бригантина отвечала, корабль Сварта, некогда любимый, ныне ненавистный.
«Бежать! – подумал он, но тут же спохватился, придумывая новый план, пусть и не слишком убедительный: – Хотя нет, убить мальчишку… И сказать, что он был пиратом. Главное, чтобы он не успел ничего рассказать Стражам».
– Проклятье! Что ты… что ты сделал? – проговорил Сварт хриплым низким голосом, сдавленным ледяной яростью.
– Привел Морских Стражей, – весело ответил Маиму, доказывая и без того очевидный факт.
– Ты… ты! – шипел Сварт.
Привел, Маиму привел, кто же еще мог. А должен был он, Сварт! Лично! В этом и состоял план – указать верное место высадки пиратов, куда он сам и направил бригантину три года назад. До этого предполагалось устроить небольшую панику в городе, а потом выйти великим героем острова Кафу и пробиться в мэры города.
Но Маиму все испортил. Хотелось бы узнать, каким образом. Вскоре мальчишка и сам поспешил рассказать, уклоняясь от очередного удара и выставляя стремительный блок, вывернув запястье.
– Я видел тебя вчера. Подумал, что будущему мэру незачем выходить через тайную калитку в стене ночью, да еще идти куда-то к морю. Вот и пошел следом. А там пиратский корабль. Сперва я думал, что тебе надо помочь! Что ты решил сам разобраться с пиратами. Ну, мало ли… Я бы помог, честное слово. А ты! – Маиму тараторил, даже не сбивая дыхания. Он выпятил крупную нижнюю губу, точно его обидели в лучших чувствах.
Сварт ему, конечно, не поверил: не мог обычный парень, чужак, прибывший на остров Кафу, оказаться таким наблюдательным и даже не знать, что в поместье лорда Вессона поселился разыскиваемый на всем восточном побережье пират. Паршивый наймит уж точно не собирался помогать, он наверняка выслеживал исчезнувшего три года назад кровавого капитана по старым ориентировкам на досках объявлений, пока тот затаился на Кафу под чужим именем.
«Я не заметил его, потому что он передвигался слишком быстро. Слишком бесшумно», – понял свой промах Сварт. Никто из горожан ни за что не проследил бы за ним тайно, не заметил бы те скрытые знаки, которые он оставлял себе на тропах в лесу, чтобы ночью бесшумно и стремительно спуститься к тихой бухте. Накануне Сварт там встретился с командой.
– Ты готов, Облезлый Сэм? – спрашивал он у старпома, который верно руководил кораблем все три года. И даже вернулся в назначенный день. Себе на беду.
– Готов как никогда, капитан! – воодушевленно отзывался старпом.
– Хорошо. Завтра город будет наш, – сладко врал Сварт. – Будем править, установим свои порядки на Кафу, а ты останешься моим первым помощником. Как тебе такое, а, Сэм?
– Прекрасно, капитан, прекрасно, – вздрагивал от нетерпения старпом, теребя полы синего камзола.
И Сварт ухмылялся, представляя, как этот глупый пес, подобострастно скулящий у ног обретенного хозяина, отправится к праотцам и Змею Морскому после удара сабель.
Сварт собирался провести пиратов в самое сердце Кафу, все так же – незаметно, под видом новых слуг поместья, чтобы они уничтожили сперва всех недоброжелателей будущего мэра. Адреса он уже указал. Оставалось подать условный сигнал. Но Маиму-Длинноногий каким-то образом разгадал его план.
– Кто тебя нанял? Отвечай! Работаешь на торговые компании? – допытывался Сварт, размахиваясь смертоносным оружием.
– Не-а… – протянул Маиму, встряхивая огненными вихрами и нанося удар по руке снизу.
Сварт отбил клинок, легко разгадав маневр. Хотя он задыхался от возмущения. План потерпел крах, чему Сварт не желал верить, отражая удар за ударом. Коротенькая сабелька с каждым мигом незримо удлинялась, обретая сокрушительность тяжелого палаша. Каждая новая атака заставляла отступать на шаг вниз по тропе, к берегу, буквально загоняя в котловину противостояния с Морскими Стражами.
– Лжешь! – крикнул Сварт, обрушивая на Маиму удар обеих сабель, одной разя сверху, второй стремясь пропороть брюхо парнишки снизу.
Но клинок задел только оливковый камзол без рукавов, выношенный, явно с чужого плеча. Еще одна дырка на старой ткани не особо изменила его облик, а хотелось, чтобы вместо лоскутов одежды на ветру колыхались пласты свежесрезанной плоти врага.
– Не лгу! Случайно наткнулся, – фыркнул Маиму, но потом лицо его потемнело, нахмурился он уже по-взрослому сурово, беспощадно: – Но теперь я не прощу того, что ты хотел сделать с этим островом!
И Маиму накинулся с яростью бешеного медоеда – столь же бессмысленно и неотвратимо. Сварт едва не пропустил обычный прямой укол этой глупой коротенькой сабли, которая теперь вращалась в руке мальчишки со скоростью мельничных лопастей под порывами ураганного ветра.
Удар пришлось ловить обеими саблями, их плоской частью, отводя и переворачивая вражеский клинок, а заодно подло пнув противника ногой по колену, но тот отскочил, утробно шипя, превращаясь на короткие мгновения из беззаботного веснушчатого разгильдяя в настоящее чудовище.
Сварту почудилось, что широко раскрытые синие глаза парнишки затянулись черной пеленой, белки пропали, а из алеющей бездны посмотрела сама тьма. Кто-то другой, кто-то, кем не являлся Маиму. Именно он наносил яростные удары, слившиеся в единый вихрь парирований и блоков на пределе человеческих возможностей. Человеческих, а не твари с «даром асуров».
Сварт при всем желании оставался просто человеком, натренированным и уверенным в себе фехтовальщиком. Но ни обманные финты, ни две сабли не помогали против монстра, чей праведный гнев обрушился на него в этот день.
Только вился туман над тропинкой между холмов, только в джунглях разносился лязг клинков. И пыль под ногами клубилась, сливаясь с душащим маревом.
– Это он! Сварт Иренг! Капитан Две Красные Руки! – крикнули внезапно из зарослей, и раздался новый пушечный выстрел со стороны побережья.
– Он здесь! – ответил Маиму, приходя в себя и как будто замирая. Неконтролируемая ярость вымотала его, он едва не напоролся на клинки и неловко споткнулся, опрокинувшись на спину.
Добить врага Сварту не дали. Он вздрогнул, давя неразборчивый рык, проклятье всем неземным силам, в которые он не верил: Морские Стражи окружали с обеих сторон тропы. На него нацелилось с полдюжины длинных винтовок – одного из лучших изобретений последних лет с перезарядкой при помощи рычага-спусковой скобы и с подствольным трубчатым магазином.
Они грянули единым хором, призванным изрешетить ненавистного пирата, державшего в страхе на протяжении более десяти лет все торговые суда, курсировавшие в местной акватории, как пугливые утки. Теперь уткой пытались выставить непревзойденного капитана Сварта. Какие-то недотепы в зеленых френчах вообразили себя лучшими охотниками.
«Бежать, к кораблю», – понял Сварт, кидаясь напролом и срубая голову одному из Стражей. Сабли сработали как топор палача: взвились единым порывом, забрызгали кровью мясистые листья, под которые и нырнул спасавшийся бегством пират. За ним по крутому склону последовали противники.
Теперь-то он уж понял,
