– Долой проклятых собак-христиан! Смерть им! – кричали несколько турецких матросов, и обе стороны пребывали в страшном раздражении.
Вдруг Сади прижал руки к груди и начал шептать какое-то изречение из Корана.
– Что с тобой? – спросила принцесса, поднимавшаяся в это время по ступеням на пристань.
– Посмотри туда, принцесса! Золотая Маска!
Говоря это, Сади указал на появившуюся недалеко от них фигуру. Бледное лицо незнакомца было до половины закрыто золотой маской и с одной стороны казалось залитым кровью. Голова была повязана зеленым арабским платком.
Принцесса на мгновение остановилась.
– Да… это он, это Золотая Маска! – прошептала она наконец.
Между тем незнакомец направился прямо к сражающимся и оказался в центре битвы. Казалось, что ножи и кинжалы отскакивали от него. Матросы, арабы и франки, движимые ужасом, расступились и отхлынули назад. Незнакомец между тем не проронил ни слова, молча прошел он через отступающие ряды, точно его появления было достаточно, чтобы прекратить кровопролитную битву.
– Приведи мне карету! – приказала принцесса.
Сади сделал знак кучеру одной из карет, который сейчас же подъехал.
– Видишь ли ты в темноте эту фигуру? – спросила принцесса кучера.
– Это Золотая Маска, – отвечал дрожащим голосом кучер, испуганно оглядываясь вокруг.
– Поезжай за ним, я заплачу за это тысячу пиастров!
– Если бы ты обещала мне в десять раз больше, то и тогда я не согласился бы, – отвечал кучер.
– Я приказываю тебе! Я принцесса Рошана.
– Приказывай что хочешь, но не это, светлейшая принцесса; встреча с Золотой Маской приносит несчастье. Да к тому же это было бы бесполезно. Посмотри, он уже исчез!
Сади оглянулся кругом. Кучер был прав – Золотой Маски нигде более не было видно. Принцесса с досадой села в карету, простившись с Сади милостивым движением руки, затем карета покатилась.
II. Реция, красавица турчанка
Гроза, сопровождавшая появление Золотой Маски, так же скоро окончилась, как и началась.
Зайдя в кофейню узнать о результатах схватки, Сади пробыл там недолго и вскоре вернулся назад к своей лодке. Дело завязалось из-за двух венгерских девушек, которых один старый турок хотел отвести в предместье Галату для того, чтобы продать в гарем знатного турка. Обе девушки начали звать на помощь, тогда завязалась борьба, во время которой, при появлении Золотой Маски, девушкам удалось бежать и найти помощь у ближайшего консула. Турок, в гарем которого вели девушек, был Гамид-кади, один из высших государственных сановников, как говорили в кофейне.
Прежде чем идти домой, Сади зашел посмотреть еще раз, хорошо ли привязан его каик, и нашел в нем дорогой ковер принцессы, который грек-слуга положил в лодку.
– Теперь поздно, – прошептал Сади, складывая ковер, – но завтра утром я должен отнести его принцессе, а то она может подумать, что я хочу забрать ковер себе.
Оставив ковер в лодке, Сади отправился домой. Скоро он свернул на узкую грязную улицу со старыми деревянными полуразвалившимися домами. Узкие и мрачные улицы Скутари, где живут только турки и евреи, производят на иностранца крайне неприятное впечатление, и только изредка глаз отдыхает на роскошной мечети или зеленых группах деревьев, время от времени попадающихся между домами.
Ночь уже наступила, когда Сади попал на улицу Капу, где все уже стихло и было почти совсем темно, так как только изредка горели тусклые фонари. Там и сям встречал Сади возвращавшихся из кофейни турок, затем улица снова опустела. Вдруг, переходя через небольшую площадь перед мечетью, Сади услышал слабый крик, как будто стон умирающего. Он остановился, но, как ни вглядывался в темноту, ничего не мог различить.
– Красавица Реция, – раздался недалеко от Сади тихий шепот, – наконец-то я нашел тебя!
В ответ на эти слова снова раздался слабый крик испуга. Сади стал присматриваться внимательнее и понял, что тут, под покровом ночи, совершалось нечто ужасное. Но что же такое? Где была та, которая называлась Рецией? Где был человек, говоривший с нею? Тогда Сади взглянул по направлению ко входу в мечеть, около которой росло несколько высоких деревьев и висел фонарь. В тени одного из деревьев Сади заметил фигуру девушки-турчанки, которая стояла, дрожа всем телом, не будучи в состоянии ни бежать, ни даже позвать на помощь. Ей угрожал кто-то, кого Сади не мог рассмотреть, а только слышал голос.
Голова девушки была покрыта белым покрывалом, но оно спустилось с лица, выражавшего испуг, и Сади был поражен ее красотой. Большие голубые глаза с длинными черными ресницами выражали ужас голубки под завораживающим взглядом змеи. Черные роскошные волосы падали волнами из-под вуали. Маленький полуоткрытый рот с ярко-красными губами скрывал жемчужно-белые зубы.
В ту минуту как Сади, ошеломленный ее красотой, напрасно старался понять, в чем дело, к турчанке быстро подошел мужчина, до сих пор скрывавшийся в тени деревьев. Но почему девушка ждала того, как этот человек, очевидно ее враг, подойдет к ней, а не старалась спастись бегством, пока еще было время? Почему она не зовет на помощь? Сади сразу же нашел объяснение этой загадки. Человек, приближавшийся к красавице, был грек – слуга принцессы Рошаны, взгляд которого, упав случайно на Сади, наполнил ужасом его сердце.
Да, Сади не ошибался! Это был действительно грек, и взгляд его обладал завораживающей магией змеи. Девушка, встретившаяся с греком в этом уединенном месте, попала бы, не сопротивляясь, в его руки, если бы Сади случайно не проходил мимо.
С громким угрожающим криком поспешил Сади к мечети.
– Что тебе надо от нее, грек? – вскричал он, решительно подходя к дрожащей девушке.
Грек злобно оглянулся на неожиданного защитника. Турчанка упала на колени и с умоляющим видом протянула руки, прося Сади о помощи и защите.
– Ради Аллаха, – прошептала она, – заступись за меня.
Как змея, неожиданно пораженная опасностью, оставляет свою жертву, точно так же и грек, увидев Сади и, может быть, боясь, что он позовет кавасов, поспешно оставил девушку.
– Ты все-таки не уйдешь от меня, – прошептал он, уходя, стоявшей на коленях девушке, – ты должна быть и будешь моей!
Затем он неслышно скрылся за деревьями. Сади подошел к дрожащей девушке, которую он видел в первый раз и которая глядела на него глазами, полными слез.
– Кто ты, говори, чтобы я мог отвести тебя к твоему отцу, – сказал Сади ласковым голосом, протягивая девушке руку.
– У меня нет ни отца, ни матери, ни брата, – отвечала девушка печально.
