тяжелым балонником для пущего спокойствия. Заодно и включила видео на телефоне – если меня убьет это существо, так хоть запись потом послужит для науки.
Закончив приготовления, я вновь зашагала по дороге. Глядела лишь на просвет, что белел впереди меж деревьев и мысленно читала стихи, чтобы не думать и не бояться – звери чуют страх, так? Может это был медведь, что встал на задние лапы? Ох, нет. Тот жуткий взгляд… Меня передернуло. Ведь предупреждали на заправке! Впору было арендовать машину повыше или ружье.
Наконец я приблизилась к той самой точке на дороге. Затаила дыхание и проскочила ее, не сбавляя шага. Скосила глаза вправо – чисто! Неужели привиделось? Мышцы слегка расслабились, но слева вдруг раздался топот и треск веток. Я повернула голову и заорала во всю глотку – меховая махина широкими прыжками неслась прямо на меня! Я припустила вперед, отбросив и балонник, и камеру. Утробный рев быстро приближался, спиной я уже ощущала дыхание смерти. Воздух обжигал гортань, в боку кололо. Ноги летели, почти не касаясь земли, но оно все же настигло меня, повалило на землю и… я сильно ударилась. Голову пронзила резкая боль. В глазах потемнело, и я отключилась.
⠀
Очнулась. В носу густой аромат сосны. Тело будто не принадлежит мне: конечности онемели от лежания в неудобной позе, от боли в виске слезы текут сами собой, а веки потяжелели и не желают подниматься. Но я их заставила, конечно. И увидела темный сарайчик, огонек в жестяной печи и… мохнатую спину. Я тоненько заскулила от страха и тут же прикусила себе язык, когда существо обернулось.
Мех спереди разошелся в две стороны и оказалось, что это высокий мужчина, одетый в шубу с длинным спутанным ворсом. Он тут же сбросил ее на пол, рукавом вытер пот со лба и откинул длинные черные волосы за спину. В один миг я оценила – хорош. Глаза узкие, будто ножом прорезанные, скулы острые, брови как крылья, сам статный и сильный. На груди висит круглое зеркало, а рядом амулеты с фигурками полузверей-полулюдей, да вышивки на одежде мистические. Чем-то даже похож на Никиту, только возраста моего папы. Не к месту, я попыталась вспомнить как выглядел мой отец и не смогла. Что с памятью? Неужели, удар по голове сказался? Эти вопросы заняли второе мгновение. А на третье он уже вернул меня к реальности все тем же безумным засасывающим взглядом. Взглядом человека, который не отвечает за свои действия… Я приподнялась.
– Уходи, – тут же прорычал он.
– Мне в Туярык, – кашлянув, выдавила я.
– Нет! Иди обратно!
Я застыла на миг, пробежалась глазами по сарайчику и заметила, что возле стены белеет большой бубен.
– Вы шаман? Пожалуйста, помогите добраться до села, – умоляюще воскликнула я. – Я слышала о запрете, но это вопрос жизни и смерти!
– Сколько мне раз повторять?! – гаркнул он и вскочил с места. Я закрылась от удара, но он просто принялся ходить из угла в угол. – По этой дороге. Нельзя. Сейчас. Ходить. Ясно?
– Ясно, – теперь я старалась говорить спокойно и твердо, чтобы не злить его. – А другие пути есть? В обход?
Шаман закатил глаза и его чистые белки на миг сверкнули в темноте.
– Не уйдешь сама – силой вышвырну! Нет другого хода здесь. Вокруг – топь, болото.
– Да что же там творится-то такое?! – я уже уверилась, что Ник в беде, а от меня скрывают что-то жизненно важное. Челюсть намертво сомкнулась, а кулаки сжались в кувалды. Шаман явно это заметил и устало вздохнул:
– Ох, девка, и чего ты здесь забыла? С виду дробненькая, пугливая, а на деле – верблюдица упертая. Раз отвадил – смотрю, опять тащится. Второй раз хотел волоса на кулак намотать да выволочь, но ты уж сама об землю приложилась. Притащил доглядеть, пока не очнешься.
Он подошел к двери, приоткрыл ее, свистнул кому-то и поводил указательным пальцем в воздухе. Мол, следи, не спускай глаз. Затем тяжело опустился на табуретку, откупорил термос, налил чаю в кружку и протянул мне.
– На, попей. Расскажу я тебе, почему дорогу стерегу. Видение мне было, что движется в Туярык преопаснейшая тварина. Как придет – учинит зло и горе. Сперва с малых бед, а там и до болезней смертных дойдет. Превратит село в погост молчаливый, и дальше полезет. Вот и жду заразу. Местных поостерег ходить, а тут ты, залетная. Бывают же совпадения… И по чью душу пришла?
Я поставила кружку, не отпив ни глотка. Услышь я это все в городе – в жизни бы не поверила. Но здесь, в глуши, история, облаченная в хриплый шепот мужчины с загадочными амулетами на шее, обретает неоспоримую силу.
– Я к парню моему. Любимому. Мы в универе вместе учимся, – тут меня осенило, – погодите, но раз я обычный человек, почему нельзя пройти?!
– А вот почему.
И шаман забормотал, время от времени прерываясь на то, чтобы подскочить к двери и оценить обстановку. Оказалось, что вчерашний рассвет он встретил ни жив, ни мертв – едва оклемался после удушающе тяжелого сна и тут же стал мыслить, как сберечь людей. Да вот незадача – не открылось ему, что из себя представляет опасность и как выглядит. Дух-покровитель посоветовал установить шаманский самострел. Оружие это – незримое для людей, и поражает не тело, а душу, что тоже ведет к верной смерти. Глаз с ушами у него нет – обмануть не получится. Шаман настроил самострел по ощущениям из видения – цель поразит наверняка. Да только не так все просто…
На этом месте собеседник духов запнулся, смочил горло обжигающим чаем прямо из термоса и потер лицо руками – явно волновался. И было отчего. Если сторожильный волосок заденет загаданная добыча – вмиг погибнет. А вот если кто-то другой на него наступит, тогда умрут части самострела.
Я ощутила, как начинаю трястись от дурного предчувствия.
– Умрут части? Он живой что ли?
– На лук пошел дух брата, на тетиву – жена, на стрелу – старший сын… – он принялся загибать пальцы.
У меня зазвенело в ушах. Шаман остановился на шести частях и продолжил шевелить губами, только до меня больше не доходил смысл его слов. Он остановился, взял колотушку и легонько стукнул по бубну. Глубокий низкий звон туго натянутой кожи привел меня в себя, прогремел в
