class="p">
Бетезда:
(выглядя счастливее, водит ладонями по золотому платью) Боюсь, нигде. Вся моя одежда сделана для меня моим сыном, Фредриком. Он — чудесный портной, умеет создавать и добавлять драматизм. Если бы он делал платья для других, взлетел бы на вершину в мире моды.
Марлин: Так почему он этого не сделал?
Бетезда: Я не делюсь. Как все мои дети, Фредрик принадлежит мне. Многие матери ошибаются, думая, что мы тут для детей, но правда иная. Зачем нам приносить новую жизнь в этот мир? Чтобы у нас стало больше работы? Это неестественно. Дети существуют для выгоды родителей, а не как пиявки. Таланты Фредрика — чудесный пример. Так и в других делах. Я вложила деньги и ресурсы в развитие сына, значит, я имею эксклюзивные права на его творения. Все это описано в пятой главе моей новой книги «Материнство с максимальной выгодой».
Марлин: Разве это не перебор? Вы же не одна делали яйца. Отцы тоже могут иметь право на творения…
Бетезда: Перестань, дракон-отец ничего не делает. Полеты пар — контракты, от этого выгода есть обеим сторонам. Если самец хочет долю яиц, это его дети, и он их растит, как считает нужным. Но если самец просит другую оплату за свои старания, типа денег или недвижимости, или просто славу за то, что он был так близко ко мне, это его выбор. Он не может прийти позже, потребовать детей, в которых драконша уже вложила много времени и сил. Я не забираю яйца, которые отдала супругам за годы, так что не пускаю их к своим. Это правильно. Мать должна быть абсолютом. Если впускать отца, когда он хочет, верность детей будет разделена, это посеет смятение и мятеж, а это не поможет успешности семьи.
Марлин: Допустим. Но что ваши дети думают об этом? Они ведь хотят знать двух своих родителей?
Бетезда: (холодно) Я думала, это был вопрос о моде?
Марлин: Мода и любовь близко связаны! Кстати о любви, (МАРЛИН переводит взгляд на стопку писем, безупречно меняя тему) Диана хочет знать, есть ли правда в сплетнях, что вы съедаете своих супругов. В вашем знаменитом Зале Голов есть прошлые супруги?
Бетезда: (обдумывает это миг) Несколько, но все они оказались там после того, как мы закончили близкие дела. Я — дракон, а не самка богомола. Любой мужчина, которого я выберу для полета пары, слишком полезен, чтобы сразу его убивать. Но позже, когда они начинают мешать, приходится отправлять своего рыцаря лишить их голов.
Марлин: Ах, да, великий и ужасный Конрад. Он с вами тут сегодня?
Бетезда: Конечно. (БЕТЕЗДА указывает влево, и камера показывает огромного мужчину в черном костюме с огромным мечом, стоящего в стороне от сцены) Конрад всегда со мной. Он — мое самое большое сокровище, самый верный сын, еще и третье самое опасное оружие нашего клана.
Марлин: Третье? Какие еще два?
Бетезда: (улыбается) Можешь спросить у голов на моей стене.
(Нервный смех)
Марлин: Продолжим. Вы упоминаете в книге, что общаетесь со всеми детьми, чтобы напомнить им, что за ними всегда следят. Как вы умудряетесь не потратить весь день на разговоры по телефону?
Бетезда: Легко. Я использую секретное оружие каждой матери: многозадачность. Я научила себя вести сразу четыре разговора во время поездки в Европу в одиннадцатом веке, которая длилась пятьдесят лет. Я могла вести много разговоров, и только так можно было справиться с придворными и драконьими интригами одновременно, и эта способность стала полезнее с ростом моей семьи. Но хоть я могу и часто справляюсь со всем сама, я помогаю себе современными технологиями. Потому я заставила одного из детей создать приложение в дополненной реальности только для меня, БетездаФон, его можно купить во всех магазинах приложений. Наш уникальный интерфейс не только позволяет вести много телефонных разговоров, они автоматически записывает текст разговора, так что не обязательно слушать. Вы можете быстро читать разговоры и включаться, и они не узнают, что вы не слушали все время!
Марлин: Ах, да. Еще один продукт умов «Heartstriker International». Ваши когти задели все, да?
Бетезда: Конечно. В отличие от ископаемых, которым хватает наглости звать себя главами кланов, я — современный дракон. Победа любит подготовленных и тех, чей разум открыт, и товарами можно захватить все, это выгоднее, чем простой набег.
Марлин: И не такое кровавое. Никаких баллист в зале совета.
Бетезда: Не такие, как обычно.
(Смех)
Марлин: Теперь мы увидели, как работает Хартстрайкер, давайте поговорим о том, как она играет. У вас есть любимые места отдыха, куда вы можете ускользнуть для перерыва от управления самым большим кланом драконов?
Бетезда: Я не верю в перерывы, но у меня есть дом на Гавайях для случаев, когда мне нужно время для себя. Это скромное местечко на пляже, несколько десятков комнат, но порой даже королева драконов хочет уюта, и близость вулкана хороша для огня.
Марлин: Я предпочитаю подводные гейзеры. Горячая вода ощущается чудесно.
Бетезда: Только потому что ты — морской змей. Нормальные драконы предпочитают сухой огонь.
Марлин: (возмущенно) Я нормальнее вас. У меня хоть есть чешуя. Из всех драконов мира только у потомков Кетцалькоатля есть перья.
Бетезда: И от этого красивее. Но мы не такие редкие птицы. Не забывай, что мы — самый большой клан в мире.
Марлин: Как я мог забыть. Вы постоянно напоминаете нам. Но, пока мы говорим об этом, давайте ответим на вопрос на миллион долларов: как вы умудряетесь держать столько драконов в узде? Мы уже знаем о вашем приложении, но что вы говорите в таких разговорах? Просто запугиваете их, или есть глубокая игра?
Бетезда: Разве это вопрос? Мы — драконы. Всегда есть глубокая игра. Я посвятила этой теме пятьдесят страниц третьей главы, «Гамбит матери». (БЕТЕЗДА поворачивается к зрителям) Дети-драконы — не человеческие. В людских книгах матери заламывают руки из-за приучения к горшку и изменений детей с возрастом, но мои дети рождаются с клыками, которые могут прокусить сталь. Они выдыхают огонь в первый месяц, к трем уже учатся летать, а к пяти годам меняют облик. И это драконы. Мы рождаемся с желанием завоевывать. Когда кто-нибудь переживал, что ребенок в двенадцать лет думает, как вас свергнуть? Но так делала моя наследница Амелия, я поймала ее на создании заклинания, и она заявила, что с ним изгонит меня в пространство между измерениями.
Марлин: Как беспощадно! Полагаю, вы это остановили?
Бетезда: Я же еще тут? И это не было необычным. Материнство
