Он заметно волновался, напуская на себя сдержанную вежливость и неторопливость. Видимо боялся сказать или сделать что-то не так. А скорее всего, успел привыкнуть, что бы угождали ему.
— Нет, Олег Иванович, я лучше покурю, — прикурив сигарету, продолжил: — Я вот зачем приехал — хочу попросить еще несколько человек в свою свиту. Не беспокойтесь, не надолго. В ближайшее время мне потребуются несколько необычные услуги. Надо будет проследить, узнать о человеке всю возможную информацию. А со мной ездит лишь охрана, топтунов, извините, нет. Как быстро можно решить этот вопрос?
— Извините, Николай Петрович, можно узнать цель, задачи, что за человек? — уже явно обеспокоенно спросил генерал.
— О-о, вам даже мое имя, отчество известно стало. Что ж, значит — так надо. А фамилию знаете?
— Нет, фамилию не знаю.
— А как же базы данных в МВД, например? — поинтересовался Посланник.
— Там все убрали, не волнуйтесь Николай Петрович. Ваше имя и отчество в регионе знают только двое — я и Фролов.
Посланник усмехнулся.
— Взрослый уже, а врешь, как мальчишка, генерал. Что же ты — имя, отчество по базам чистил без фамилии и даты рождения? Это ты Бортовому очки втирай, а мне — еще раз соврешь: поедешь в Магадан лес валить. Если доедешь, конечно. Почистил, говоришь, базы… ни хрена ты не почистил. Вчера я гонца на Свердловский рынок заслал. Там базы за пятерку-десятку продают, и все данные мои в полном объеме имеются. А личные компы, куда базы попали, ты тоже почистить сможешь? Ладно… проехали. Вернемся к нашему разговору. Цели вам знать не обязательно, — Посланник глянул на генерала и смягчился, — потом и так скоро все поймете. Я собираюсь иногда выезжать на прогулку в город из своего логова. Просто укажу на человека, о котором бы хотелось знать — где живет, работает, кто родители, интересы и так далее. И ваши топтуны должны за ним проследить. Поэтому и хотелось бы, что бы они были всегда под рукой, когда я в городе. Надеюсь, вы не откажете мне в этой маленькой просьбе, генерал? Они смогут присоединиться к моему кортежу сейчас?
Генерал на минуту задумался, а Посланник наблюдал за реакцией. Все-таки интересно, когда ставятся не предполагаемые задачи, да еще Магаданом грозятся. Он и так должен был отслеживать каждого, с кем вступал в контакт охраняемый объект, а тут его как раз об этом и просят.
— Хорошо, Николай Петрович, топтуны, как вы выразились, присоединяться не-медленно. Но, почему топтуны, почему вы их так назвали?
Посланник улыбнулся, затушил сигарету.
— Сленг такой есть, Олег Иванович, возможно еще с царских времен. Впрочем — не важно, главное, что вы поняли о ком и о чем идет речь.
Генерал встал с кресла.
— Мне надо дать определенные указания. Может быть, пока выпьете кофе?
Посланник тоже поднялся.
— Спасибо, Олег Иванович, спасибо. Пора ехать, надеюсь, ваши новые люди меня не потеряют. Да… и вот еще что — постоянно они мне не нужны. Я заранее сообщу о возможной надобности. Но, как раз сейчас они нужны. Я еду в район цирка — пусть там ко мне присоединятся. Всего доброго, генерал, до свидания.
Посланник вышел.
«Понасажают тупорылых начальников… Из баз он меня убрал… Не-ет, он далеко не тупорылый. Порядка в стране не стало… порядка. Сейчас каждый десятый уволенный на пенсию опер базы с собой прихватывает. Что — этого генерал не знает? Все он знает. Базы, конечно, старые, но и новые каждый сотый или двухсотый имеет. И ничего с этим пока не поделаешь. Пока не поделаешь, пока демократия, пока воспринимают эту демократию, как вседозволенность и кучу неконтролируемых законов издают. Жесткость — это не демократично, видите ли. Жесткость и жестокость одним демократическим дерьмом мажут. Чего это я расхорохорился? — но мысли не отступали. — Старый бы опер сразу генералу запятую вставил — из официальных баз убрать не проблема, а что с «народными» делать? И как генерал теперь обо мне думает, что делать будет? Не-ет, он далеко не дурак. Никакой реакции на Магадан. Досье собирать станет? Нет, сейчас не станет — побоится, в голове все держать будет. Не перестроился из старой закалки — это его и сгубит в современности. Все, хватит, чушь какая-то лезет»…
Охрана нервничала или, как бы выразились профессионалы, была в повышенной боевой готовности. Они уже долго торчали недалеко от цирка на самом людном месте. Поток людей обходил машину и справа и слева, а Посланник сидел молча, иногда покуривая, и смотрел на дорогу, на проходящую мимо публику. Он лишь пересел на переднее сиденье автомобиля, посадив сзади новенького. И ничего не происходило. Так продолжалось часа полтора. Никто ничего не понимал, и спросить не решался. Иногда казалось, что шеф ни на что не обращает внимания, иногда он провожал взглядом какого-нибудь прохожего и снова взгляд его становился пустым и безынтересным. Потом вдруг резко обернулся назад.
— Видишь, вон девушка идет, серое приталенное пальто, норковая шапка… д-вай…
Новенький кивнул головой и вышел из машины.
— Поехали, — бросил Посланник, — на работу поехали.
Несколько машин практически враз тронулись с места. Два черных джипа с ми-галками сразу перекрыли движение с обеих сторон. Один покатил впереди, потом еще джип с охраной, Мерседес, джип и последний с мигалкой.
Из города выехали быстро — еще не успели сформироваться пробки на дорогах, которые доставляли охране не мало хлопот. Свернули с основной трассы в лес, где сразу за поворотом стоял знак «кирпич» и электронный шлагбаум, реагирующий на датчики в машинах сопровождения.
Посланник попросил снизить скорость до сорока километров, что было исполнено немедленно, хотя и не нравилось охране. Чистый снег на дороге и окутанные инеем сосны, особенно красивые на сильном морозе, ласкали взор. Больше минус сорока за городом — не редкость в этих местах. Повысится температура до двадцати и иней исчезнет с деревьев, лишь останется снег на разлапистых ветках, да не будет белесого морозного воздуха.
Впереди еще один шлагбаум и КПП, где не проверяют документы, а знают в лицо каждого. Есть, конечно, и пропуска, но к ним относятся здесь настороженно, тщательно сверяют с компьютером и пропускают через прибор, распознающий фальшивку сразу. Особо засекреченный объект, внешнюю территорию которого охраняют внутренние войска, а на сам объект не пускают и их. Там хозяйничает спецназ ФСБ, и никакие документы не действуют — только отпечатки пальцев. Но, бывают и исключения, например, как сегодня.
II глава
В приемной собралось много народа и ничего не понимающий адъютант-полковник, твердил лишь одно: — «Ждите». Позвонить не решался — раз не предупредили, значит так задумано и надо ждать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
