— Ты что тут, тонешь, что ли? — спросил дельфин. — Нет, я падаю в воду. — Как тебя зовут? — Человек.
— Ну, правильно. А раз ты человек, ты должен не тонуть, а плавать. Меня зовут Дуду, я дельфин. Я могу плавать под водой сколько угодно. В следующий раз, когда будешь тонуть, хлопни под водой в ладоши несколько раз. Я услышу, где бы я ни был, и немедленно примчусь к тебе. А сейчас я научу тебя плавать.
С тех пор они были неразлучны. Эта дружба очень много значила для мальчика: он не был теперь так одинок. Дельфины щебетали и разговаривали с ним, он понимал их и отвечал тем же щебетанием...
И вот спустя много, много дней, когда мальчик, как обычно, залез на самое высокое дерево, он увидел далеко, на самом краю неба и моря, силуэт корабля. Он протер глаза, думал, что корабль исчезнет... Нет. Мальчик стал быстро спускаться с дерева, чуть не падая, цепляясь за ветки, царапая лицо и руки колючками. Сердце билось в груди, он задыхался и бежал к морю. Ведь время шло, надо было добежать скорее, корабль может пройти мимо! Там люди! И никто из них не знает, что он здесь и что он так ждет их!
Мальчик бежал все быстрее. Споткнулся, упал. Никогда с ним этого не было. Разбил ногу. Вот он бежит между скал, вот уж виден корабль! От корабля отделяются маленькие лодки и идут к берегу. Слышны крики. Но кто это? Неужели это люди? Значит, это люди бегают с криками, ловят, тащат его птиц, засовывают в клетки, разбросанные по всему берегу. В одних уже стонут, кричат пойманные, в другие сажают тех, кого несут из леса. Они вырываются, царапаются, кричат, плачут. И вдруг он видит свою белую птицу: ее держит над головой высокий страшный человек. Он связал ей ноги, но она вырывается, бьет его крыльями по лицу. Человек роняет птицу, но тут же ее подхватывает другой, маленький, с кривыми ногами, и засовывает в клетку, чуть не ломая ей крыло.
Мальчик бежал по высокому скалистому берегу, нависающему над морем, и кричал от горя, вода лилась из глаз, он не знал, что это слезы. Он видел, как люди тащили клетки с птицами и бросали их в лодки... Нет, не добежать, не догнать, не помочь! Скорее, скорее в море, он поплывет, он догонит! Он знал эти места, тут можно прыгнуть, тут глубоко. Он подбежал к самому краю и бросился вниз.
— Дуду! — закричал он, как всегда. И на этот раз, едва мальчик вынырнул на поверхность, он увидел Дуду и всю стаю.
— Что случилось? — спросил Дуду, и мальчик рассказал ему.
— Скорее, скорее! — кричал он, и дельфины понеслись туда, где стоял корабль.
— Да, — сказал Дуду, — я видел это несколько лет тому назад. Они ловят красивых птиц и увозят их.
— Как? Ты и раньше видел корабли? — Да, конечно, далеко в море мы часто встречаем корабли, но они всегда проходят мимо. А тот, что пришел тогда к острову, тоже увез много птиц, как и теперь.
Дельфин свистнул, и стая понеслась еще быстрее. Уже спускался вечер. Но что они могут сделать, как помочь? Дуду знал все:
— Корабль еще на якоре. Если нам удастся забросить тебя на палубу, ты откроешь клетки — птицы долетят до берега, они еще не потеряли силы. Скорее! И они понеслись, разрезая воду. Морская вода зализала рану на ноге мальчика, уже не было этой горячей боли. Он плыл, не уставая, держась за Дуду. И вот они у корабля. Как скала, поднимается его гладкий высокий борт.
— Держись, — сказал Дуду и вылетел из воды кверху.
Ничего не вышло — мальчик сорвался и упал в воду. Через секунду дельфин был рядом. Теперь дельфины по очереди вылетали из моря, дерзка мальчика на могучих спинах, и подкидывали его кверху, чтобы забросить на палубу. Наконец ему удалось ухватиться за канат и повиснуть на нем. Осталось только подтянуться и влезть на палубу. Он собрал последние силы, рванулся и, зацепившись ногами за борт, упал на корабль. Теперь только не застонать, не выдать себя. Мальчик лежал неподвижно, отдыхая, и, с трудом поворачивая голову, оглядывался вокруг. Все тихо, страшные люди спят. Вот один из них валяется на палубе, преграждая ему путь. Мальчик бесшумно и ловко пополз вперед — он понимал, что нельзя терять ни минуты: надо открывать клетки, пока не проснулись люди.
Нет, ему не надо людей. Он так долго ждал встречи с ними! Больше не будет ждать...
Сейчас он сделает все что надо. Ведь он человек! Вот громадная клетка, его белая птица распласталась на полу. Сумел открыть дверцу, взял ее на руки. Теплая, живая. Ощупал крылья — целы. И, как бы уверяя его в этом, птица расправила крылья. «Лети», — шепнул он ей и подбросил вверх. Она взмахнула крыльями и исчезла в темноте.
Мальчик полз дальше по палубе от клетки к клетке, развязывая тугие узлы, царапая руки о проволоку. Птицы доверчиво молчали, помогая себя освобождать. Он ощупывал их крылья, ноги — целы ли? Гладил их, как бы прощаясь, и бросал вверх.
Так одна за другой уносились они из плена. И вдруг тот, что валялся на палубе, замычал и сел. Мальчик понимал, какая опасность грозит теперь ему самому. Страх охватил его, как тогда на берегу. Сейчас человек схватит его и посадит в клетку. Не раздумывая, он подбежал к борту и с криком бросился в море:
— Дуду!
Дельфины подхватили его, и они помчались прочь от корабля.
— На корабле зажгли огонь, — сказал Дуду. — Надо уйти как можно дальше, чтобы они не могли догнать нас. Скоро рассвет.
Они понеслись стрелой, измученный мальчик заснул на спине Дуду. Дельфины поддерживали его и следили, чтобы он не свалился в море.
Когда он открыл глаза, то увидел огромное розовое небо и бескрайнее море, тоже розовое там, где вставало солнце. Дельфины плыли в этом розовом сиянии молча.
Мальчик обнял Дуду.
— Спасибо тебе, — прошептал он и в ответ услышал ласковый щебет дельфина.
Но вдруг мальчик вздрогнул, сел верхом и закричал:
— Смотри, корабль! Он догнал нас, ты видишь, Дуду?
— Нет, это другой корабль. Это тот, который всегда проходит мимо. Вот сейчас увидишь, как он будет удаляться.
Но корабль не удалялся, нет. Он приближался к ним.
— Скорее, скорее плывем отсюда! — просил мальчик.
Но чей-то голос — голос корабля — прохрипел над морем: — Человек за бортом!
— Ты слышишь? — задрожал мальчик. — Человек — это я. Сейчас они схватят меня. Скорей под воду, Дуду!
— Поздно, — сказал дельфин, — лодка мчится сюда.
Лодка неслась, как самый быстрый дельфин, прямо на них. Дельфины ушли под воду. Только мальчик и Дуду остались наверху. Люди подхватили мальчика сильными руками. Он цеплялся за Дуду, кричал ему: «Не отдавай меня!» Но еще минута — и он в лодке. Когда человек заворачивал его в громадный, мягкий лист, он вырывался и царапался, как его птицы. Человек вытирал его, дрожащего, мокрого, прижимал к себе, гладил по головой говорил:
— Да успокойся ты, бешеный мальчик, ну чего ты?
Когда тот, из лодки, принес его на корабль, мальчик вырвался у него из рук и встал на палубу.
Он увидел много людей. Они стояли, как там, на рисунке в книжке. Он их сразу узнал.
Да, это люди, но они больше не нужны ему и он не боится их. Мальчик поднял голову и двинулся прямо на толпу. Люди расступались перед ним, они казались ему большими, как деревья. Все что-то говорили — он не понимал слов. А они говорили так: — Да, это тот самый мальчик. — Вы помните, газеты писали о катастрофе пять лет назад.
— Самолет столкнулся в воздухе с птицей и упал в океан. Удалось спасти, кажется, всех: рыбацкий сейнер оказал помощь. Не нашли только маленького мальчика.
— Потом писали, что кто-то из спасенных видел, как дельфины несли ребенка к берегу.
— Мне рассказывали о матери мальчика. Она ищет его долгие годы.
— Какая удивительная история! Вы посмотрите на это создание. Ведь он несся верхом на дельфине, когда его заметили с борта корабля.
А мальчик шел, не останавливаясь. Он не хотел быть с ними. Он знал, что там, в конце палубы, будет страшный трюм, куда он упадет, и там запрут его в клетку навсегда. Пусть так, зато его птицы на свободе. И он шел — тоненький, смуглый, голый человек, и такая решимость и даже ярость была в его походке и ясных детских глазах, что никто не смел остановить мальчика. Он шел и шел вперед, но вдруг силы оставили его, и он упал, как подкошенный, на протянутые к нему добрые руки людей.
Тот, из лодки, успел подхватить его и понес на руках, стараясь согреть. Мальчик дрожал, глаза его были закрыты.
— Вот видишь, какое дело, — говорил матрос, — хорошо, что я тебя успел поймать, а то бы ты здорово грохнулся. А теперь порядок. У нас и врач на корабле имеется, он и не таких вылечивал.
Мальчик слушал непонятную речь, и она успокаивала его. Будто эти незнакомые слова защищали его от всякой опасности.
— А главное дело, надо нам теперь найти твою маму, уж это я тебе точно обещаю, разыщем ее хоть на Марсе. Да нам и помогут. У нас на корабле капитан — человек стоящий. Так что, по-моему, мы с тобой все решили правильно.
