Мать Франклина принадлежала к столь же замечательной семье, как и его отец. Дед Франклина по матери, Петр Фолжер, давно уже переселился в Америку и здесь играл видную роль в истории первого периода существования английских колоний в Америке. Отзывчивый к общественным нуждам, он между прочим написал ряд брошюр, посвященных местным общественным вопросам. Брошюры эти, за отсутствием в колониях типографий, ходили среди населения в рукописях, и только одна была напечатана. Она была посвящена вопросу о свободе совести и направлена против преследований, которым в то время подвергались в Америке анабаптисты, квакеры и другие отщепенцы англиканской церкви. Дочь Фолжера наследовала от отца принципы терпимости, и это в значительной степени отразилось и на ее знаменитом сыне.
Все братья Франклина были обучены тому или другому ремеслу, которым они и жили. Наибольшую роль в жизни Бенджамина сыграл один из братьев, который, возвратившись в Англию, изучил ремесло наборщика и затем, перебравшись снова в Америку, открыл здесь одну из первых типографий. В этой типографии Франклин и начал свою самостоятельную жизнь в качестве типографского ученика.
Многочисленная семья Франклина представляла собой настоящий идеал семейного союза. Глава семьи обладал многими высокими достоинствами, вызвавшими теплые, прочувствованные строки в “Записках” его сына. Отец Франклина немного умел рисовать, был отчасти музыкантом и прекрасно пел: таланты эти служили приятным украшением скромной семейной жизни и доставляли немало удовольствия его многочисленным детям. Он обладал некоторыми познаниями в механике и технологии, что позволяло ему улучшать свое ремесло, а также давать многие полезные советы сыновьям в их специальных занятиях. Но главным достоинством его были доброе сердце и природный здравый ум. Заботы о многочисленном семействе лишали его возможности заниматься общественными делами; тем не менее, его честность и рассудительность были настолько известны, что к нему часто обращались за советами лица, стоявшие во главе общественных и религиозных дел Новой Англии, а частные люди не только пользовались его советами и указаниями при разных затруднениях, но также нередко избирали его в третейские судьи для решения взаимных споров и тяжб. Почти единственное свободное от работы время, которое имел этот человек, было время приема пищи, и он любил употреблять его, помимо прямого назначения, на разумные разговоры о серьезных предметах с детьми или с кем-либо из соседей, охотно навещавших его в это время. Эти разговоры были настоящею школой для детей, и они увлекались ими настолько, что не замечали скромности обеда. Франклин говорит в своих “Записках”, что именно благодаря этим разумным беседам за обеденным столом он приобрел привычку не обращать внимания на то, что подается к столу, и потом всю жизнь не мог отучиться от этой привычки.
Отношения отца и матери Франклина к детям были самые теплые. Никогда дети не слышали ни одного резкого слова; если родители чего требовали от детей или запрещали им что-нибудь, они всегда объясняли им резонность такого требования, поэтому всякое желание родителей свято исполнялось детьми. Семейному счастью много содействовала ровность расположения духа, господствовавшая у всех членов семьи, что в значительной мере обусловливалось здоровьем, царившим в семействе. Отец Франклина умер в 89 лет, а мать в 85, и оба ни разу в жизни не болели. Таким же здоровьем отличались и дети их. Сам Франклин дожил до 84-летнего возраста.
Такова была среда, в которой родился и провел годы раннего детства Франклин. Как видим, она была очень благоприятна для развития тех талантов, которыми одарила этого человека природа; но над нею тяготела бедность – нужда, поглощавшая все силы и все время. Нужда дала себя знать Франклину на первых же порах его жизни, лишив его систематического образования, даже начального, и превратив в чернорабочего. Долго Франклину пришлось бороться с этой нуждой, пока он наконец не победил ее и не получил возможность приложить свои таланты к общественному делу.
Франклин родился в 1706 году в Бостоне. Отец первоначально предназначал его к духовному званию. Поводом послужило то обстоятельство, что Франклин научился читать чрезвычайно рано. В этом отец Франклина и его друзья увидели доказательство склонности мальчика к научным занятиям, а так как в то время в колониях Новой Англии почти единственными представителями учености являлось духовенство разных церквей, то Франклина и предназначили в духовные. В этих видах отец Франклина послал его в грамматическую школу, когда ему исполнилось восемь лет. В школе Бенджамин обнаружил такие обширные дарования и достиг таких громадных успехов, что через полгода по поступлении туда его перевели из низшего класса в следующий, а в конце учебного года – уже в третий. К сожалению, одним этим годом и ограничилось обучение Франклина в грамматической школе. Отец его вскоре почувствовал полную невозможность для себя покрывать значительные расходы по обучению сына в столь привилегированном учебном заведении, каким была тогда в бедной школами колонии грамматическая школа. Очевидно, подготовка сына к духовной карьере было не по карману для бедного ремесленника, и он решил обучать его какой-нибудь практической деятельности. Франклин был взят из грамматической школы и помещен в более дешевую, но зато не открывавшую никаких блестящих перспектив, школу письма и арифметики. Здесь Франклин пробыл также год; за это время он достиг значительного совершенства в каллиграфии, но в арифметике не сделал никаких успехов. По окончании года отец Франклина взял его из школы, чтобы научить своему ремеслу – выделке сальных свечей и мыла.
Таким образом, все школьное обучение Франклина ограничилось двухлетним пребыванием в двух училищах; знания, вынесенные им из этого обучения, состояли исключительно в уменье читать и писать. А затем, уже с десяти лет, Франклин вступил в действительную жизнь, то есть должен был зарабатывать трудом свое пропитание.
Занятия Франклина в заведении отца состояли в том, что он резал светильни для свеч, наполнял формы салом, отворял и затворял двери за посетителями, относил свечи и мыло заказчикам и тому подобное. Отец не особенно налегал на сына, который, в качестве младшего да еще носившего трогательное имя Бенджамина, пользовался особою любовью родителей, – и Франклин имел всегда достаточно свободного времени для того, чтобы отдаваться господствовавшей у него в детстве страсти к морю. Дом, в котором жила семья Франклинов, стоял на берегу моря, и Франклин еще ребенком научился плавать как рыба и пристрастился к рыбной ловле. Подросши, он все свободное время проводил на море, купаясь, плавая на лодке или ловя рыбу. Замечательно, что уже в это время в нем резко обнаружились дух инициативы и уменье руководить другими. Он всегда являлся вожаком своих сверстников и инициатором предприятий, совершаемых толпою товарищей, причем предприятия эти носили характер общественно полезных, конечно, для детей. Так, находя, что рыба плохо ловится у берегов, тогда как немного отступя от берега она ловится превосходно, Франклин решил устроить дамбу, которая вдавалась бы далеко в море. И вот однажды, собрав вечером толпу своих товарищей, Франклин перенес с берега в море массу камней, приготовленных для постройки нового дома. Рабочие, пришедшие на другой день на работу, были очень удивлены, не обнаружив камней на месте, зато нашли прекрасную дамбу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
