Читаем без скачивания Земля соленых скал - Сат-Ок

Шеванезы кочевали неподалеку от Полярного круга на крайнем северо-западе Канады.

"Посреди круга, образуемого берегами реки Макензи и Большого Медвежьего озера, подножием Скалистых гор и большой излучиной Юкона", простирается чаща, большая и темная, "как Северное море..." Там, в этой глухой чаще, в индейском шатре - типи, на берегу реки Макензи, в 1920 году у Белой Тучки и Высокого Орла родился сын, которого назвали "Длинное Перо" - на языке шеванезов Сат-Ок.

Канадские власти по отношению к индейцам ведут себя ничем не лучше полиции США. Племя шеванезов оказалось последним свободным индейским племенем, выжившим, уцелевшим, избежавшим уничтожения, но не сдавшимся. Шеванезы продолжали жить в густой дремучей чаще жизнью, перенятой ими от дедов и отцов. Отряды так называемой Королевской Конной полиции на протяжении многих лет нападали на шеванезов, пытаясь загнать их в резервацию.

Но по сей день гордое и неукротимое племя не сдается, уходит от своих преследователей и предпочитает узаконенной позорной каторге вольную первобытную, полную чудовищных трудностей и невзгод, суровую, но свободную жизнь.

В повести "Земля Соленых Скал" питомец племени шеванезов, сын свободолюбивой польки Белой Тучки и непреклонного вождя Высокого Орла, сумел с потрясающей правдивостью и суровой поэзией рассказать о неравной борьбе своих непокорных соплеменников против вооруженных поработителей.

Я не хочу портить удовольствие читателям, рассказывая им наперед, все, что сразу неодолимо завладеет их вниманием и сердцем, как только они начнут читать повесть Сат-Ока. Книга эта необыкновенная. Все, о чем мы читали в прежних романах о гордых и бесстрашных индейцах, все, что волновало, вероятно, каждого нормального мальчишку, когда он впервые соприкасался с книгами Фенимора Купера, Майн Рида или Густава Эмара, все встает на страницах повести Сат-Ока с новой, необыкновенной и безжалостной наглядностью. Все неожиданно и требовательно приближается к нам вплотную, реальное в своей жестокой сегодняшней четкости, не смотря на кажущуюся фантастичность... Разве можно не испытать заново священного трепета, когда читаешь, например, о том, как вождь шеванезов, отец Сат-Ока, а за ним и все другие вожди родов, один за другим, надрезают себе левую руку, чтобы кровью, павшей на почву, скрепить клятву верности земле отцов и не сойти с этой земли, как бы ни велики были силы врага-поработителя!.. И все эти волнующие, с необычайной живописностью выполненные, поражающие ум и воображение картины как бы втиснуты в грубую, жестоко корнающую их железную раму тех позорных, пытающихся возвратить век наш в прошлое, порядков, которые еще открыто обращены там, за океаном, против законов человеколюбия, равенства народов и элементарной справедливости.

Не стоит рассказывать здесь обо всем, что глубоко взволнует читателя, когда он познакомится с повестью Сат-Ока. Но читателям будет, вероятно, интересно узнать, что через три года после того, как завершились описанные в этой повести события, Белая Тучка, мать Сат-0ка, в 1936 году случайно узнала от кого-то из бродячих охотников-трапперов, что ее родина, Польша, существует в качестве самостоятельного государства. И она решилась предпринять дальнее путешествие и навестить родные края, по которым истосковалась. Вместе с ней поехал и Сат-Ок, младший сын.

В 1939 году, когда Сат-Ок вместе с матерью уже собирались вернуться к своему племени, в Европе вспыхнула вторая мировая война. Белая Тучка и Длинное Перо вскоре оказались в лапах гестапо. Сат-Ока задержали, как "человека нечистой расы". Можно представить, что пришлось вытерпеть Сат-Оку... Достаточно только вслушаться в скупую и краткую фразу, которую он написал, говоря о пережитом: "Я прошел сквозь ад..."

Но по дороге в лагерь смерти Освенцим непокорному белолицему потомку шеванезов удалось бежать. Он попал к польским партизанам в Борковицких лесах. Советская Армия вскоре освободила эти края. Тогда Сат-Ок вступил добровольцем в польское народное войско. Он был направлен в военно-морской флот. После демобилизации его перевели в торговый флот. Там он и служит, отдавая все свободное время литературной работе. Длинное Перо взялся за перо писательское.

Сат-Ок не забыл своих далеких соплеменников. Ему удалось установить и поддерживать связь с племенами, заточенными в резервации, а через них - с родным племенем шеванезов, которое все еще кочует на Севере в районе Медвежьего озера, по-прежнему не сдавшееся, гордое, свободное, независимое. Совсем недавно сестра и брат Сат-Ока погибли во время схватки с Королевской Конной полицией, напавшей на племя...

Ну, а матери Сат-Ока, той, о которой в племени шеванезов уже сложены легенды, Станиславе Суплатович, обосновавшейся в Кельцах, правительство Народной Польши определило пожизненную пенсию за политическую деятельность в 1905 году.

В 1957 году в Польше вышла первая книга сына Белой Тучки "Земля Соленых Скал", через год уже переизданная. Через два года читатели получили вторую книгу Сат-Ока "Белый Мустанг". Затем Сат-Ок закончил вторую часть своей книги "Земля Соленых Скал" - "Таинственные следы". В дальнейшем писатель взялся за работу над новой книгой о так называемой "Дороге слез", на которой погибли тысячи индейцев, насильственно переселяемых за Миссисипи.

Вот что мне хотелось сказать читателям, прежде чем они возьмутся за совершенно удивительную повесть Сат-Ока, любовно переведенную советским писателем Юрием Стадниченко, который и сообщил нам некоторые подробности об авторе повести "Земля Соленых Скал" - Длинном Пере, сыне Высокого Орла и Белой Тучки.

Лев Кассиль

I

Слышу среди лесов крики и вой протяжный

Слышу среди лесов бубны и клич войны

Спрячь меня, лес,

Следы мои, сотри,

Дай мне силу медведя

И ловкость пумы...

Если бы орел поднял тебя высоко над страной Толанди, что лежит на юг от реки Макензи, Большого Медвежьего озера и большой излучины Юкона, - запад заслонили бы от тебя высокие хребты Скалистых гор, а на юге перед твоим взором раскрылись бы горизонты широких прерий.

Эти прерии - дорога бизонов. Она тянется от канадских провинций Альберта и Саскачеван через обе Дакоты, Небраску, Оклахому до каменистого Техаса.

Посреди круга, образуемого берегами реки Макензи и Большого Медвежьего озера, подножием Скалистых гор и большой излучиной Юкона, ты увидишь чащу, большую и темную, как Северное море, из волн которого торчат каменные острова - одинокие глыбы гранитных скал.

Откуда взялись эти глыбы? Об этом рассказывают старые воины у костров.

Прежде чем в чаще родился первый ее обитатель - индеец, за нее боролись два духа: Канага - Дух тьмы и Набаш-циса - Дух света...

Борьба их была беспощадной - такой же, как и вся жизнь чащи. Властелин тьмы пытался задушить свет, Дух света - уничтожить тьму.

Канага-богатырь хватал гранитные глыбы и бросал их в озера, густо покрывавшие в те времена эту страну. Вода от падающих глыб выступала из озер и столбами взлетала в небо, покрывая его темными тучами, и в чаще становилось еще темнее: Канага плясал Танец Победы. Тогда Набаш-циса посылал стрелы-молнии. Они ослепляли Канагу. Канага в бешенстве снова бросал глыбы - и новая скала возникала в чаще.

Но вот Набаш-циса перенесся на юг, в страну, затканную тонкой паутиной рек и ручьев. Темный воин начал сгонять с северного неба тучи. Утомленные долгой дорогой тучи ослабели и покорились солнцу - союзнику Набаш-цисы, пролились слезами, а в каплях, падающих на землю, засверкало солнце. На севере - там, откуда пришли тучи,- вспыхнула радуга. Все вокруг озарилось светом. От этого света ослеп темный богатырь Канага: Набаш-циса плясал Танец Солнца.

Слепой Канага скрылся в темных расселинах гор, где живет и поныне. Не воюет, но, как только услышит в своем царстве безмолвия и мрака чей-нибудь голос, сбрасывает с гор каменные лавины...

Если бы орел поднял тебя ввысь и медленно пронес над чащей, ты увидел бы в ее тени большую серебряную рыболовную сеть: неисчислимое множество ручейков, рек, водопадов и озер.

Но вот птица снижается, и ты касаешься ногами одной из скал. Попрощайся с орлом по обычаю этого края - подними вверх правую руку. Он улетает в сторону гор.

Ты же спустись со мной со скалы в самое сердце чащи. Вокруг нас полумрак и тишина.

Если у тебя добрые намерения, будь спокоен: чаща поймет тебя. Но, если ты неразумно захочешь возмутить ее покой, она тебя уничтожит.

Я привел тебя в чащу и хочу, чтобы ты познал ее, хочу научить тебя всему тому, что сам к ней чувствую,- уважению и любви. Она - мой дом, дом моего отца, друзей, дом моего племени шеванезов. Она кормит нас и одевает, радует своей красотой, но может научить и страху.

Взгляни, там со старых огромных деревьев ниспадают до самой земли темные покрывала мха, зеленые и бурые.

Когда на ствол упадет луч солнца, кора заблестит серебром, как голова столетнего воина.