Не менее удивительны рассказы солдат, заглянувших смерти в глаза уже в наше время: "Когда на моих глазах шальной снаряд превратил возницу вместе с конем и повозкой буквально в пыль, для меня время полностью остановилось, сколько я просидел без движения - 20, 30, 60 минут - не знаю" (летчик А. Маркуша); "...Я так залюбовался красивым полетом летящей прямо в меня пули, что даже увернуться не догадался, хотя времени для этого у меня было предостаточно!" (капитан Н.З.);
"...Черный ствол ручного пулемета, стрелявший в меня с 5 метров, мне показался очень большим, даже огромным; время остановилось, наступила полная тишина, я просто успел не спеша отойти в сторону, и пули прошли левее." (сержант В.Ч., 1984); "...Душман выстрелил мне в голову, самого выстрела не слышал, но ясно видел, как медленно росло облако порохового газа возле его ружья и как разрывная пуля высекла осколки из камня." (рядовой А.К., 1986)...
Эти солдаты спасались от пуль как бы по-волшебству, но, видимо, правилам поведения в экстремальных условиях можно и обучать. Во всяком случае именно так и поступают последователи некоторых единоборств. Известно, например, что когда в 1940 году расстреливали наркома внутренних дел Н.И. Ежова, тот метался в тесной камере так, что ни одна пуля в него не попадала!...
Инженер Ю. Росциус тщательно расследовал произошедший в 1977 году случай, когда падающий двигатель комбайна едва не раздавил человека. Расчеты подтвердили: счастливчик никак не мог увернуться от несущегося на него агрегата весом в тонну, спасти его могло только чудо или несколько лишних секунд (что, собственно, одно и то же)!
Десантник А. Конаков, падая в 1992 году с высоты 35 метров без парашюта, утверждает, что сгруппироваться и правильно приземлиться он сумел только благодаря неестественно растянутому времени...
Газета "Пропеллер" в 1992 году расследовала и хронометрировала показания другого парашютиста, который так описывал один из своих прыжков в 1988 году: "До линии высоковольтных передач оставался всего метр и отвернуть от нее, казалось, было невозможно. Но внезапно мой спуск прекратился, я повис в воздухе, едва не касаясь ногами смертоносных проводов. Странно! Посмотрел наверх - нет, купол парашюта ни за что не зацепился, все, что его держит, это воздух! Краем глаза заметил бегущих по полю людей, они тоже застыли на одном месте и как бы повисли в воздухе! Тут я вспомнил все, чему меня учили, с силой натянул несколько строп и... парашют повело в сторону от проводов! Приземления не помню, люди, которые подбежали, потом говорили, что я несколько минут просидел с открытыми глазами, ни на какие вопросы не отвечал..."
Раймонд Моуди в своей знаменитой книге "Жизнь после жизни" рассказывает, сто люди (или их души) за 2-3 минуты клинической смерти переживают несколько часов удивительных приключений. Там же он приводит немало свидетельств очевидцев, для которых время перед лицом смертельной опасности растягивается. Оказывается, что проносящиеся в такие моменты перед человеком воспоминания о своих близких не являются литературной выдумкой: "Я понял, что происходит, и страшно перепугался. И вот за то время, пока грузовик несся юзом на мост, я передумал обо всем, что было в моей жизни. Я просто видел какие-то картины... совершенно как в жизни. Вначале я вспомнил, как я шел за моим отцом по берегу ручья, мне тогда было 2 года. Как у меня сломалась новенькая красная машинка, которую мне подарили на Рождество, когда мне было 5 лет. Как я плакал, когда первый раз пошел в школу, и слезы капали на яркий желтый плащ, который мне купила мать. Я понемногу вспомнил о каждом из классов начальной школы, всех учителей и кое-что из того, что мы учили в каждом классе. Затем последовали юношеские годы, работа в бакалейной лавке, после чего память перенесла меня в ближайшее время... Все эти вещи и многое другое просто проносились в моем сознании, все это произошло очень быстро, буквально за доли секунды, Потом все прекратилось, и я стоял рядом и смотрел на грузовик... Он был совершенно разбит, но я не получил никаких ранений, я выпрыгнул из кабины через раму ветрового стекла... Могу вспомнить все виденное, но это заняло бы не менее пятнадцати минут. Но тогда это произошло мгновенно, менее чем за одну секунду".
Действительно, обычные шоссейные дороги опасности таят не меньше, а порой и больше, чем воздушные трассы. По количеству погибших автомобильный транспорт в силу своей массовости прочно удерживает первое место, поэтому неудивительно, что и обычные шоферы нередко сталкиваются в критических ситуациях с необъяснимыми явлениями: "...Я помню каждую мелочь, каждое мгновение... Лопнуло колесо, автомобиль внезапно бросило с дороги, он ударился в забор. Я отчетливо помню, как медленно ломались штакетины, как одна из них вдруг выгнулась и пробила лобовое стекло, как раз напротив водителя. Ее острый конец был направлен ему в грудь. Я обомлела... Однако мой 16-летний сын Боб резко нагнулся и острый кол прошил насквозь сиденье!" (мать и сын Вилеры, 1992, Ковентри, Англия).
Александр Никодимович Басов также едва не попал в автомобильную катастрофу вблизи Москвы в 1975 году: "Скорость - около 80 км/час. Объезжаем возвышенность, и вдруг прямо перед нами, посреди дороги, резко затормозил "Москвич"... И вот я спокойно сижу и наблюдаю, что происходит. Очень плавно, как в замедленном кино, капот машины стал поворачивать... Все происходит страшно медленно. Но поворачиваю голову к водителю и удивляюсь - руки его быстро, стремительно вращают баранку! Меня поразил этот контраст. Капот машины уже поворачивает в другую сторону. Вот сейчас ударим "Москвич" - мысль течет в нормальном времени. Но наша машина проплывает в нескольких сантиметрах от легковушки и замирает, став поперек дороги. Сколько мы с водителем стояли неподвижно, я не знаю. То, что я описал, заняло 58-60 секунд. На самом деле это были считанные мгновения"...
Г. Снедкова в августе 1992 года возвращалась в Москву из отпуска. Ничего не предвещало беды, трасса была ровной и полупустой, как вдруг: "С "Жигулями" что-то произошло, нас бросило с дороги, машина несколько раз перевернулась на откосе... Может это и литературная метафора, а может и мое субъективное впечатление, но тех мгновений для нас всех просто не существовало. Машина катилась меньше, чем один миг, нормальное восприятие времени к нам вернулось чуть позже..."
Продолжает наше повествование Виталий Ч.: "В 1970 году мы с дедом возвращались домой. Он уже перешел дорогу, меня что-то задержало, и дед Степан сделал мне рукой знак остановиться... Я уже почти добежал до него, как вдруг заметил, что с ноги сорвался мой босоножек. Все произошло чисто автоматически - я просто развернулся, добежал до середины дороги, поднял его и вернулся, при этом понимая, какую непростительную, смертельно опасную глупость совершаю. На бегу краем глаза я заметил, что легковой автомобиль остановился, но едва я отбежал в сторону, он, по-прежнему на большой скорости, просвистел мимо. Выходит, все произошло очень быстро, настолько быстро, что дед даже не заметил, как я возвращался..."
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
