не был силен в целительских техниках, но в тот момент не сумел выдать даже минимально приемлемого результата. И это напугало меня не меньше, чем все случившееся ранее.
Моя сила была тем спасательным кругом, который всегда удерживал меня на плаву. Именно развитие контроля над своей силой позволяло мне хоть как-то преодолевать трудности, которые так любили подбрасывать родственники… там. И вот теперь ко всем прочим злоключениям добавилось еще и это. А я-то думал, что больнее быть не может. Ошибся…
К счастью, вымотанный недавней истерикой, я уже был просто не способен на бурную реакцию. Устал. А потому, обреченно хмыкнув, огляделся по сторонам и, пожав плечами, снова свернулся калачиком на полу. В конце концов, какая разница, где я сдохну, правильно?
А потом был сон. Тот самый сон… странный, но такой знакомый…
Вздох. И марево, окружавшее меня, вдруг разлетается рваными клочьями, открывая равнину. Степь… Колышется море какой-то невнятно-серой травы, в низком хмуром небе грохочет гром, а тяжелые, налившиеся чернотой скорого дождя облака то и дело озаряются вспышками зарниц.
Черт знает что! Как меня занесло сюда из… а откуда? Последнее, что я помню там, — огненный вал, катящийся на меня, слышу, как трещат сгорающие волосы, и чувствую жар, обжигающий лицо. А потом… темнота. А до того?
Стоило сосредоточиться, и вся моя короткая жизнь промелькнула перед глазами, быстро, невероятно быстро, но… я вспомнил. Стоп-кадрами прошли все значимые события. От смерти родителей до моей собственной гибели.
— И что же мне с тобой делать, а? Бегун…
Послышавшийся из-за спины голос заставил меня подпрыгнуть на месте от неожиданности. Вот ведь! Дошел до ручки, называется. Расслабился от удивления, дурак, совсем за обстановкой следить перестал.
Я медленно обернулся и… никого не увидел.
— Простите?
— Хм, ты посмотри, какие вежливые мертвяки пошли, а? — Тот же голос, и снова из-за спины.
На этот раз я повернулся куда быстрее — и все равно никого не увидел. Да что за ерунда?! Опять двадцать пять.
— Угомонись, отрок, и прекрати вертеться. Толку все равно не будет… а меня отвлекаешь.
— От чего?
— Да вот, думаю, что с тобой делать теперь. Не ожидал я, что ты сбежишь. Рассчитывал, что поддержишь моего посланца хоть на первых порах, а там уж… Ну да ладно, дело прошлое. Ушел и ушел. Обратно тебя запихнуть я все равно не смогу.
— Не надо меня обратно! — Слова вырвались изо рта раньше, чем я сообразил, о чем, собственно, говорит мой неуловимый собеседник.
— Да помолчи ты уже. Дай подумать… — Голос зазвучал строже, а меня только что к земле не прижало его недовольством. Вот это силища… М-да, уж лучше я действительно помолчу.
Едва эта мысль сформировалась, как голос хмыкнул:
— То-то… шалопут! Ладно, есть у меня одна идея. Ох, не моя это работа, сюда бы Ладу, она б чего поизящнее придумала. Но… иди, в общем. Там родня тебя гнобить не будет. Точно.
— Где «там»? — не понял я. — И куда идти?
— А ты обернись, — пророкотал голос.
Я выполнил приказ-просьбу, и передо мной оказалась дверь. Просто дверь. Деревянная, покрытая прозрачным, но уже потемневшим и потрескавшимся от времени лаком, с чугунной ручкой затейливой формы. Вот только стены не было. Просто дверь посреди степи.
— Ну и чего ждешь? Открывай и шагай.
От удивления я не нашел ничего лучше, чем выполнить и этот приказ неуловимого собеседника. Взялся за ручку и потянул дверь на себя. Тяжелая, набранная из толстых досок створка неожиданно легко подалась, и меня залил белоснежный, нестерпимо яркий свет.
Этот сон снился мне… в смысле мне — Рику, чуть ли не каждую ночь. И каждое утро я его забывал. Начисто. Но вот то ли время пришло, то ли нервная встряска от смерти родителей тому виной, но я его вспомнил, а вместе с ним и свою прежнюю, такую короткую жизнь…
Наверное, это судьба. Там погиб в четырнадцать, здесь… А вот хрен им всем! Я вскочил на ноги и, оглядевшись по сторонам, хлопнул кулаком по раскрытой ладони. Выживу. Чего бы мне это ни стоило. Есть я, есть мои знания и умения, пусть невеликие, но, судя по тому, как взвился пыльный вихрь вокруг моего тела, и кое-какие способности все еще при мне. А значит, будем жить!
Правда, насчет способностей… надо бы еще проверить, что с ними. Уж если Воздух меня слушается не хуже, чем там, то и энергоинформационное поле тоже должно поддаваться влиянию. По логике. Но с этим можно будет разобраться чуть позже. А пока… пока нужно определиться с дальнейшими планами и едой.
Пустой желудок согласно забурчал, и я, прислушавшись к его мнению, принялся выбираться из дырявого корпуса огромного дирижабля на свежий воздух. Ну если вонь старой смазки, масла и ржавого железа можно назвать свежим воздухом.
Первой моей мыслью было вернуться в город. Уж там-то всяко удастся разжиться едой, но я не учел одного обстоятельства. Бомбардировка-то закончилась, но наступило закономерное продолжение. Город грабили. Крики и редкие выстрелы можно было услышать даже отсюда, со свалки. А значит, процесс поиска пищи грозит оказаться не таким уж и безопасным.
Но делать-то все равно нечего. Есть хочется, да и к родному дому надо сходить. Вдруг там… нет, вряд ли кто-то выжил во взрыве. Но я должен туда сходить. Обязан…
Надежда — злое чувство.
Часть первая
Новый дом
Глава 1
В недобрый час…
С того момента, как я вспомнил свою прежнюю — или предыдущую? — жизнь, прошло довольно много времени. Город, который я — Рик помнил цветущим, хотя и довольно сонным местечком, застроенным высокими фахверковыми домами, утопающим в зелени садов и скверов, после налета каперов умер… точнее, он и сейчас умирает. Кто-то погиб в безуспешной попытке защитить себя и свое имущество от орды бандитов, высыпавших из дирижаблей пиратов, те, кто сумел избежать их внимания, большей частью покинули разграбленный город… Сами пираты убрались через два дня, едва на горизонте появился линкор Флота Открытого неба. Ушли, оставив за собой пятна пожарищ и трупы.
Линкор высадил в городе небольшой гарнизон и отправился догонять пиратов, а город… А что город? Если б не железнодорожная ветка, проходящая через Меллинг, и небольшая верфь, занимающаяся ремонтом каботажных дирижаблей, город бы давно умер. А так дыра дырой, но еще как-то дышит под прямым контролем военных и администрации судоремонтного завода. На верфи, кстати, теперь работают не местные жители, а вахтовики, а в самом Меллинге, кроме
