведете посадку, я немедленно арестую судно и возьму вас обоих под стражу! Ты, Хитрюга, заплатишь штраф, а твой дружок мигом отправится на каторгу, у меня тут уже есть для него подходящая компания…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
