Быстро отобрав несколько подходящих досок, он бегом вернулся в дом, где пострадавших уже раздели и теперь осторожно пытались обследовать. Решительно отодвинув собравшихся, Вадим присел на скамью и начал задавать парням вопросы, одновременно ощупывая кости:
— Где болит?
— Тор его разберёт. Везде, — страдальчески морщась, ответил парень.
— Ноги чувствуешь?
— Да.
— Спина болит?
— Спина нет. А вот к заднице словно Тор кувалдой приложился.
— Переверните его, — скомандовал Вадим собравшимся воинам. — Только осторожно.
Два северянина ловко перевернули пострадавшего на живот, и Вадим принялся ощупывать кости таза.
— Чего ты меня лапаешь, баб, что ли, мало? — тут же взвился воин.
— Ну, раз так за задницу свою боишься, значит, жить будешь, — усмехнулся Вадим, продолжая проверять целостность костей.
К его удивлению, ничего кроме ушибов у парня не было. Убедившись, что ничего страшного с пациентом не произошло, Вадим приказал ему остаться в доме и занялся вторым рыбаком. Здесь всё было несколько сложнее. Удар кита пришёлся ближе к задней части каяка, а парень сидел в лодке вторым. В итоге парень получил перелом шейки бедра и костей таза.
Едва увидев опухоль, Вадим с сомнением покачал головой и, вздохнув, приказал звать ярла. В данном случае требовалась серьёзная операция, сделать которую он просто не мог. Свейн, отлично понимая, что просто так Вадим его звать не станет, быстро прошёл в дом и, подойдя к книгочею, тихо спросил:
— Что здесь?
— Плохо дело, брат, — вздохнул Вадим, отведя капитана в сторону. — Ему нужна серьёзная операция. Но сделать её я не могу. Нет ни инструментов, ни нужных лекарств. Боюсь, он обречён.
Слушая его, Свейн всё больше мрачнел. Широкая, короткопалая ладонь ярла сгребла его же собственную бороду в горсть, и Вадиму на секунду показалось, что Свейн сейчас вырвет её напрочь. Потом, совладав с собственными эмоциями, ярл задумчиво посмотрел на Вадима и, помолчав, тихо спросил:
— Если я найду всё нужное, ты сможешь вылечить его?
— Ты не понимаешь, о чём говоришь, брат. Здесь нужны специальные лекарства, которые заставят его спать всё то время, пока будет проходить операция. Нужно лекарство, которое не позволит воспалиться ране, и ещё одно, которое позволит лучше свернуться крови из ран.
— Я найду тебе такие лекарства, — твёрдо ответил Свейн.
— Где? — удивился Вадим.
— У друидов.
— Сколько времени тебе потребуется?
— К вечеру вернусь, — решительно ответил ярл, выходя из дома.
Проводив его взглядом, Вадим испустил тяжёлый вздох и вернулся к пострадавшему. Правое бедро парня заметно распухло и приобрело нездоровый, синюшно-багровый оттенок. На лбу парня выступила испарина. Ему явно становилось всё хуже. Позвав одну из девушек-воительниц, Вадим приказал ей набрать воды и постоянно обтирать лицо парня, чтобы хоть как-то снять жар.
Выйдя из дома, он отправился в скалы, где северяне оборудовали настоящий склад. Найдя среди кучи разнообразного оружия пару ножей, Вадим вернулся в дом и, отдав один нож лежащему парню, отделавшемуся простыми ушибами, приказал заточить его как для бритья. Сунув второй нож в очаг, он достал из мешка зубило и молот и, дождавшись, когда лезвие нагреется докрасна, принялся осторожно разрубать его на две ровные части.
Разрубив лезвие почти до рукояти, он выгнул каждую половинку так, чтобы концы при сжатии сходились. В предстоящей операции ему требовалось три вещи: скальпель, пинцет и игла. Не помешали бы ещё и несколько зажимов, но если чего нет, так лучше и не мечтать. Хотя… Бросив задумчивый взгляд на получившуюся конструкцию, Вадим выскочил из дома и, притащив ещё пару ножей, принялся повторять процедуру.
На получившихся пинцетах он согнул из проволоки скобы, насадив так, чтобы, смещая их по длине изуродованного ножа, можно было стягивать концы. Найдя среди своих вещей пару игл, Вадим согнул их, предварительно нагрев всё в том же очаге. Выйдя на улицу, он быстро отыскал кормчего, оттащил его в сторону и в ультимативном порядке потребовал приготовить уксус, вино и высушенные овечьи сухожилия, которые северяне использовали для хозяйственных нужд.
Лихорадочно роясь в памяти, он вспомнил, что медицинский кетгут до середины двадцатого века изготавливали именно из этого материала. Выходило, что им просто повезло, когда Свейн решил обзавестись собственной отарой. Готовя к операции всё необходимое, Вадим только мысленно позволял себе немного паниковать, стараясь не показывать, что действительно боится.
Пока он носился по всему поселению, готовя необходимые инструменты и материалы, стемнело. К удивлению Вадима, Свейн действительно вернулся через несколько часов. Едва только на бухту опустился вечер, как в дверях дома вырос усталый запыхавшийся ярл. Только теперь Вадим понял, что весь путь от дома до скита, где обитал друид, Свейн проделал пешком. Точнее бегом.
Шагнув к столу, Свейн выложил на доски несколько мешочков и, сиплым голосом приказав принести вина, прохрипел:
— Я нашёл всё, что ты сказал. Не скажу, что это было легко, но я принёс.
— Что именно? — настороженно спросил Вадим.
— Вот это нужно развести в вине и дать ему выпить за четверть свечи до того, как начнёшь резать, — ответил Свейн, беря в руки один мешочек. — Вот это поможет заживить раны и остановить кровь. А вот этим нужно смазывать раны, чтобы они не начали гноиться.
— Надеюсь, это поможет, — вздохнул Вадим, поворачиваясь к воинам. — Переложите парня на стол и разожгите побольше факелов. Мне нужно много света.
Воины осторожно переложили больного на стол, и Свейн, смешав необходимое количество принесённого порошка с вином, медленно влил смесь в запёкшийся рот парня. Глядя на это действо, Вадим отдавал должное выдержке и выносливости воина. За всё это время он не издал ни звука. Выждав указанное время, ярл сильно ткнул пальцем прямо в раздувшееся бедро парня и, не увидев на его лице даже тени гримасы боли, кивнул:
— Можешь начинать, Валдин.
— Поверните его на бок и привяжите, — вздохнул Вадим, понимая, что другого выхода нет.
Дождавшись, когда его команда будет исполнена, Вадим окунул наточенный нож в уксус и, смазав им же кожу на бедре и собственные руки, решительным жестом сделал первый надрез. Едва только обнажилась кость, как все стоявшие рядом дружно охнули. Диагноз Вадима оказался точным. Шейка бедра переломилась, словно спичка. Из разреза выглядывали обломки кости.
Взяв пинцет, Вадим принялся осторожно удалять осколки, задумчиво поглядывая на кость. В данном случае обычным лубком было не обойтись. Припомнив кое-что из исторических романов и инструктажей по оказанию первой помощи, он оглянулся на Рольфа и решительно сказал:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
