Залп. Разрыв – и всадник справа от барона, вместе с конем подброшенный в воздух, рухнул прямо в распоротую снарядом землю.
– Господи – мелькнуло в голове барона – Умоляю, только не сейчас! Не сейчас!
Немцы срочно опускали прицел. Стоящие рядом с орудиями несколько солдат присели и отчаянно палили в приближающуюся воющую смерть из винтовок.
Залп. Последний. Разрыв – и черный конь барона страшно захрипев, в невероятном прыжке рухнул прямо перед германцами на колени, а сам Врангель буквально перелетел через их голову. Удар о землю был очень сильный, но боли он не почувствовал. Огляделся и обомлел – шашку сжимал так крепко, что она и после падения осталась в его руке. Взмах и первый германец кулем рухнул на землю, еще удар и второй, закрывавший лицо руками, упал на свой пулемет.
Рядом со своим командиром остатки эскадрона дрались на немецких позициях врукопашную. Каушен был взят, ротмистр Врангель начал свою головокружительную карьеру. Всего через пять с половиной лет генерал Врангель станет главнокомандующим Русской армией…»
Поразительно описание бароном шока в действующей армии от отречения подряд двух российских императоров. Шок у патриотов-офицеров. И радость у тех, кто и сегодня радовался бы поражениям и гибели русского государства…
«Утром полкам были прочитаны оба акта и даны соответствующие пояснения. Первые впечатления можно характеризовать одним словом – недоумение. Неожиданность ошеломила всех. Офицеры, так же как и солдаты, были озадачены и подавлены. Первые дни даже разговоров было сравнительно мало, люди притихли, как будто ожидая чего-то, старались понять и разобраться в самих себе. Лишь в некоторых группах солдатской и чиновничьей интеллигенции (технические команды, писари, состав некоторых санитарных учреждений) ликовали. Персонал передовой летучки, в которой, между прочим, находилась моя жена, в день объявления манифеста устроил на радостях ужин; жена, отказавшаяся в нем участвовать, невольно через перегородку слышала большую часть ночи смех, возбужденные речи и пение.»
После Октября Врангель не поехал на Дон, не стал создавать сопротивление. Он уехал в Крым, где в доме своей матери в Ялте жили его жена и дети. Страшные месяцы большевистского террора, когда людей топили в море и расстреливали фактически без суда, он пережил чудом. Был арестован. Но потом, как ни странно, большевики Врангеля освободили. После прихода немцев в Крым Петр Николаевич опять-таки не поехал к Деникину, на Дон, в Добровольческую армию. Он поехал в Киев к гетману Скоропадскому. Но новое «независимое» украинское государство, которое через несколько месяцев исчезнет вместе с уходящими германцами, не понравилось ему настолько, что он уехал в Екатеринодар (Краснодар). Это произошло в августе 1918 года. Деникин доверяет Врангелю командование 1-й Конной дивизией. С того момента барон Врангель – душа белой конницы, организатор побед путем концентрации ударного кулака кавалерии. У белых в ней преимущество – казачество и бывшие кавалеристы большей частью на их стороне. Немногочисленная белая конница громит красных, конницей не обладающих. В ноябре 1918 года Врангель будет произведен в чин генерал-лейтенанта.
Звезда Первой конной, Буденного и Ворошилова еще впереди. Как и звезда руководителя обороны Царицына – товарища Сталина. Войска генерала Врангеля берут Царицын, когда Иосиф Виссарионович оборону уже не возглавляет – 30 июня 1919 года. Хотя, может, лучше было бы, если бы Врангель не брал будущий Сталинград. Почему? Потому, что у Деникина начинается «головокружение от успехов». К наступлению на Москву его подначивают англичане, обещая поставки оружия и амуниции, а также организацию восстания в тылу красных. Потом, к слову говоря, не будет ни того, ни другого. Антон Иванович Деникин подписывает печально знаменитую «Московскую директиву», которая, по мнению Врангеля, «являлась смертным приговором войскам Юга России».
«Я по-прежнему не сочувствовал принятому ставкой операционному плану. Необходимость скорейшего соединения наших сил с сибирскими армиями казалась мне непреложной. Необходимость эта представлялась столь ясной, что на нее указывалось целым рядом лиц, в том числе и не военных» пишет Врангель в своих мемуарах. Идея барона проста – соединиться с Колчаком, вместо того, чтобы наступать на Москву, не имея для этого сил. Многие современные поклонники Белого движения, оценивая правильность политики Новороссии и России в украинском кризисе, удивительным образом воспроизводят ошибку Деникина. А ведь она стоила белым поражения в Гражданской войне – наступление на Москву захлебнулось в конце октября – начале ноября 1919 года. «Предоставленный самому себе, адмирал Колчак был раздавлен и начал отход на Восток» – писал Врангель. Потому что вместо наступления навстречу Колчаку деникинцы наступают совсем в другую сторону. Дальше произошла катастрофа, после которой барон Врангель едва смог реанимировать Белое движение. Логика Врангеля – логика здравого смысла. Именно он, будучи командующим Добровольческой армией, действовавшей на московском направлении, осуществлял ее отвод – вернее говоря бегство! Конфликт с Деникиным привел к тому, что 20 декабря 1919 года из-за разногласий он был отстранен от командования войсками. В феврале 1920 года даже уволен в отставку и отбыл в Константинополь. Но война для Врангеля не закончилась. Уже 20 марта 1920 года, после катастрофических попыток эвакуировать армию в Крым из Одессы и Новороссийска (катастрофа эта полностью на совести союзников!), генерал Деникин сложил с себя полномочия главнокомандующего. На военном совете было решено позвать Врангеля. 22 марта 1920 года тот прибыл в Севастополь на британском дредноуте «Император Индии».
Последняя часть мемуаров Врангеля – это обвинительный акт против «союзников». Они сознательно погубили Белое движение. Барон очень много об этом пишет. Его командование армией началось с того, что Великобритания заявила: более военных поставок она осуществлять не будет. «Отказ англичан от дальнейшей нам помощи отнимал последние надежды. Положение армии становилось отчаянным». В ответ Врангель предлагает англичанам сохранить Россию в Крыму. Не наступать, не освобождать от большевиков территории, а подождать. Его слова в связи с событиями 2014–2015 годов на Украине весьма актуальны: «Единственным средством приостановить непрерывную анархию в России является сохранение в ней здорового ядра, которое могло бы объединить вокруг себя все стихийные движения против тирании большевиков. Не новым наступлением на Москву, а объединением всех борющихся с коммунистами народных сил может быть спасена Россия от этой опасности, которая грозит переброситься на Европу». Однако Запад требует наступления, якобы для поддержки воюющей с большевиками Польши. Когда Врангель начнет наступать, поляки заключат за его спиной мир с Лениным. И за всем этим – англичане и французы, предающие Белое дело.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
