Кулаки в кровь разбиты. Башку ломит. Удары? Похмелье? Да покласть. Все случившееся в притоне помнил вспышками. Еще и сквозь туман. Но сильно заморачиваться не стал.
Мне нужна моя Лика. Моя девочка. Прямо сейчас.
Я дубасил дверь так, что ментам пришлось меня в наручники заковать, иначе бы я тюрягу разнес по камням.
Тимур приехал. Только порог моей камеры переступил, сразу наехал:
– Глеб, что за херню ты творишь?
Друг дальше много чего говорил, а я перестал слушать. На выход за его спиной смотрел. Безотрывно. Прикидывал шансы вырваться, если прямо сейчас тупо рвану напролом. А потом забил на всякие размышления. Нечего тратить время попусту. Пора действовать. Я и так уже до черта возможностей упустил. Пока здесь сопли жую, моя девочка неизвестно где и с кем находится. Мне на волю надо. Срочно. Некогда на нарах штаны протирать.
Короче, стиснул кулаки и вперед бросился. Тогда бы и стену башкой проломил. Но Тимур тот еще гад. Покрепче любой преграды. Мой друг умеет обламывать. Сам не знаю, как он меня удержал. В камеру вернул. Дверь захлопнул.
– Блядь, ты совсем берега потерял, – рявкнул Тимур.
Я ничего ему отвечать не стал. Решил и друга заткнуть. Кулаком. Нечего в мои дела лезть. Какого хрена на дороге встал?
– Глеб, да приди в себя.
– Нихуя, – рыкнул я.
Реально взбесился. Мой мозг отрубился. Чувства тоже. Я удары едва замечал. Тимур мощно прикладывал. Кости трещали. Рот наполнялся кровью. А мне все без разницы оказалось. Я на свободу рвался. На боль наплевать. Пара тычков, пара царапин. Разве это тормознет мужика на пути к женщине, которую он всем нутром жаждет?
Глава 2
Я бы армию разбросал, но Тимур слишком хорошо меня знал. Понимал, как мою слепую ярость против меня же использовать. Победителем из нашей схватки вышел. Заковал в цепи покруче прежнего, окатил холодной водой. Только я и тогда ревел, рычал, больше не бешеного зверя смахивал.
Менты переполошились. На подмогу пригнали. Тимур их обратно отправил, сам разбирался. Достучался до меня. Не с первого удара, не со второго. Понимание после целой очереди пришло. И то накатило смутно, смазано.
– Мне выйти надо, – прохрипел я. – Сегодня. Срочно.
– Нет, – отрезал Тимур. – Тут посидишь, остынешь. Неделю, а то и две. Поглядим на твое поведение.
– Ебануться, ты чего надзирателем заделался?
– А ты сам напросился.
– Никакая дверь меня не удержит.
– Тогда я лично здесь задержусь.
– Тимур, завязывай напрягать. Тут нужно важное дело решать, а в камере я только время теряю.
– Ты в курсе кого избил?
– Да похер.
– Глеб.
– Ну бугай какой-то. Бритый уебок. Кончай уже меня дрессировать. Раз помогать не станешь, то свали в сторону. Сам разгребу.
– Тот бритый уебок работает на серьезного депутата.
– И что? – хмыкнул. – Ты теперь тоже в парламент прошел.
– Беспредел, Глеб. Нанесение тяжких телесных. Я отмажу, но быстро здесь не получится, не тот вариант. Ты бросился на того типа без повода. На ровном сука месте. Там записи наблюдения есть. Куча свидетелей. Замять трудно.
– Сколько я должен тут проторчать?
– Сколько потребуется.
– Мне на свободу нужно.
– Выкладывай, – потребовал друг.
– Чего?
– Чем тебя так накрыло.
Пришлось пояснить. В общих чертах. Бредово звучало. Повздорил с девчонкой, она свалила. Такие сопливые темы всегда мимо меня шли.
Отношения, блять. Выяснения. Всякие заморочки. Когда я таким занимался? Если бы кто сказал, насколько сильно увязну, я бы в лицо ему заржал.
Но теперь не до смеха. Сплюнул кровь на пол, кулаки размял. Сам не понимал, когда и как вляпался.
– Останешься в камере на неделю, – сказал Тимур.
– Долго, – башкой качнул. – Не вариант.
– Срок еще дольше мотать.
– Мне нужно найти Лику.
– Тебе нужно очнуться.
– Ты бы свою женщину так оставил? – взревел. – Бросил одну? Непонятно, какие ублюдки вокруг трутся. На нее каждая паскуда облизывается. Такую девчонку под контролем держать надо.
– Я бы своей женщине дерьмо не болтал.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Ты ни черта не знаешь.
– Она ушла, – оборвал. – Без деталей понятно, за кем тут косяк. Твоя Лика гордая. Ей тоже время дать надо. Будешь давить – покруче отдачу получишь. Тогда уже точно не вернешь ее.
– Я твои блядские советы не спрашивал.
– Мало я тебе врезал, – усмехнулся. – Мозги так на место и не встали. Ну ничего, посидишь тут. Может, башка и включится.
Конечно, я был с Тимуром не согласен, но возражать не имело никакого резона. Поэтому из тюряги пришлось выбираться иначе. Через личные методы.
Пусть валит. Без него обойдусь.
Я чуял, пора действовать. Тянуть нельзя. Вырвался из клетки через пару дней, сразу помчался в квартиру Лики. Даже мысли не возникло, будто моя девочка могла свалить. Я дубасил кулаками по двери. Орал. Звал девчонку. Вломился внутрь силой, а там – пустота. Вещей нет. Хотя логично, она же переехала жить ко мне, после ушла с одним чемоданом, только и его тут не видно.
Хуже всего – я не ощутил ее присутствия. Нигде. Прошелся по комнатам, вещи перетряхнул, разворотил все, что под руку попалось. И ничего. Она как будто и не приезжала сюда после нашей размолвки.
Тогда куда пропала?
Менты пригнали. Отвлекли. Но как увидели меня, так и спетляли. Запомнили уже. Поняли, не стоит лезть под горячую руку.
Я еще там побродил. Рефлексы молчали. Ярость внутрь клокотала. Обычно я легко на след выходил. Кого угодно мог разыскать, но тут как отрезало.
Слишком много она чувств пробуждала. Дурманила.
Я едва дышать мог. Без нее тяжело стало. Все не так и не то. Мир без вкуса, без запаха. Реальность выгорела на хрен. Пресно. Бесцветно.
– Девочка моя, – рычал. – Лика.
Как раненный зверь по ее квартире метался. Кулаки сжимал и разжимал. Ни черта не чувствовал. Нутро онемело. Здесь оказалось хуже чем в гребаной тюряге. Пока там бился о стены, еще не представлял, как много упустил. А теперь я видел, куда все идет и мне это совсем не нравилось.
– Новую дверь поставить, – приказал своим людям. – Живо. И вообще, все здесь привести в порядок. Прибрать. Ну чего застыли?
Приказ исполнили оперативно. Если бы и с остальным было также легко. Но нет.
Я пробил жилье родителей. Обе квартиры. Дачу. Адреса подружек. Бывших приятелей. Ноль. Полный тупик. Ни единой зацепки. Отследить транспорт тяжелее, займет больше времени.
Мои люди пробивали все. Автобусы, поезда, самолеты. Даже частные тачки. Камеры на заправках. Отели, посуточные квартиры.
А я дурел. На дела забил. На бизнес. Знал, поиски только начались, нужно терпение. Но у меня башню рвало от одного лишь осознания, как моя Лика далеко.
Вот и сейчас уносит. Смотрю на обломки собственного стола, на осколки зеркал, на документы, которые смял. И наплевать. На все наплевать. Я загибаюсь от дикой безумной жажды. По ней. По моей девочке.
Блядь. Она нужна мне. Здесь. Сейчас. Как вода, как воздух.
День без нее. Два. Три. Гребаная вечность. И перед глазами кадры ее ухода по коридору. Как издевка. Долбаная насмешка. Моя девочка не идет. Плывет. Она реальность точно нож рассекает. Красивая. Тонкая. Нежная. Моя, моя, моя.
Я не верю, что отпустил. Сам. Не верю.
Верну. Ох как я ее верну. Мало ей не покажется. Сучка. Все внутри разворотила и удрала. Знает, что может вертеть мной как угодно. Пользуется.
– Лика, – сквозь зубы выдаю. – Я до тебя доберусь. Скоро. И тогда ты никуда и никогда не уйдешь. Даже не дернешься в сторону.
Позади раздаются шаги. Оборачиваюсь и вижу одного из своих помощников. Бледный весь, мнется.
– Новости есть? – спрашиваю.
– Про вашу девушку – пока ничего нового.
– Тогда какого хрена приперся?
– Тут такое дело, босс. Вы приказали сообщить, если вас племянник опять направится в бойцовский клуб.
– Я другое сказал.
