Стремление к обладанию редкими драгоценностями влечет человека к преступлению.
Отсюда святой муж делает исключительно внутреннее, а не для глаз. Поэтому он удаляется от того и приближается к этому.
13
Почесть и позор от сильных мира (для мудреца) одинаково странны.
Собственное тело тяготит его, как великое бремя.
Что значит: почесть и позор от сильных мира одинаково странны (для мудреца)?
Почесть от сильных мира – унижение (для мудреца), поэтому, когда она достанется (ему), то (он) относится к ней, как к совершенно призрачной[9]; когда она потеряется, то также к ней относится, как к презренной.
Вот это-то и есть: к почести и позору от сильных мира относиться как к призрачному.
Что значит: собственное тело тяготит его (мудреца), как великое бремя?
Я имею потому великую печаль, что имею тело. Когда я буду лишен тела, то не буду иметь никакой печали.
Поэтому, когда мудрец боится управлять вселенной, то ему можно поручить ее; когда он сожалеет, что управляет вселенной, то ему можно отдать ее.
14
Предмет, на который мы смотрим, но не видим, называется бесцветным.
(Звук, который) мы слушаем, но не слышим – беззвучным.
(Предмет, который) мы хватаем, но не можем захватить – мельчайшим.
Эти три (предмета) неисследимы, поэтому когда они смешаются между собой, то соединяются в одно.
Верх не ясен, низ не темен. О, бесконечное! Его нельзя назвать именем.
Оно существует, но возвращается к небытию.
Оно называется формою (или видом) бесформенною.
Оно также называется неопределенным.
Встречаясь с ним, не видать лица его, следуя же за ним, не видать спины его.
Посредством древнего Тао можно управлять жизнью настоящего времени.
Исследовать происхождение всего (или начало древности) называется нитью Тао.
15
Древние, выдававшиеся над толпой люди хорошо знали мельчайшее, чудесное и непостижимое.
Они глубоки – постигнуть их невозможно.
Они непостижимы, поэтому внешность их была величественная.
О, как они медленны, подобно переходящим зимой через реку!
О, как они нерешительны, подобно боящимся своих соседей!
О, как они осанисты, подобно гостящим в чужом доме!
О, как они осторожны, подобно ходящим на тающем льду!
О, как они просты, подобно необделанному дереву!
О, как они пусты, подобно пустой долине!
О, как они мрачны, подобно мутной воде!
Кто сумеет остановить их и сделать ясными?
Кто же сумеет успокоить их и продлить их тихую жизнь?
Исполняющий Тао не желает быть наполненным[10].
Он не удовлетворяется ничем, поэтому, довольствуясь старым и не обновляясь (душою), достигает совершенства.
16
Когда пустота будет доведена до последнего предела, то будет глубочайший покой.
Всякая вещь растет, в чем я вижу возвращение (или круговорот).
Правда, вещи чрезвычайно разнообразны, но все они возвращаются к своему началу.
Возвращение вещей к своему началу и есть покой.
Покой и есть возвращение к жизни.
Возвращение к жизни и есть постоянство.
Знающий постоянство (или вечность) – мудрец.
Не знающий постоянства будет действовать по своему произволу, поэтому он призывает к себе беду.
Знающий постоянство имеет всеобъемлющую душу.
Имеющий всеобъемлющую душу будет правосуден.
Правосудный будет царем.
Кто царь, тот соединяется с Небом.
Кто соединен с Небом, тот будет подобен Тао, которое существует от вечности.
Тело его погибнет (умрет, когда настанет время), но (дух его) никогда не уничтожится.
17
Существует ли высочайшее бытие, я не знаю; но можно (духом) приблизиться к нему и воздавать ему хвалу, потом – бояться его, а затем – пренебрегать им.
От недостатка веры происходит неверие.
О, как медленны слова, сказываемые с весом и со смыслом!
Когда совершенны заслуги и сделаны подвиги, то все земледельцы скажут, что это достигнуто естественным ходом вещей.
18
Когда великое Тао[11] будет покинуто, то появится истинная человечность и справедливость.
Когда широко будет распространена мудрость, то появится великая печаль.
Когда шесть ближайших родственников[12] находятся в раздоре, то является почитание родителей и любовь к детям.
Когда в государстве царит усобица, то являются верные слуги.
19
Когда оставлены святость и мудрость[13], то польза народа увеличится во сто раз.
Когда оставлены человеколюбие и справедливость[14], то дети будут почитать своих родителей, а родители будут любить своих детей.
Когда покинуты всякого рода лукавство и выгоды, то воров не будет.
Одной только внешностью достигнуть этих трех (пунктов) невозможно. Для этого необходимо быть более простым и менее способным и бесстрастным.
20
Когда уничтожено будет учение, то печали не будет.
Как велика разница между простым и сложным!
Как велика разница между добром и злом!
Необходимо бояться того, чего люди боятся.
О, дико! еще далеко до средины.
Многие держат себя важно, словно получают жертвенное мясо, словно весной восходят на башню.
О, как я прост! Во мне нет ничего определенного, как в младенце, еще не достигшем детства.
Я как будто несусь, но не знаю куда и где остановлюсь.
Многие люди богаты, но я ничего не имею, как будто все потерял.
Я прост, как душа глупого человека, но люди света блестят.
Я очень темен, но люди света просвещены.
Я один страдаю душевно; волнуюсь, как море; блуждаю и не знаю, где остановиться.
Многие люди делают то, к чему способны, но я один глуп и мужиковат.
Я один отличаюсь от других тем, что люблю питаться у матери[15].
21
Высоконравственный повинуется только одному Тао.
Сущность Тао похожа на блеск света.
О, неуловим блеск света! но в нем есть изображение.
О, как как он блестит! Он решительно неуловим, но в нем есть вещество.
О, как призрачно и непостижимо (Тао)! В нем есть сущность, которая достоверна.
От древности до ныне имя (его) никогда не исчезало.
Я обозрел многие начала, но не знаю, отчего такие начала, а не иные.
22
Из несовершенного происходит цельное.
Из кривого – прямое.
Из углубленного – гладкое.
Из старого – новое.
Если немного, то легко приобрести, а если много, то легко запутаться.
Поэтому святой муж имеет только одно, но он сделается примером для всего мира.
Он открыто не объявляет своих мыслей, поэтому он никогда не заблуждается (ясен).
Конец ознакомительного фрагмента.
