направлению к фонтану и, покачнувшись, рухнул на мостовую неподалеку от убитых ваграгов.
Черт. И что мне теперь делать-то?!
Несмотря на дикое желание все-таки сбежать, я на полусогнутых ногах, потому как от пережитого ужаса они до сих пор не разгибались, добралась до незнакомца и чуть не свалилась рядом с ним. Меня колотило крупной дрожью, от присутствия двух окровавленных трупов к горлу подкатывала тошнота. И я очень, очень надеялась, что трупов все же два, а не три!
Усевшись на колени рядом с незнакомцем, осторожно потянулась к плечу. Да, сцена повторяется! Правда, в первый раз не было так страшно. А сейчас… он не пошевелился от моего прикосновения и, казалось, стал еще холоднее, чем прежде. Набравшись смелости, я нервно закусила губу и не без труда, изрядно попыхтев перевернула его на спину. Вгляделась в белое, лишенное всяких красок лицо. Впалые щеки, бледные обескровленные губы, темные круги под глазами. Пара царапин на лбу, синяк на подбородке. Спутанные черные волосы, кажется, длинные, терялись под капюшоном. Словом, выглядел он не очень обнадеживающе.
Я ненадолго задумалась. Так, надо проверить пульс.
Запястья даже трогать не стала, потому как там вполне могла и у живого человека его не обнаружить, а лишние нервы мне сейчас ни к чему. Приложив дрожащие пальцы к шее мужчины, облегченно вздохнула. Пульс прощупывался! Какой-то странный – сильный и прерывистый – но прощупывался! Он жив.
Но дальнейший осмотр показал, что жив ненадолго. Расковыряв сырые от крови лохмотья, и без того плохо прикрывавшие тело, ужаснулась от количества ран. Да все тело незнакомца – сплошная рана! Как будто его нашинковать кто-то пытался.
И что дальше? Оставить его здесь в компании с тушами мертвых зверей и пойти на разведку? Постучаться кому-нибудь в дом? Так ведь люди слышали, как я кричала. Пусть звуки сражения с монстрами были на удивление тихими – только неопознанный треск и злобное рычание монстров, но на мой-то крик местные могли бы выглянуть! Хотя, если подумать, кто у нас на крик из дома выбегает? Правильно, никто. Скорее уж притворяется, что ничего не слышит и вообще не в курсе происходящего. Но мне сейчас от этого не легче!
Опять же… несчастный в любой момент скончаться может. Судя по пропитанным кровью лохмотьям, живых мест на его теле осталось не так много.
Заставив себя подняться на ноги, поплелась через площадь к ближайшему дому. Осторожно постучала. Не дождавшись какой-либо реакции, постучала громче.
– Эй, есть там кто-нибудь? Ау! Люди! У меня раненый! Ему помощь нужна!
От одного дома поспешила к другому. Вскоре я уже металась между домами и колотила во все двери, какие встречались на пути. Но никто, совсем никто не открывал! Тишина и темнота были мне ответом. Черт, да что ж такое-то?! Ладно бы кричала: «Маньяки, убивают!» – но на просьбу помочь раненому должны были откликнуться!
– Да вы что, оборзели все?! – сорвалась я. – Тут человек умирает! Сволочи! Уроды! Хоть бы кто помог!
Еще больше запаниковав от собственных слов, рванула обратно на площадь. Мужчина лежал там же, где я оставила его. В том же положении, все такой же потрепанный и окровавленный. Вот только неизвестно, живой ли. Опустившись рядом с ним на колени, повторно нащупала пульс. Убедилась, что жив. Облегченно выдохнула. И снова ударилась в панику.
– Эй ты, очнись, ну пожалуйста… – взмолилась я и от переизбытка эмоций разрыдалась прямо над бесчувственным телом.
В моей истерике смешалось все. Осознание, что это не сон, потому что не удается проснуться. Страх, растерянность, непонимание. Как я оказалась в этом странном месте, совершенно одна, без вещей? Ведь у меня совсем, совсем ничего нет! Потом появились эти жуткие монстры, каких в нашем мире точно не бывает. А теперь единственный человек, который спас меня от мучительной смерти, единственный, кто, возможно, мог ответить на мои вопросы, хотя бы объяснить, где я очутилась, умирает у меня на глазах! И я ничем не могу ему помочь, потому что даже банальных бинтов нет, не говоря о том, чтобы обработать раны как полагается!
– Ну пожалуйста, не умирай, не оставляй меня здесь…
Все в той же истерике, уже почти ничего не соображая, ударила его по щеке. Потом еще раз, и еще.
– Ну очнись же! Хватит валяться! Так ведь и помрешь здесь, если не скажешь, куда тебя тащить! – кричала я, продолжая лупить несчастного по щекам.
Рука незнакомца взметнулась внезапно. Я даже сообразить не успела, как оказалась на спине вдавленной в мостовую, а он навис сверху. Каким чудом не закричала – не знаю. Наверное, потому что от удара о брусчатку из легких вышибло воздух. У незнакомца оказались красные глаза. Яркие, как рубины. И я с ужасом смотрела в эти глаза, чувствуя, как по телу разливается холод. Или это не холод разливается, а тепло покидает меня? Пальцы постепенно немеют, дышать становится тяжело, я вдыхаю снова и снова, отчаянно хватаю ртом воздух, но его все равно не хватает. И этот холод. Господи, как холодно! Красные глаза заполняют все вокруг…
Нет! Что-то взорвалось внутри меня и вырвалось ослепительной вспышкой золотисто-белого света. Мужчину отшвырнуло прямо к фонтану. Ударившись спиной о каменную абстракцию, он безвольным кулем рухнул в пустую чашу, в которой даже воды сейчас не было. Все, теперь точно умер – я добила, молодец.
Поднялась не сразу. Шевелиться было тяжело – тело норовило растечься по мостовой подобно жидкому желе. Голова кружилась, сбитое дыхание не спешило приходить в норму. Но усилием воли я все же заставила себя подняться и, чуть пошатываясь, уныло поплелась к красноглазому незнакомцу. Мысль о том, что я либо в психушке под транквилизаторами, либо в другом мире, а незнакомец, вполне вероятно, и не человек, вогнала в какую-то апатию. Ну в другом мире – и что? Мало ли таких попаданок было до меня. Вон, вся литература ими пестрит. Ну монстры по улицам разгуливают – и что? Может, это не просто фэнтези, а хоррор. Ну не человек у фонтана валяется – что с того? Шансов выжить больше. Может, он еще не помер благодаря своим расовым особенностям. И мне абсолютно безразлично, какая у него там раса. Сейчас бы доковылять до него хотя бы, а то ноги подозрительно подламываются, и вообще – штормит неслабо.
До незнакомца я таки добралась. Заглянула в чашу фонтана, нащупала пульс в третий раз. Флегматично отметила, что до сих пор живой, несмотря на все мои старания. Отдернула руку от греха подальше и уселась
