– Может, сходишь на «Битву экстрасенсов»? – предлагаю я, на что Галя реагирует смачным комментарием в мой адрес, посылая меня куда подальше.
Я аккуратно вхожу в комнату, некогда бывшей её спальней, боясь наступить на одну из свечек или же, не дай Бог, уронить. Не хватало ещё пожара под новый год.
– А куда ты дела свой компьютер? – Я указываю пальцем на рабочий стол, устланный зеркалами разных размеров, ленточками, свечами, мешочками с благовониями, мелкими бумажками, картами и… – А соль-то тебе зачем? Погоди-ка… – Я склонилась над столом. – Это что, лук? Хлеб?
– Не трогай! – Взвизгнула Галя, когда я потянулась к кусочку хлеба.
– Я есть хочу.
– Так иди на кухню! Это для гадания! К тому же посмотри на часы. Будешь есть так поздно, попа превратится в дирижабль.
Она засмеялась, а я приподняла брови. И оставаться в долгу не собиралась.
– Ничего, тогда тебе одной в воздухе не скучно будет. Вместе будет летать.
– Я не толстая! – возмущенно вскрикивает Галя, затем смотрит сверху вниз на свои ляжки, расплющенные на кровати. Она поджимает губы, а я смеюсь. – Давай начнём!
Весь процесс я описывать не буду. Скажу только, что сестра меня окончательно задолбала. Встань сюда, сделай это, произнеси вот это…
Вот честно, в один момент я решила, что она мне сейчас кровь пустит. Скажет, что я обязана принести эту жертву ради нашего общего блага и её суженного.
Но, тьфу-тьфу, в этот раз обошлось. А пока Галя проводила все эти манипуляции, я придумала, какой желание загадаю в новогоднюю ночь. Чтобы её Саша наконец позвал замуж, и она уже перестала меня мучить.
Когда все манипуляции были выполнены, сестра смилостивилась и разрешила мне покинуть обитель оккультизма, чтобы попробовать выспаться перед сессией.
Я не стала писать сообщение своему другу, решив, что это точно затянется, и мне вообще не удаться поспать. Это у меня ночь, а у него там вовсю светит солнышко.
Расстелила постель и легла, мгновенно проваливаясь в сон.
Глава 3
POV Зоя
Вокруг темно. Даже слишком. Свечи освещают только круг, в котором сидим мы с сестрой. Но от такого освещения становится жутковато. Живот сводит, я сглатываю слюну.
– Бли-и-ин, – ною, стараясь преодолеть позыв страха, – я думала, мы уже закончили. Галя, сколько можно уже? Иди лучше, позвони Сашке, погуляйте, попейте Латте в Маке. Зачем тебе это все?
– Заглохни, словно дедушкин запорожец! – приказывает сестра, увлеченно изучая капельки воска в кружке, наполненной водой. – Вот… так-так… кажется, я что-то вижу! Вижу! Погоди-ка… – Она тянется к какой-то разноцветной книжке, перелистывает страницу. – Твой суженной… Оу…
– Что? – Мои глаза расширяются, чтобы увидеть, куда указывает палец сестры. Но я не успеваю.
Сестра вдруг исчезает, я остаюсь одна в комнате. Зеркало передо мной манит меня. Я смотрю на свое отражение, которое постепенно растворяется. Хлопаю глазами, не веря, что это происходит. А, может, это вовсе и не реальность?
В следующую секунду в зеркале появляется изображение. Сперва размыто, то затем все четче и четче я вижу незнакомый образ.
– Скажи… – откуда-то издалека, словно эхо, раздается голос сестры. – Говори уже!
Вместо того чтобы говорить, я сильнее вглядываюсь. Голубые глаза сияют, словно хрустальные шары на рождественской ёлке, притягивая меня похлеще магнита.
– Пора! – кричит Галя.
Я открываю рот, чтобы набрать как можно больше воздуха, дабы произнести то, что надо в таких случаях. Мы с сестрой много раз тренировались на всякий случай. Но перед тем как сказать, я стараюсь рассмотреть ещё что-нибудь.
Седые волосы на голове, почти белые. Точно такая же длинная кудрявая борода.
Что?
Красная шапка на голове.
Это что, шутка?
– Зоя! Быстро говори!
– Чур! – вскрикиваю я, когда губы существа начинают растягиваться в ухмылке. – Чур меня!
Я вздрагиваю, затем подскакиваю.
– Чур меня!
В ужасе оглядываюсь. Светло. Напротив меня небольшой шкаф, рядом тумбочка, на которой все ещё работает светильник. Я забыла его выключить. Перевожу взгляд на окно. Ещё не очень светло, но за окном явно не ночь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Выдыхаю. Фух, это был просто сон. Странный. Жутковатый. Но все же сон.
Протягиваю руку вправо, чтобы дотянуться до телефона. Два непрочитанных сообщения.
Your Romeo: Как прошло гадание? Увидела меня? Надеюсь, я тебе понравился *смайлик с красными щёчками*
Your Romeo: Желаю удачи на первом экзамене! Ты сможешь! Даже не сомневайся! *поднятая рука вверх*
Мои щеки вспыхнули, как бывает каждый раз, когда он пишет милости. И пусть я не знаю, как он выглядит и какой у него голос – буквы, подписанные его ником, всегда учащают мое сердцебиение.
Откидываюсь на подушки, глянув на часу. Почти семь. Пора вставать. Меня ожидает Павел Аркадьевич и его философия. Философ из меня весьма посредственный, поэтому, чтобы я удачно его сдала, должно случиться чудо – не иначе.
Я закалываю волосы в пучок, натянув на голову повязку для волос из кораллового флиса с бантиком, чтобы удобнее было умываться. Я нанесла на измученную морозом кожу увлажняющую маску, затем отправилась на кухню, чтобы взбодриться ароматным кофе. После такого ужасного сна мне нужен двойной эспрессо.
На кухне царило оживление. Папа варил кофе, мама доставала из микроволновки горячие бутерброды с сыром и ветчиной, умудряясь при этом помешивать овсянку, кипящую в небольшой кастрюльке.
– О, уже проснулась? – обрадовался отец. – Выспалась?
– Не говори глупости. – Мама укоризненно качает ложкой. – Как она могла выспаться, когда они гадали до двух часов ночи. – Мама оборачивается. – Да-да, я слышала.
Я сажусь на свое законное место, устраиваясь поудобнее.
– Да, Галя совсем уже сбрендила со своими гаданиями. Вот получу диплом, сделаю её своим первым пациентом.
Родители рассмеялись.
– А мне помнится, – говорит папа, ставя на стол кружки и наливая в них дымящийся напиток, – как кое-кто пару лет назад с удовольствием участвовал в процессе.
– Ну, пап, – возмущенно пыхчу я, – мне было десять! Нашёл, что вспомнить!
Родители переглянулись и вновь рассмеялись, отчего я заскрипела зубами.
– Что за веселье с утра пораньше? – слишком уж радостно для раннего утречка спрашивает моя сестра.
Она плюхнулась на свой стул, самым наглым образом отжимая мою чашку кофе. Галя нагнулась к чашке, втягивая аромат широко растопыренными ноздрями. Я улыбнулась против воли, так смешно она выглядела за этим занятием. Несмотря на то, что на людях моя сестра выглядит как модель, в стенах родительской квартиры и в окружении семьи Галя ведет себя как маленький ребенок. Вот она заговорщически подмигивает, на что я удивленно вскидываю брови.
– Приснился суженный?
Я поморщилась, вспоминая свой сон. Надеюсь, что нет. А то ждать мне своего суженного до пенсии.
– А тебе? – перевожу стрелки.
– Ага. – Галя широко улыбается. – Наконец все сделали правильно!
– Что сделали? – Мама прислушивается к нашему разговору.
– Погадали, – отвечает сестра.
– Приснился, что ли? – насмехается папа, потрепав сестру по голове, получая в ответ недовольное бурчание за испорченную прическу.
– Мне да, приснился! – громко объявляет Галя, быстро поправляя свои волосы.
– И кто? – Я прищуриваюсь, засасывая верхнюю губу в рот.
На кухне воцарилась тишина. Казалось, даже каша перестала кипеть. Всё в мире замерло в ожидании ответа. Кто же? Ну, кто же тот счастливчик, которому суждено стать суженным самой Галины Тимофеевой?
– Мой Саша, – выдыхает сестра, смущенно поджав губы.
Я закрыла рот рукой, чтобы сдержать рвущийся наружу смех, но долго удержать его не получится. Это все равно, что остановить поезд на полном ходу. И все же первым рассмеялся папа. Сделал он это так легко и непринужденно, что сразу стало понятно – кандидатура жениха полностью одобрена. Мама присоединилась к отцу:
