Я помню каждую секунду, не могу забыть. Отвращение к себе, боль, ощущение использованности – все это липким осадком осело на коже. Но не только эти чувства одолевали меня, когда я впервые узнала, каково это не принадлежать себе. Я помню все: вкус его одержимых губ и каждое слово, взрывающее мой мир.
Ритм его бедер, кожу под своими ногтями. Тяжесть сильного тела на себе, и внушительную твердость его намерений. Как бесстыдно принимала его, находясь на грани сна и реальности.
– Расскажу. Я все расскажу, – влажная соль обжигает ресницы. – Не думай, что знаешь нас. Ты понятия не имеешь, что мы друг для друга значим. Он меня любит, Амиран. Сильнее, чем кто-либо в этом мире, – пылко заявляю я. Словно нарезками кадров из клипа наши с Нейтом воспоминания вспыхивают в памяти, вымещая окрашенные алым мысли о том проклятом утре… с другим, с тем, кого я не выбирала. И никогда бы не выбрала.
– Значит, он простит и третье свидание, tatlim. Если хорошо постараешься, никто не пострадает. Ни он, ни ваши семьи. А теперь подойди ко мне, и опустись на колени, – отдает неоспоримое повеление.
Это не сделка, а бескомпромиссный приказ.
Даже если откажу, он добьется желаемого силой.
– Я тебя возненавижу, – каждым словом проклинаю его я.
– Это больше не имеет для меня никакого значения, Алиса.
Глава 1
Анмар, Асад
Четыре года назад.
Нейтан– Ну, где ты, Ли? – нетерпеливо бормочу я, вглядываясь в темноту за высоким забором резиденции Саадатов. Опустив стекло, вдыхаю душный ночной воздух Асада, призывая все свое терпение.
Она придет. Мы обо всем договорились. Осечки быть не может.
Но, Шайтан, как же медленно тянется время.
Я намеренно припарковался в тени деревьев на другой стороне дороги, чтобы не привлекать внимание.
Действовать осторожно и незаметно меня научил отец, возглавляющий разведывательные службы Анмара. Джамаль Каттан – большая шишка и пример для подражания. Я планирую в будущем стать не хуже и добиться еще большего, но сейчас мне семнадцать, и все мои мысли заняты одной голубоглазой девчонкой, в которую я без памяти, до одури влюблен, а она считает меня всего лишь другом детства.
Черные в сумраке шапки пальм лениво раскачиваются под дуновением теплого ветра, в виднеющихся из-за мраморного забора окнах дворца давно погас свет.
Она опаздывает. На целых пятнадцать минут. Не знаю много это или мало, чтобы начать волноваться? Учитывая, что я торчу тут уже полчаса, и потряхивать меня стало, чуть ли не сразу, то вопрос можно снять за ненадобностью.
Бегло взглянув на браслет часов, добавляю еще пару минут. В нервном ожидании барабаню пальцами по рулю хаммера, без спроса позаимствованному из гаража отца. Надеюсь, он не заметит, учитывая, что у него их несколько. Одним больше, одним меньше, кто, вообще, считает эти железяки?
А у меня исключительная ситуация, а точнее личная секретная освободительная операция по спасению дочки шейха из-под его грозного ока. Это охренный риск, если мы оба попадемся, нам не просто влетит, а разразится настоящий скандал. Мало не покажется никому. Но, Аллах свидетель, повод у нашей авантюры – самый стоящий из всех возможных.
У Алисы сегодня день рождения, и может быть, это наш последний шанс увидится до ее отъезда в Америку. Если бы я был старше на год, мы могли поехать туда вместе. А теперь впереди двенадцать месяцев разлуки и неизвестно, как они нас изменят. Вдруг она влюбится в кого-то другого или шейх выдаст ее замуж до окончания университета? И что тогда?
– Нейт, открывай, ты спишь тут, что ли? – постучав в окно с пассажирской стороны, спрашивает запыхавшаяся Алиса Саадат. Откуда она? Как я пропустил?
Потеряв дар речи и улыбаясь, как влюбленный идиот от уха до уха, снимаю блокировку двери, и тут же в салон автомобиля врывается аромат ее духов со свежими цитрусовыми нотками.
– Ты угнал джип отца? – бросает, запрыгнув на соседнее сиденье. – Совсем идиот? А, если он заметит? Машина наверняка жучками напичкана. Найдут в раз. Забыл, кем твой предок работает? – тараторит раскрасневшаяся девушка, а я смотрю на нее, как заворожённый.
У Алисы невероятно красивое лицо, хрупкое, совершенное и такое живое, с задорным вызывающим блеском в голубых глазах и капризными полными губами, созданными для воплощения сексуальных фантазий.
Я таких девчонок, как Алисия Саадат, никогда не видел. И хотя я знаю ее с детства, эффект залипания в первые минуты каждой нашей встречи – никуда не исчез. Она меняется, взрослеет, и расцветает все ярче и ярче. Это невозможно не замечать, нельзя привыкнуть.
Может быть, однажды я ослепну…
– Хамдан Нейтан Каттан, я подозреваю, что ты не только тачку угнал, еще и напиться успел? – махнув перед моим лицом ладонью, она смеется над моим зависшим состоянием.
Сдернув со своей головы шелковый темный платок, она бросает его на заднее сиденье. Ее пепельно-белые волосы рассыпаются по плечам, спрятанным под черной абайей. Наплевав на все последствия, я зарываюсь в них рукой и, стремительно приблизившись, порывисто накрываю приоткрытые губы своими, горячими и жадными. В первые секунды она задерживает дыхание и замирает от неожиданности, а потом я уже не даю ей опомниться.
Воспользовавшись временным замешательством Ли, проталкиваю язык в ее сладкий рот, и дождавшись робкого ответа, целую глубоко и неистово.
Она не упирается, не делает ни одной попытки к сопротивлению и от этого молчаливого согласия у меня окончательно сносит крышу. Обхватив пальцами белокурый затылок, я прижимаю ее к сиденью, с хриплым стоном атакуя нежные губы.
Мы целуемся бесконечно долго, до потери дыхания и темноты за сомкнутыми веками. Сердце отчаянно барабанит в груди, по венам течет жидкий огонь. Она тихо стонет, податливо отвечая на каждое движение моего языка. Гремучее возбуждение превращает мое тело в один оголенный нерв и мне чертовски мало. Еще одно прикосновение и нас просто снесет в пропасть, но я не хочу думать о последствиях. Я до одури хочу Алисию с того момента, когда впервые узнал о физической стороне отношений с девушками.
Оторвавшись от влажных губ, чтобы глотнуть воздуха, прижимаюсь носом к виску Ли, считаю бешеные удары ее пульса. Она тяжело дышит, ресницы трепещут. С ума сойти, какая она невероятная. Это лучше, чем в любой из моих фантазий. Скользнув пальцами по тонкой девичьей шее, спускаюсь ниже, накрывая ладонью вздымающую грудь под тканью абайи… И все заканчивается.
– Хамдан, ты совсем спятил? – упираясь ладошками в мою грудную клетку, задыхаясь возмущается Алисия. Дерьмо, если Ли называет меня моим первым именем, значит, она жутко зла. Вранье! Уверен, что ей понравилось. Отстранившись, я откидываюсь на спинку своего сиденья. Кладу дрожащие руки на руль, сжимая до побелевших костяшек. Мне надо остыть. В таком состоянии я вряд ли смогу доставить нас в пункт назначения.
– Что на тебя нашло? – требовательный горящий взгляд впивается в мое лицо.
– Это был мой вариант: с днем рождения, Алия, – говорю первое, что приходит в голову.
– Алиса или Алисия, – поправляет девушка. И, правда, я ее раздраконил не на шутку. – Мне не нравится Алия.
– А Ли? – повернув голову, я с улыбкой смотрю на нее, грудную клетку заливает волна нежности. Алиса так очаровательно возмущается, при этом краснея, словно девственница. Но она и есть девственница. И эта девственность принадлежит ее будущему мужу.
Не мне, черт побери, не мне.
– Ли – можно, – снисходительно кивает моя невинная принцесса. – Ты же знаешь, как я не люблю все эти арабские имена, – поясняет она, приглаживая растрепавшиеся волосы.
– Но ты и есть арабка, Ли. Твой отец шейх целой провинции, – напоминаю я, включая зажигание.
– Мы поедем или так и будем торчать здесь, пока твой и мой отцы не натравили на нас специальный отряд?
– Успокойся, Ли. Через сорок минут будем на месте, – пытаюсь усмирить разгневанную девчонку. – Пристегнись, пожалуйста, – прошу я, и хаммер резво трогается с места.
