- Прекрасно выглядишь, - вместо приветствия протянул Денис, когда я подошла к нему.
Оценивающим взглядом я прошлась по его фигуре и снисходительно оборонила:
- Ты тоже ничего.
Денис засмеялся и открыл для меня дверь. Я аккуратно примостилась внутри кожаного салона в своем длинном платье, брат скользнул на водительское кресло и завел машину.
- Как день прошел? - начала я разговор.
- Сегодня замотался совсем. Весь день губернатор требовал какие-то аналитические справки, был всем недоволен, орал и брызгал слюной.
- Сочувствую.
- Да ладно, - оптимистично проговорил брат, - не в первый раз, прорвемся. Ты сама как?
- Ужасно устала, - принялась жаловаться я. - Устала от работы, от ненормальной жары, от людей вокруг и от самой себя.
- Лада, ты себя совсем измучаешь. Тебе надо в отпуск съездить или хотя бы просто сменить обстановку.
- И что я буду делать в этом отпуске? - скептически спросила я. - Может, мне наоборот вторую работу найти. Мне кажется, все мои проблемы от того, что я мало работаю и много думаю.
- Тогда тебе проще выйти замуж: будешь ублажать мужа, каждую минуту будешь занята, - серьезно посоветовал брат.
- Вот еще, - фыркнула я. - Мне и одной хорошо.
- Судя по тому, что последний год я слышу одни и те же жалобы, тебе все-таки чего-то не хватает. Может, стоит хотя бы найти кого-то? - не принял моего шутливого тона брат. Я обиделась и замолчала.
Денис старше меня на одиннадцать лет и фактически воспитал меня. Отец, когда-то подающий надежды боевой маг, не смог ужиться с начальством в Службе Безопасности и в конце концов спился. Правда, до этого он знатно потрепал нервы нам с братом и нашей матери. Эти годы я помню смутно, но хорошего в моих воспоминаниях ни на грош: отец пил, проматывая деньги, которые зарабатывала мама, гонял нас всех (особенно доставалось матери), иногда даже распускал руки. Мама, неслабая, в общем-то, магичка, специализирующаяся на защитной магии, никогда не говорила ему и слова против, а все время терпела и терпела. Для меня это так и осталось самой большой загадкой и самой большой обидой: почему она не защитила нас с братом и себя ото всех этих ужасов?
Так или иначе, эту тайну она унесла с собой в могилу: в один прекрасный день отец допился до чертиков и убил маму в припадке бешенства боевым заклинанием, после чего, осознав произошедшее, покончил жизнь самоубийством. Так мы с братом остались одни на белом свете. Мне было четырнадцать, брату - двадцать пять. Ближе Дениса у меня никого нет, как, впрочем, и у него. В наследство от родителей нам досталась внешность, магический дар и куча комплексов, от которых мы не можем избавиться.
Мы оба с Денисом под разными предлогами избегаем серьезных отношений. Брат предпочитает менять девушек, как перчатки, ничего и никому не обещая, чтобы не брать на себя ответственность. Я же не подпускаю никого близко к себе, чтобы не привязаться и не стать таким образом уязвимой. Моя мать любила отца - эта слабость и непонятная мне зависимость погубила ее. Подобной судьбы мне для себя не хотелось. В бурной юности я пробовала завести романы, но мне слишком быстро становилось скучно, я видела в парнях только недостатки, совершенно не желая работать над отношениями. После пары подобных попыток я прекратила даже делать видимость стараний и стала жить для себя: работа, спортзал, вязание, путешествия, книги. Эгоистично и, пожалуй, немного трусливо, зато очень комфортно и удобно. Брат, в сущности, поступал также. По молчаливой договоренности мы не лезли в личную жизнь друг друга. Сегодня Денис это негласное правило впервые нарушил, посоветовав мне начать с кем-то встречаться или вообще выйти замуж, и я совершенно справедливо обиделась.
Не прошло и пять минут, как брат попытался загладить свою вину:
- Ладочка, не злись. Просто мне подумалось, что ты слишком категорична в данном вопросе. Я же как лучше хочу!
- Больше не упоминай при мне таких слов, как "муж" и "замужество", и, так и быть, я тебя прощу! - буркнула я, потихоньку оттаивая: злиться на брата я долго не могла.
- Идет, - кивнул он, не отрывая взгляда от дороги. - Ты не могла бы усилить мою сигналку на машине? Мне кажется, она не очень!
- Давай на выходных посмотрю?
- Хорошо. Надеюсь, с моей девочкой ничего не случится до этого момента.
- Денис, ты же увешал ее заклинаниями, как новогоднюю елку шарами! - воскликнула я. - Нашел из-за чего переживать: она даже попадание атомной бомбы выдержит.
- Лада! - укоризненно прервал поток моего возмущения брат, и я предпочла замолчать: машина - это святое, как бы я к этому ни относилась. Мы оба с Денисом - маги с защитным профилем, но его дар на порядок ниже, чем у меня, поэтому он частенько просил меня усиливать и подновлять защитные заклинания, которые он ставил на машину и квартиру.
В современном мире магический дар был у многих, но его сила и направленность зависела от наследственности. У родителей с даром всегда рождался магически одаренный ребенок, но если только один из родителей был магом, то в ход вступали строгие математические выкладки, показывающие вероятность рождения мага. Иногда, в соответствии с причудливыми законами генетики, магия как рецессивный признак просыпалась через несколько поколений. Многие маги блюдут чистоту крови и свысока поглядывают на обычных людей и оборотней, которые магии лишены, хотя и могут нести в себе магические гены. Как по мне, так это снобизм чистой воды. Во-первых, в нынешнее время продолжительность жизни людей и оборотней сравнялась с количеством лет, проживаемых магами (в среднем около ста пятидесяти лет); во-вторых, маги сами себя загоняют в ловушку, ведущую к их медленному исчезновению: они редко вступают в браки с людьми и почти никогда - с оборотнями. А вся причина кроется как раз в наследственности: если от связи с человеком еще может родиться, пуст более слабый, но все-таки маг, то от оборотня может родиться только оборотень, потому как ген оборотня исключительно доминантен. Учитывая, что аристократическая магическая верхушка с неохотой шла на браки и с менее одаренными собратьями, то проблема вырождаемости магов - налицо.
Опять же, магия не дает гарантии счастливой и безоблачной жизни. Обладаешь ты, скажем, склонностью к ментальной магии, но весьма слабой: можешь только с близкого расстояния считать самые яркие эмоции, переживаемые сейчас человеком. Какой в этом толк? Практически нулевой, но и при этом ты считаешь себя принадлежащим к касте избранных. Будучи по образованию историком, я прекрасно знала одну важную закономерность: чем сильнее элита стремится к замкнутости, тем быстрее она вырождается. Приток свежей крови необходим для нормального существования системы. Может быть, мы с братом и сами выросли бы такими же снобами, презирающими неодаренных, но магия с самого детства принесла нам только горе, и мы не стали ее рабами. Мы даже университеты заканчивали обычные, а не магические, ограничившись вечерними курсами для того, чтобы более-менее овладеть своим даром, не претендуя на лавры великих магов. На нас смотрели, как на сумасшедших: на курсах были совсем слабенькие маги, дара которых не хватило для университета, и мы с нашим потенциалом просто не вписывались в окружающую обстановку, но нам было плевать.
Вечерний Белоярск традиционно радовал пробками, и мы медленно двигались в потоке спешащих по своим делам водителей и их пассажиров. Брат включил магнитолу, и мы всю дорогу подпевали "Би-2", "Сплинам" и Арбениной. Настроение, слегка подпорченное в начале, быстро поползло вверх; так что, когда мы подъехали к театру, я была само благодушие.
Денис аккуратно припарковался и помог мне выйти из машины.
- Ладочка, - заканючил он, - а ты не можешь посмотреть мою девочку сейчас?
Я закатила глаза в притворном негодовании:
- Будешь должен, - согласилась я и протянула руки к машине, переключаясь на внутреннее зрение. Желтыми вспышками загорелись заклинания, которые Денис уже навешал на эту железяку. Не слишком сильные, но напичканные гроздьями, они покрыли почти всю машину.
