-Ну, что беглянка, убила мою шотландскую веревку, и не жаль тебе было? - так, кажись, это тот самый альпинист, одолжившись мне средство суицида.
-Жаль, да только сдохнуть хотелось сильней - шепотом, голосовые связки от удавки перетянула, призналась я.
-А кто возмещать будет? - подсаживаясь в кресло у койки спросил этот жмот.
Философски пожимаю плечами, а мне почем знать?
-Ладно, так и быть веревку тебе прощу, но медсестру-то зачем подставила? - продолжает допытываться неугомонный инквизитор.
-Сама виновата, хотелось познакомиться со знаменитостью, вот я ей и устроила знакомство.
-Как мило - издевательски согласился парень.
-Может, отвяжешь? - спросила не на что не надеясь. Но вопреки моим сомнениям альпинист пожал плечами и подойдя к кровати неспешно стал отвязывать меня.
-А чего это ты удумала вешаться, тебя бы выписали скоро - закончив с руками, принялся он за ноги.
-Ага, выписали и снова в психушку - равнодушно бросила я, растирая затекшие запястья.
-Как, то есть ты чем-то больна? - шокировано спросил альпинист, так и захотелось найти для него респиратор.
-Не чем-то, а суицидом, за пять месяцев четвертая попытка и все неудачно - с плохо скрываемой грусть вздохнула я. Парень окончательно впал в ступор, он машинально присел на кровать, взгляд был направлен сквозь меня. Глаза у него при ближайшем рассмотрении показались мне не только умными, но и безусловно красивыми. Четко очерченный контур слегка раскосые, ярко-зеленые с желтоватыми крапинками с пушистыми, как у девчонки черными ресницами. Наверное, в другой жизни он бы мне понравился, но не теперь, не сейчас. На данный момент мой разум, моя душа требовали покоя и желательно вечного. Психологи утверждали, что мне просто нужно пережить, подождать, со временем, говорили они, желание жить и бороться вернется. Родители говорили, что нужно простить и отпустить, тогда полегчает. Но все они не учли одной маленькой, но в то же время значительной детали: сломанную куклу ни время, ни прощение ни что-либо другое не исправит. Хотя для нее еще есть шанс, возможно, найдется игрушечных дел мастер и починит ее. Но я не кукла, значит и починить нельзя. Остается одно, уйти навсегда и надеяться, что после смерти станет легче.
Ох, кажется увлеклась, я посмотрела на альпиниста, оказывается за это время его взгляд стал вполне осмысленным и сейчас он впился им в меня.
-Ну?
-Зачем ты это делаешь? - глухо прозвучало в ответ.
-Ясно зачем, желаю покинуть бренный мир - пожала я плечами.
-А причина?
-Наверное, есть, но тебе ее знать не зачем - как же мне все надоели с этим вопросом, все банально и глупо. Страх, вот и вся причина.
-Ладно, забудем, я вообще-то не просто так пришел - улыбнулся парень, красивая и теплая у него улыбка, мне так только старший брат улыбался.
-Да понятно, ты по поводу веревки заходил, альпинист.
-Саша, а тебя Слава, не так ли?
-Ага.
-Это сокращение?
-Ну, от Ярославы.
-И нет, веревка, это так, второстепенная причина, хочу пригласить вас, юная леди, на прогулку по больничному парку - поднимаясь с койки и протягивая мне руку произнес Саша.
-Меня ж не выпускают, как ты собрался вывести меня на улицу из под носа у медсестер? - опешила я.
-А мы им не скажем, что пошли гулять - взрослые глаза вдруг засветились детским азартом. Я усмехнулась и приняла протянутую руку…
Мы гуляли уже часа два, но темы для разговоров не иссякали, Саша так много путешествовал и столько всего видел. Его внутренний мир, составляла если не вся, то половина планеты, точно. Саша был не просто альпинистом, он в первую очередь был путешественником. Его рассказы были и смешные и серьезные одновременно. Я слушала все эти истории затаив дыхание и впервые за полгода меня не на секунду не посетили мысли о смерти. Единственное, что заставляло напрягаться Саша спрашивал обо мне и много, я старалась уходить от темы. Видя это парень прекратил бессмысленные попытки, но на дне глаз можно было прочитать, пока прекратил.
Когда стало темнеть мы незаметно прокрались назад в мою палату.
-Было весело - улыбнулась я. Да, наверное страшно, улыбка у меня больная, надломленная. Я поэтому и перестал улыбаться, когда мама это видит начинает рыдать. Но Саша лишь улыбнулся в ответ.
-Надо будет повторить, завтра - добавил он, я лишь радостно кивнула в ответ - ну, до завтра?
-До завтра - неуверенно ответила я. Саша махнул рукой и вышел.
И вот я опять у окна, иней такой холодный, красивым, незабываемым узором на окне. Я прислонилась к холодной раме и заплакала. Раньше не плакала, даже когда узнала опринудительном лечении в психушке, а вот сегодня заплакала. На дрожащую от рыданий спину легла горячая ладонь. Я подняла голову, Саша повернул меня к себе лицом и обнял, стараясь не задеть сломанную руку, я уткнулась куда-то в грудь Саше и заревела сильней. Не было желание оттолкнуть, да он чужой и незнакомый человек, но он почему-то ближе, чем кто-либо сейчас.
Я долго не могла успокоиться, Саша отнес меня все еще плачущую на кровать, не отпуская лег рядом. Я наконец перестала пускать сопли, только изредка всхлипывала.
-Кто бы это не был, ты больше никогда не будешь страдать из-за него, я обещаю тебе - тихо произнес Саша над самым ухом. Я вздрогнула и вдруг расслабилась всем телом. Пусть, это не правда, но сегодня я поверю его словам. Лишь на сегодняшнюю ночь переложу груз страха, боли и отчаяния на чужие и такие надежные плечи. А утром снова вспомню о своих проблемах, но это будет не скоро, до утра еще так далеко…
Маленькая, испуганная девушка заснула, ровное дыхание и мерный стук сердца подтверждали это.
-Яра, я все сделаю, для того, чтобы ты не страдала - теплая ладонь провела по контуру рубцов на хрупких руках. Александр закатал рукав своей рубашки, чтобы точно такой же шрам стал заметен на собственном запястье.
-Я помогу… Целый мир остался за старой дверью больничной палаты. Два израненных сердца унеслись в мир грез, они не бьются в унисон. Они просто бьются, пока через силу, но, возможно, когда-нибудь эти сердца будут биться с радостью и желанием жить, ведь, в жизни все возможно?
Рассказ 3. Мечты не сбываются или будем проще?
И не думаешь ты
Ни о чем, человек:
Что ты скоро умрешь
И короток твой век.
Лежу. У меня личное горе, завтра выписывают Сашку, а мне еще неделю лежать. И это не все, Сашка упросил моих родителей и под мой честнейший взгляд пообещал, что я буду паинькой. Так что вместо психушки, через недельку я вернусь домой. Можно, даже сказать, что я рада, если бы не один нюансик. Все хорошо пока Саша рядом, а он был рядом почти две недели, при чем не просто рядом, он не выпускал меня из под своего контроля. Даже спать перешел ко мне в палату на соседнюю койку. А что будет, когда он уедет, я опять сорвусь? Честно, не знаю и даже не могу предположить.
В палату вошел Саша, он был в приемном покое, к нему приходил друг. Сашка просил, чтобы я вышла к ним и познакомилась с его другом, но я была непреклонна. Нет, я вовсе не боюсь людей, просто с недавних пор я стала их недолюбливать, особенно мужчин. Ну не считая Сашу. Поэтому часа два ждала пока он придет. Саша, наконец зашел, на нем сегодня вместо обычной повседневной одежды, в которой он, предпочитал спортивную направленность, был строгий черный костюм. Я впервые задумалась, а сколько Саши лет? Раньше я думала не больше двадцати пяти, а сегодня он выглядел на все тридцать пять. Видимо, мой задумчивый взгляд насторожил мужчину.
-Яра, о чем ты думаешь? - спокойным голосом, но с некоторой опаской в глазах спросил Саша.
-Да так, пытаюсь понять сколько тебе лет - честно ответила я. Саша засмеялся и подойдя к кровати, на которой я валялась, бесцеремонно подвинул меня и уселся.
-Ну, раз тебе так любопытно, мы тридцать семь - улыбнулся он. Моя челюсть как-то подозрительно отвисла. Ну не фигасе, да у меня папа его на два года старше, а мама вообще ровесница. Блин, а я-то хороша, взрослому дяде голову всякими глупостями забивала.
