— Зак! Мистер Вудлоу! — крикнула она, но ее слова утонули в гаме. Машину окружили журналисты и поклонницы, визжащие от неземного счастья. Как Саммер ни старалась, она не смогла подобраться поближе.
— Назад! — велел один из стоявших возле лимузина полицейских, и девушке пришлось послушаться. Ее плечи безжизненно опустились.
Вот и все. Четыре часа, двадцать семь минут и два десятка песен. И все напрасно.
Саммер хотелось плакать. В этот момент ей на щеку упала дождевая капля. Девушка подняла голову, недовольно поморщилась и решила взять такси.
…Через полчаса Саммер уже входила в дом, который служил городской резиденцией ее бабушке и дедушке. Она поднялась на третий этаж, где находились их со Скарлет комнаты.
— Ну, как все прошло? — спросила сестра, выйдя в коридор в красной шелковой пижаме. При виде ее наряда Саммер в очередной раз пришло в голову, что в природе нет двух более разных людей, чем она и ее сестра. Скарлет — яркая, непредсказуемая и склонная к необдуманным действиям. Саммер же всегда считалась очень спокойной и педантичной.
— Ужасно, — ответила девушка, присев на кушетку. — Не знаю, с чего я решила, что смогу взять у него интервью. Я даже близко к нему не сумела подойти! У этого парня охрана лучше, чем у Папы Римского и президента США, вместе взятых!
Она вкратце поведала сестре о событиях прошедшего вечера.
— Да, это был совершенно безумный план.
— И все? — не веря собственным ушам, спросила Скарлет. — И ты так просто сдашься?! Разве он не дает завтра очередной концерт? У тебя все еще есть шанс взять у этого рокера интервью!
— Скар, очнись! У меня нет никаких шансов.
— Разумеется, если ты будешь так же одета.
— А что не так с моей одеждой?
— Саммер, ты одеваешься как монашка! Твое тело скрыто с головы до пят!
— Там холодно! — защищаясь, произнесла девушка. — Неужели ты думаешь, что тут мне чем-то поможет декольте?!
— По крайней мере, оно уж точно ничего не испортит, — со знанием дела заявила Скарлет.
— Точно, мне не хватает парочки вещей из твоего гардероба, — сухо ответила Саммер.
Глаза ее сестры подозрительно загорелись.
— Слушай, а это идея!
Любовь Скарлет к модной одежде была притчей во языцех. Она частенько придумывала собственные модели, которые шились для нее на заказ, и Саммер искренне восхищалась талантом сестры, хотя сама предпочитала более скромную одежду.
— Даже не думай!
— Да это же идеальный вариант! И почему я раньше не сообразила?
— О чем ты?
— О том, как тебе пройти мимо охранников Зака Вудлоу! Тебе нужно просто одеться как группи [2]! Они всегда пропускают за кулисы симпатичных девушек.
— Почему?
Скарлет раздраженно вздохнула.
— Господи, Саммер, иногда мне кажется, что у тебя мозги старой клуши! Как тебе самой-то кажется?! Иногда для секса, иногда — просто чтобы потешить самолюбие звезды, а иногда и для создания нужного образа, потому что потом эти женщины с удовольствием рассказывают репортерам о встрече со своим кумиром.
— Ты что, хочешь вырядить меня, как одну из тех пустоголовых цыпочек?! Я хочу вызвать в нем уважение к себе как к репортеру, а не похоть как к какой-нибудь…
— Да ладно, решайся! Завтра вечером ты будешь олицетворением соблазна! И помни: ты собираешься на рок-концерт, а не на заседание ООН!
Саммер обреченно вздохнула.
…В пять часов она ушла из офиса и спустилась на лифте в редакцию журнала «Харизма», где работала Скарлет. Сестра помогла Саммер одеться в заранее подобранный и приготовленный наряд, подкраситься и уложить волосы.
После того как процедура завершилась, девушка еще долгое время разглядывала свое изображение в зеркале.
Драматично. Сексуально. В общем, совершенно другой человек. Губы Саммер недовольно изогнулись. Совершенно другой человек, безумно похожий на Скарлет. Разумеется, ничего удивительного — ведь она надела вещи сестры. А та считала, что выглядеть сексуально — значит быть похожей на нее.
Саммер прикоснулась к своим волосам, спадавшим на плечи.
На ней было короткое пальто в горошек, под ним — черная замшевая юбка, которая не доходила до колен, на ногах — высокие черные сапоги. Темно-красный топик с большим вырезом открывал взгляду ложбинку между грудей.
Плюс еще косметика. Обычно Саммер предпочитала естественные цвета и использовала губную помаду лишь с намеком на какой-нибудь тон. Но сегодня ее губы были темно-красными с золотистым оттенком.
Саммер совершенно не разбиралась в моде, но Скарлет — как главный редактор одного из популярных журналов мод под названием «Харизма» — прекрасно знала свое дело.
Как только Саммер вышла на улицу, то сразу же приготовилась к решительным действиям. Пока такси ехало к Мэдисон-Сквер-Гарден, девушка, словно молитву, повторяла совет сестры.
Высвободи внутреннюю богиню… Высвободи внутреннюю богиню…
Она продолжала твердить это всю дорогу до входа на концертную площадку.
Оказавшись в Мэдисон-Сквер-Гарден, девушка бросила взгляд на свою правую руку, на которой теперь не было кольца. К счастью, на пальце не осталось незагоревшей полосочки, которая могла бы ее выдать.
Сестра настояла на том, чтобы она оставила обручальное кольцо дома. Когда Саммер отказалась, Скарлет вцепилась в ее правую руку и принялась насильно стаскивать кольцо.
— Не глупи, Саммер! Ты же собираешься сыграть роль группи!
— Да, и при чем тут мое кольцо?
— Господи, я же тебе говорила! Группи пропускают за кулисы потому, что они молоды, сексуальны и свободны! Ты хочешь, чтобы все наши старания пошли прахом из-за какого-то кольца?!
В конце концов Саммер согласилась, но эта затея ей по-прежнему не нравилась. Она чувствовала себя так, как будто уже изменила Джону.
Разумеется, это просто нелепо. Сегодня ночью не будет никакого свидания. Она всего лишь пытается поймать на крючок рок-звезду и взять интервью, используя в своих целях сексуальную привлекательность. Что же, черт побери, в этом такого?!
Саммер снова подумала о Джоне. Он скоро вернется из своей деловой поездки. И это хорошо, так как им еще нужно спланировать свадьбу.
Девушка всегда старалась все продумать как можно тщательнее, и, обручившись в двадцать пять лет, она продолжала придерживаться своего плана, составленного уже давно.
Этот план состоял из следующих пунктов: в 25 лет — обручиться и получить статус репортера в «Гудке»; в 26 — выйти замуж; в 28 — стать лучшим репортером журнала; в 30 — продвинуться по служебной лестнице до должности менеджера и забеременеть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
