Во время фантоматизационных экспериментов оказалось, что у довольно большого количества фантоматизированных людей во время реализации виртуальных ситуаций определенного типа происходили неприятные и постоянные проявления "локомотивной болезни". Почему? А это потому, что импульсы, идущие от программ, обслуживающих чувства человека, сталкиваются с импульсами, идущими от органа равновесия. Первые "сообщают", что человек или падает, или летит, а сам орган "сообщает", что никуда не двигается: "взаимодействие" таких импульсов естественно и в этом смысле всегда относительно, так как просто вступают в противоречие фантоматизационная информация и информация, идущая из органа равновесия. Так как реакция на раздражители достаточно индивидуальна, она не всех доводит до проявления локомотивной болезни такой силы, что процесс фантоматизации необходимо остановить. Однако нельзя этим препятствием пренебрегать прежде всего потому, что оно существенно затрудняет интегральность переживаемого видения: сам факт, что человек начинает ощущать типичные для локомотивной болезни симптомы (тошнота, склонность к рвоте, потливость и т.п.), нарушает его внутреннюю убежденность в том, что он действительно выполняет действия, которые были запрограммированы. Проще говоря, возникает выразительная "ломка" целостного ощущения ФИКЦИИ как ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ.
Поэтому возникает вопрос: как тут быть? Это препятствие не является совершенно непреодолимым, однако это та проблема, с которой технология и фантоматическая физиопатология должны как-то справиться. В настоящее время работы по выше обозначенной проблеме активно не ведутся просто потому, что имеются "большие сложности". Достаточно уяснить себе, как далеко мы находимся от "погружения в виртуальную реальность" человека, жаждущего настоящих переживаний во всей их полноте, далекой от скромных и отрывочно показываемых "виртуальных" сценок (например, по телевидению), чтобы понять, что преобразование иллюзии, из которой фантоматизированное лицо силой воли может в мгновение ока выйти, в деиллюзию, которая может для него стать тюрьмой, - это все еще задача, которую мы пока (перед входом в эру фантоматизации) решить не можем, даже если обойдем все проблемы (огромные), вызванные полной "пустотой" в тех местах видения, в которых должен был бы появиться другой человек, какой-нибудь Платон или умерший дядя или отец. Искусственного разума нет, до него нам очень далеко, но и независимо от этого отсутствия необходимой оказывается такая селекция фантоматизационных программ, чтобы в них не доходило до "столкновений" импульсов, идущих извне организма (от компьютерной программы) с импульсами, идущими изнутри (не только, но прежде всего из органов, управляющих равновесием и эффектами инерции, сопутствующих ускорению или торможению).
Желанным пределом рассматриваемой здесь области физиотехнологии, очевидно, является, как я бы его назвал, "мир епископа Беркли", т.е. такой, в котором действительно esse est percipi: существовать - это то же самое, что "быть ощущаемым". От достижения такого совершенства, которое notabene должно скрывать в себе еще не одну не известную нам пока ни из опыта, ни из предвидения опасность, мы еще очень далеки. Тем не менее сам путь, само начало дороги, ведущей в сторону этой, может райской, а может и адской "фантоматической ловушки", уже предсказан, опознан, и даже - по крайней мере частично - опробован. Следует для себя осознать, что в нашем почти всюду охваченном рынком мире возникает, развивается и становится ценным именно то, что дает хорошие результаты производителю (по его расчетам). Именно такой расчет вызвал в мире бурное, даже лавинное, развитие компьютерных сетей, а одновременно также неотделимый от него, сопутствующий крупным технологическим инновациям, новый тип проступков, и даже опасностей не только экономического, не только политического, но, кроме того, тоталитарного и даже военного уровня. Хотя бы этот пример должны будут иметь в виду те, от кого будет зависеть будущее развитие устройств и практики виртуальной действительности, чтобы в такой мере, в какой это вообще может оказаться возможным и выполнимым, уже заранее оснастить фантоматизационные программы какими-нибудь предохранителями. В упомянутом выше американском фильме про супермена это были просто светящиеся красные таблички с надписью EXIT (Выход), а выход из видения требовал только нажатия такой клавиши. Однако производители фильма должны были заметить, что такая надпись также может составлять неотъемлемую часть фикции и что в таком случае тот, кто предполагает, что вышел уже из виртуальности и вернулся в нефальсифицированную действительность, может по сути выйти из одной фикции только для того, чтобы попасть в нутро другой. Именно этот фантоматический "ложный выход" я и пробовал представить на отдельных примерах в книге "Сумма технологии" 34 года назад. Там можно найти его описание... но как и тогда, так и сегодня, я не смогу назвать то универсальное средство, которое гарантировало бы уверенность выхода из вымышленного мира, если только не появятся экспериментально опробованные технологические трюки, позволяющие обойти подобные ловушки компьютерных программ; это будет, однако, не конец, а скорее начало поединков вымышленного мира с истинным...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
