А как радостно она смеялась в день первого испытания! Они были на палубе только втроем: старый граф, его дочь и Тума, который, казалось, осуществил свою мечту. Он поднялся над землей, он сидел за рулем, укрытый пледом, в низко надвинутой фуражке; уверенной рукой он вел корабль. Земля стлалась внизу, и он сам себе казался ангелом.
Вдали виднелись Альпы, на севере-дунайская равнина. Креппелин обнял его, а дочка благодарила со слезами на глазах. Это было уже на обратном пути. Тогда и Тума попытался обнять барышню. Но он переборщил. Она отпрянула и вскрикнула,будто к ней прикоснулась жаба. Граф, нервничая, смотрел вперед. Не мог же он делать выговор Туме в такой ответственный момент. Ведь всегда самое сложное в полете - посадка. Он только кивком головы указал, куда лететь. Слезы стояли в глазах Тумы. И он еще долго не мог опомниться, даже когда на верфи ему вручили кресло новой конструкции, которое граф подарил ему в знак признательности. Кресло было снабжено двумя цепями передач, так что напоминало велосипед. А Тума вместо благодарности спросил Креппелина:
- Так я пошлю телеграмму в Гамбург?
Но граф давно позабыл о своем обещании. Нанимая Туму, он сделал вид, будто принимав и его план: построить воздушный корабль, весь экипаж которого состоял бы из безногих, готовых посвятить всю свою жизнь воздухоплаванию; ведь тогда вместо ног у них бы выросли крылья.
Креппелин покачал головой, а его дочь повернулась к Туме спиной и спустилась в моторную лодку, которая покачивалась на воде. Лодка быстро доставила их на берег. Слуги помогли Туме высадиться.
И там граф увидел высших офицеров прусского генштаба, которые стали его поздравлять и, пытаясь перещеголять один другого в любезностях, льстили его дочери. Проект, который военное министерство некогда отказалось финансировать, теперь одобрили в один момент. Граф принимал как должное благодарности и поздравления, хотя почти все идеи и их воплощение в жизнь принадлежали Туме.
- Баллоны использовал еще Наполеон перед египетским походом, но потом от них отказался, потому что они требовали особых забот. Управляемый воздушный корабль мы можем послать куда угодно - и узнаем о неприятеле все. В гондоле можно поместить почтовых голубей и посылать донесения даже из вражеского тыла.
- Все крепости падут. Для Вердена хватило бы и трех таких воздушных кораблей. Ведь вы утверждаете, что каждый из них может нести на своем борту сорок гранат...
- Мы можем бомбардировать Париж.
- Мы можем бомбардировать Лондон.
- Мирных жителей? - приподнялся в своем кресле Тума, который слушал весь этот разговор. - Так вам мало увечить солдат?
Это было грубо. Креппелин приказал его вытолкать. Само собой, все отклонили идею комплектовать команды для воздушных кораблей из безногих. Держать нищих на таких важных объектах! Да, может, это шпион?
- Ни в коем случае, - успокаивал их граф, - вы ошибаетесь. Все мои люди преданы интересам Пруссии. Der Sache Preussens, - граф выразился именно так, - и его императорскому величеству!
Напрасно на другой день искали Туму. Удалось найти только новое кресло, но нигде не было видно старой тележки. Тума исчез. А вдруг это и правда был шпион? Креппелин забеспокоился. И тут к нему прибежали с верфи. Кто-то переплыл ночью озеро, отомкнул ангар, перерезал тросы, на которых был укреплен воздушный крейсер. Гонимый ночным ветром, корабль пролетел пятьсот метров и разбился о холм, поросший лесом. До утра он болтался между стволов. От оболочки остались одни лохмотья, от алюминиевой конструкцииодни обломки. И Тума исчез.
Генеральный штаб взял назад свое обещание, он ждал следующих испытаний. Креппелин стал разрабатывать новую модель. Все время приходили запросы из конструкторских бюро, из ангаров. Все нуждались в советах, идеях, помощи. А Тумы не было.
Тума вернулся в Гамбург к своим, к безногим. Дела у них между тем поправились. Вместо боксера теперь взяли слепую Бригиту, потому что она была красивой. Получалось волнующее сочетание: слепая девушка и безногий поводырь. Туму встретили радушно и ни о чем не спрашивали. Через некоторое время над Гамбургом появился воздушный корабль.
Граф не сдавался. После двух жестоких неудач ему удалось наконец сконструировать управляемый корабль. На это ушло все его состояние, потому что инженер Кребс, которого граф взял в помощники, не был так талантлив, как Тума.
И тогда безногие снова задумались. Раз граф не сдержал своего слова, то они будут мстить. Тума поклялся найти средство уничтожить свое изобретение. Ведь никто не знает его лучше, чем он сам. Раз не дают летать безногим, он не даст взлететь в небо тем, у кого есть обе ноги, а в голове полно мыслей о том, как бы изувечить побольше ближних. И вот зависть к обладателям ног оказалась гораздо более сильным побудительным мотивом, чем тоска по крыльям. Пфенниги на этот раз посыпались как из рога изобилия. И Тума построил прибор, способный с помощью луча воспламенить любой воздушный корабль. И тогда трое нищих покинули Гамбург и направились вверх по Рейну к Боденскому озеру.
Сам граф летел им навстречу. Он надеялся своим триумфальным полетом покорить рурских магнатов. Его корабль делал около тринадцати километров в час, а нищие не проходили и двух.
Впрочем, полет Креппелина не был таким уж спокойным. Так уверенно и точно, как в тот раз с Тумой, графу более не довелось лететь. Дважды он вынужден был делать посадку. Раз в поле, где пришлось заменить вышедший из строя мотор, в другой раз возле Эхтердингена из-за непогоды. Корабль укрепили на якоре, послали за механиками, а путешественники отправились к бургомистру на торжественный обед.
- Англия владычествует над морями, мы же завоюем господство в воздухе, - провозгласил бургомистр, поднимая бокал.
Дочь Креппелина едва пригубила. Через высокое готическое окно ратуши она смотрела на площадь. Там было трое нищих. В одном из них она узнала Туму.
- В Литве революция. Отец разорен. Опыты не удаются. Вернись! Вернитесь, герр Тума... - заклинала она бедного калеку. Разговор происходил в жалком закутке старого заброшенного склада, пропахшего крысами, где поместился теперь Тума вместе со своими товарищами.
- Так исполните же обещанное! Исполните - и мы, безногие, полетим - с вами хоть на Северный полюс...
Молодая графиня стала объяснять, почему это невозможно. Спасти Креппелина теперь может только прусский генеральный штаб, и то лишь если купит у него воздушные крейсеры для военных нужд. Только тогда граф вернет все свои капиталы. Но Тума был непреклонен. Он оставался непреклонным даже тогда, когда она начала его целовать.
Через полчаса почтенные граждане города Эхтердингена были разбужены чудовищным взрывом. Взорвалось пятнадцать тысяч кубических метров водорода. Ни одно стекло в городе не уцелело. Все тридцать членов экипажа были убиты. При осмотре места происшествия в ближней рощице были обнаружены останки безногого нищего, который, по всей видимости, ночевал здесь и погиб случайно. О нем газеты не писали. Только местная рабочая газета в короткой заметке сравнила огромные суммы, ассигнованные на строительство воздушного крейсера, с жалкими грошами, потраченными на ветеранов войны. Эта заметка и послужила мне отправным пунктом для дальнейших поисков. Так я познакомился с судьбой безногого Тумы. Я исследовал гамбургские полицейские архивы, церковные книги и секретный дневник графа Креппелина. Я полагаю также, что взрывное устройство, уничтожившее воздушный корабль, пережило своего изобретателя. Сколько подобных кораблей взорвалось с той поры! Некоторые утверждают, что воздушные крейсеры не оправдали себя, что сама идея создать "динозавров воздуха" была порочной. Я же, наоборот, вижу в этом эксцентричную, немного безумную попытку изменить общество, к сожалению, неудавшуюся. Ведь после множества сражений и бедствий мировой войны обе стороны сохранили совсем немного воздушных кораблей, а количество безногих необычайно возросло.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
