— Ох ты ж ничего себе! — подскочил могучий златокудрый бог с античным профилем и длинной кудрявой бородой. Закутавшись в белую тунику, он сидел в окружении трех ядреных красавиц-богинь. — Я-то тут каким боком? Твой северянин ее украл? Украл! Женой своей сделал? Сделал! Считай все, принадлежит мужу — значит, принадлежит его культуре и религии! Ваша честь, я решительно протестую! Тем более, что мой пантеон давно закрыт, и я имею право на заслуженный отдых!
— Протестует он! Кудри тебе крутить, а не протестовать! А я и сам скажу! — взорвался Один. — Парень — молодец! Воин настоящий! С таких, как он и начнется эпоха, славящая мою силу! А кто сейчас не воюет? Твои что ли? — он тыкнул пальцем в Амона. — Или, может быть, ваши люди образцы добродетели? — кивнул он остальным судьям. — А уж при этом кудрявом чего в государствах творилось, — кивнул он на Зевса, — поужинать между войнами не успевали!
— Ты за своими государствами следи! У тебя и государств-то нет — одни племена! — снова подскочил Зевс. Богини, раскудахтавшись заботливыми клушами, усадили его на место. — У самого последний оборотень скоро род прервет, а тебе и дела нет! — не обращая внимания на робкие усилия богинь гремел Зевс.
— Твое какое дело? — возмущенно подскочил Один. — Оборотней он моих считает! Баб своих лучше пересчитай, если тебе на пенсии заняться нечем!
— И тебе до пенсии недалеко! — парировал Зевс. — Новый христианский бог уже стоит и у тебя на пороге!
— Мое господство только начинается!
— Надолго ли?
В зале поднялся невообразимый шум, Зевс с Одином повскакивали с мест, обстановка накалилась, в воздухе заметались молнии.
— Тихааааааа! — верховный судья нервно заколотил молоточком по столу. Прекратить перепалку! Устроили базар из заседания, никакого порядка! Всем молчааааать!
С трудом восстановив порядок в зале, Энки хлебнул воды, чтобы успокоиться и снова заглянул в бумаги:
— На повестке еще два момента, — продолжил он, грозно поглядывая в зал, готовый сорваться при малейшем звуке. — Во-первых…
В этот момент раздался хлопок, в воздухе закружился вихрь из цветов, и на судейский стол сверзился удивленный белый козел. Он испуганно вылупил глаза, мекнул и внезапно стартанул прочь, скользя копытами по каменной столешнице и разбрасывая вокруг себя бумаги.
Волки Одина немедленно оживились и, бросив своего хозяина, кинулись в погоню. Козел с отчаянным меканьем ломанулся вглубь зала, ловко маневрируя между ногами и уворачиваясь от волчьих зубов. В зале поднялся переполох.
— Лови!
— Вот он!
— Кто это вообще???
— Ааааааааа!
Послышался скрежет опрокидываемых скамей, с резного постамента с грохотом обрушилась золотая амфора с цветами.
— Да что же это такое! — Энки вскочил, лицо его покраснело от возмущения. — Это для кого, геенна вас подери? Я же просил расширить и закрепить чертоги для жертвоприношений! — он с досадой метнул молоточком в одного из волков, который в пылу охоты на скорости с пробуксовкой разворачивался возле судейского стола. — А вы чего сидите как в гостях? — набросился он на остальных судей.
— Один, уйми своих зверей! Навести порядок в зале! — невозмутимо приказал египетский бог, двумя пальцами брезгливо снимая с плеча помятую орхидею.
Ацтекский бог даже не изволил снизойти до какой-либо реакции, а продолжал сидеть гордым изваянием, с презрением взирая на творящееся вокруг безобразие.
— Посмотри, а? Какие нервы! — покосившись на него цокнул языком Энки, одновременно пытаясь собрать в кучу разбросанные и порванные копытами бумаги.
Козел, вереща и уворачиваясь, забился под лавки, пристыженные волки виновато заняли свои места у ног Одина.
Шумно выдохнув, Энки потер дергающийся глаз и продолжил заседание:
— Следующий момент: сеидский вождь, судя по всему, обладал редчайшим даром. А именно, имел способность напрямую связаться с нами. Правильно, Сварог? Он умудрился обратиться к главе богов своего пантеона с просьбой наказать обидчика. На людском языке это называется проклятием. Поскольку сигнал был получен, в соответствии Главным Уставом всех пантеонов, мы не можем оставить его без внимания.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
В зале раздались удивленные возгласы.
— Да, признаю, дар действительно редчайший, это вам не шаманы какие или ведогоны, тут посильнее будет, — продолжал шумерский бог. — Весьма неприятно, что мы утратили такого проводника. Вы согласны со мной?
Верховные судьи важно закивали.
— Этот момент позже тоже обсудим, а пока ближе к делу. Сеидский вождь пообещал обидчику в качестве расплаты нечто более страшное, чем смерть, чем прибавил нам головной боли. Поэтому, запросто мы не отделаемся и сейчас все вместе должны решить, что именно это будет. Какие есть предложения?
В зале снова поднялся шум. Посыпались самые разномастные предложения от безобидных до извращенно кровожадных.
Энки нервно шарил ладонями по столу:
— Где этот молоток, чтоб его?
— У Сварога одолжи, — хохотнул Один. — Али у сына моего Тора!
Вокруг раздались смешки.
— Тихааааааа! — взорвался Энки. — Вам все шутки шутить? Словно мы по каждому пожеланию этих людишек заседания собираем! Тут дело серьезное! Согласно пункту 4.1. Главного Устава, проклятие, проведенное человеком напрямую, без помощи каких-либо проводников или ритуалов и дошедшее до адресата — обязательно к исполнению!
Публика немного поутихла.
Энки прочистил горло и, постучав себя в грудь, продолжил:
— Как главный судья я предлагаю к рассмотрению следующий вариант. Вполне банальный, но действенный. А именно — дождаться, когда в сердце обвиняемого войдет любовь, а затем отобрать женщину и отдать ее в жены Кретту, как стороне потерпевшей.
— Что? — взвился Кретт. — Мне-то она зачем? Да мало ли в кого он влюбится, может в страшилу какую! Вы что, хотите доверить выбор моей жены простому смертному?
— Идея хорошая, — загремел Сварог. — Давно пора тебе остепениться, да за ум взяться.
— Серьезно? — прищурился Кретт. — Мне в жены обычную смертную?
— А чего тут такого? — загромыхал Зевс. — Я — античный бог, и то смертными не брезгую, а ты лучше меня что ли? То тебе как наказание будет за то, что вызвался верховодить, да не справился! И рангом его понизить! Кто за?
— Тихааааааа! Это совет судей будет решать! — Энки захлопнул папку с папирусами. — Суд удаляется на совещание!
Глава 1
Темно, сыро… подвальный полумрак. Лишь тонкая полоска света от заходящего солнца пробивается сквозь убогую решетку под потолком. Я сижу на холодном камне, обхватив руками колени. Никаких мыслей в голове, лишь ужас и отчаяние от ситуации, в которую я угодила.
Девушки уже не плачут. Они просто замерли в оцепенении в ожидании. Что с нами будет? Что он сделает со мной?
Теург. Вот уже несколько лет он наводит ужас на пограничные королевства. Владелец северных земель и продолжатель династии Скельдунгов, он буквально за несколько лет подчинил себе свеаров и гётов, германские племена, заселявшие побережье Западной Норвегии и, оттеснив саамов, продвинулся далеко на север.
Теург объединил разрозненные фулки [1] Дании под властью одного конунга [2], установив контроль и свои правила вдоль всего побережья Аустмарра — Восточного моря, покорил земли эстов и вендов, закрепился в Ютландии и разгромил племена сейдов, много лет державших в повиновении полуостров. Он стер с лица земли даже упоминание о них, захватив все их владения и большую часть Нордского леса.
За сравнительно короткий срок Теург расширил владения своего отца — датского конунга Рэгнволда Мудрого, практически подобравшись к границам нашего королевства.
