Глава 3
Они что, к войне готовятся, к коварному нападению извне? Загадка!
Ну, пока что роль коварного врага возьму на себя я. Прошептала нужные слова и толкнула их вперед. Огненная вязь легла на прутья. Защитная зелень недовольно вспыхнула, но все же развеялась. Запор жалобно заскрипел, сдавшись. Готово. Оставив сундуки на обочине – кому они нужны, в самом деле, ночью – прошла во внутренний двор. Надо искать кого-то из местных.
Вгляделась в темноту. Глаза привыкли, и теперь я видела смутные очертания здания далеко впереди. Да оно огромное, надо же, целый замок с резными башенками! Интересно, а…
Мысли вылетели из головы – от резкого и весьма чувствительного толчка в мягкое место. Было немного больно, но больше обидно. Это что еще такое?!
Резко развернувшись, приготовившись тумаками угостить обидчика, покусившегося на мою, так сказать, сидячую честь, и остолбенела, увидев… козу!
- Бяяяя! – проблеяла нахалка, с намеком выставив вперед изогнутые рога и грозно задрав куцый хвост.
- На языке рогатых это значит «Добро пожаловать!», - раздался за спиной мужской голос.
- Спасибо за перевод, - ответила, оглянувшись и увидев высокого мужчину со светлыми волосами, маго-рисунок с которого уже видела в досье, - господин Тенич. Рада, что вы, в силу каких-то неведомых мне обстоятельств, с легкостью переводите с козлиного.
- И похвалили, и оскорбили, - он усмехнулся. – Вы всегда столь любезны, госпожа Виктория?
Значит, о моем появлении сообщили заблаговременно, как и положено.
- Лучше госпожа Нагоски, - сухо исправила я и язвительно отметила, – вы тоже были очень любезны, господин ректор. Особенно приятны оказались гостеприимно распахнутые врата.
- Бяяя! – напомнила о себе рогатая животина.
- Ах да, а ваша сторожевая коза вообще вне конкуренции!
- Рад, что вы оценили, - Тенич погладил ее по торчащему между рогов пучку шерсти, и морда нахалки расплылась довольством. – Это Бодуля, знакомьтесь.
То, что она Бодуля, я уже и так поняла, до сих пор полупопия ноют.
- Отложим все знакомства на завтра, - с опаской глянула на козу. – Проводите меня в мою комнату, пожалуйста. И потрудитесь перенести в нее мой багаж, он за воротами остался.
- Непременно, госпожа Виктория, - ректор шагнул ко мне, - как прикажете.
Вот нахал, специально ведь провоцирует!
- А завтра с утра, будьте любезны, предоставьте всю документацию на Академию. Отдельно отсортируйте учебные планы и досье на студентов, а также финансовую отчетность, господин Тенич.
Мысленно позлорадствовав, я, сопровождаемая светлячками, направилась за ним, шагающим к темнеющей впереди громадине Академии. Жаль, что сейчас ее толком не рассмотреть, как и самого ректора. Ничего, исправлю этот недочет завтра. То есть, здание буду разглядывать, конечно же, до мужчины этого мне никакого дела нет, разумеется.
Скрип двери наполнил холл, темноту в котором тщетно пыжились рассеять канделябры со свечами. Гулкие шаги улетели ввысь – похоже, тут мраморные полы и очень высокие потолки. Широкая лестница с изогнутыми перилами привела нас на пятый этаж. Коридор, поворот, еще и еще – да я тут заблужусь завтра с утра! По этому замку только с картой можно передвигаться, или с проводником.
- Вот ваши покои, - толкнув дверь, позволив светлячкам влететь внутрь, ректор помедлил и с усмешкой добавил, - госпожа Виктория.
Неймется вам, да? Я промолчала, раздраженно придумывая остроумный ответ.
- Что еще приготовить на завтра из документации? – участливо осведомился нахал, прервав мои бесплодные старания. – Перечень всех закупок за последние три года?
- Отличная мысль, - я кивнула, с удовольствием увидев, как вытянулось красивое лицо, обрамленное прядями, выбившимися из волос, собранных в небольшой хвостик. – Только не за три, а за пять лет, будьте любезны.
- Буду, - мрачно откликнулся он. – Вариантов у меня все равно нет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Вот именно, говорливый мой.
- Тогда не теряйте времени, приступайте, ночь коротка, - я вспомнила про сундуки. – И не забудьте про багаж.
- Распоряжусь, не переживайте, - Тенич отвесил поклон, но, сделав шаг к двери, развернулся. - Кстати, у Бодули очень острые рога, - он усмехнулся. – Могу принести вам крем от синяков, - его взгляд многозначительно уставился на то место, которое пострадало при моем первичном знакомстве со сторожевой козой. – И даже поспособствовать вам в залечивании боевых ран.
Каков наглец! Мои щеки вспыхнули. Но ничего, с козой я повздорила впервые, а вот козлы мне встречались и раньше.
- Уймите вашего внутреннего медика, ректор, - посоветовала ему. – Лучше разбудите в себе бухгалтера и завуча. Это будет полезнее для всех.
- Отдал бы честь, - ответил он. – Но боюсь, вы напомните, что к пустой голове не прикладывают.
- Именно так. Спокойной ночи, - помедлила, - мне. А вам удачно поработать.
Закрыв дверь на засов, огляделась. Довольно простая комната, стол у окна, большая застеленная стеганым покрывалом кровать с балдахином, шкаф, комод, столик со стульями вокруг. В центре столика тарелка с сыром, хлебом и фруктами, чашки, кувшин с молоком. Позаботились, приятно.
Глава 4
В соседнем помещении обнаружилась ванная и туалет. Чисто, безлико, как и во всех академиях. Но чутье подсказывает, что здесь все будет далеко не так, как в других учебных заведениях. Немудрено, учитывая, что недавно случилось в окрестностях.
Стук в дверь отвлек от размышлений. Открыв, увидела заспанных лохматых подростков, которые тащили сундуки.
- Вот здесь поставьте, - велела им, указав на пространство у стены. – Спасибо.
- Пожалуйста, - парни синхронно зевнули и побыстрее улизнули в коридор, пока им не дали новых поручений.
- Как вам апартаменты? – осведомился Тенич, войдя следом за ними. – Что-то нужно?
Если опять заведет песню про синяки от сторожевой козы, сама его забодаю, честное магическое!
- Мечтаю об отдыхе, - намекнула прозрачнее некуда.
- Понял, ухожу, - он как раз был в дверях, когда из одного из сундуков раздалось приглушенное «яфф-яф».
- С вами животное? – его бровь колко взлетела на лоб.
- Н-нет, - я подошла к багажу.
- Позвольте мне, - ректор оттеснил меня и прошептал заклинание.
Крышка с грохотом распахнулась – попутно раскрошив крепление замка. Из нутра что-то поднялось и… громко чихнуло. Когда мое нижнее белье полетело во все стороны, обнаружилось, что это Лили, прижимающая к груди Дотти.
- А вы суровы насчет воспитания, как я погляжу, - хмыкнул ректор. – Ваша дочь всегда путешествует с вами столь экстравагантным образом?
- Я… - мысли разлетелись, не желая нанизываться на ось предложения.
Да и что тут скажешь?
- Однако это не мое дело, - констатировал Тенич. – Кстати, любопытный фасончик, - подняв с пола пикантную деталь женского туалета, он покачал ее на пальце, с любопытством глянув на меня.
- Идите уже! – рыкнула я, покраснев и отобрав у него трусики.
- Ухожу, – ректор снова отвесил поклон – как у него еще спина не заболела от них, и направился к выходу, - спокойной ночи.
- Как ты тут… - начала я, глядя на Лили, когда мы остались одни. – Хотя и так понятно. Но почему?
- Прости, пожалуйста, Тори, - почти беззвучно прошептала девочка. – Я утром вернулась домой, а отчим, он…
- Наказал тебя?
- Нет, - помотала головой. – Он умер. Там были соседки, говорили, что меня в дом сирот отдадут теперь. А Дотти туда нельзя.
- Яф, - подтвердил пушистый комок, высунувшись у нее из-за пазухи.
- Вот я и залезла в сундук, чтобы уехать с тобой. Прости, - она совсем съежилась. – Ты меня прогонишь? – голубые глазенки наполнились слезами. - Отправишь в дом сирот?
