Сейчас он привалился к неструганной спинке скамьи, вытянулся и закрыл глаза. Отдыхает. А мне еще грести не меньше получаса, потом сменимся. Елки-палки, двадцать первый век, а на это корыто даже мотор поставить нельзя. Нарушает, понимаешь, колорит. Точно Господину Варкрафту не все по барабану, весла ли, гребной ли винт... Хотя, наверное, когда-то запрограммировали в нем такую картинку. А нам теперь надрывайся. Главное, почти три года впереди такой жизни. Если, разумеется, за это время меня не проткнут копьем или не сбросят за борт. Побултыхайся-ка в броне.
- Слышь, Свен, - повернулся ко мне отдыхающий Олаф, - базар один есть. Только сейчас стремно, притормозим пока. Но вообще клевая идея назревает.
И этого-то кадра я полагал сэром Вестфилдом! Вот уж впрямь сын крысы...
4.
Сказать, что бой был жарким - это ничего не сказать. Выдвинувшаяся из тумана длинная ладья орков присоседилась борт в борт к нашему драккару, оттуда умело метнули крючья, притянулись, и мгновение спустя визжащая орочья орда посыпалась к нам на палубу.
Мы-то уже с полчаса как видели ихние маневры, но по сценарию полагалось, упившись вусмерть, быть застигнутыми врасплох. Мы и в самом деле приняли по чуть-чуть, раз уж сценарий дозволяет, тем более, в мороз самое оно. Но проглядеть орков не сумел бы и самый безнадежный алкоголик. Однако Игра есть Игра.
Картина была еще та. Ночь, луна то появляется в черных разрывах облаков, и тогда под ее мутными лучами блестят широкие, зазубренные изнутри ятаганы орков, то ее заволакивает плотная пелена, и лишь рыжий огонь факелов освещает наше ристалище. Слышатся крики боли пополам с матерщиной, как правило, нашей, родной, хотя временами звучит и иная речь. Главное, не требуется переводчика - все и так ясно. Все расписано на много ходов вперед.
Я сжимаю ставшую вдруг липкой рукоять меча, отмахиваясь от наседающего на меня орка. Когда луна выглядывает из облаков, видно, что это совсем еще юный парнишка, не старше семнадцати. Над губой у него едва лишь наметились мечты об усах. Но юноша тем не менее ловок и напорист. Копье в его руках так и играет, и вскоре он пробьет мою защиту.
А по сценарию мне положено его зарубить. Во вводной, которую заставляли выучивать чуть ли не наизусть, сказано: "И никто из мерзких косматых чудовищ не остался в живых". Интересно, знают ли об этом косматые чудовища?
- Как ты-то сюда попал? - кричу я, пытаясь поднырнуть под копье.
- Тебе не один хрен? - бормочет парнишка, резко отводя руку. Так, сейчас попробует ударить снизу. Ладно, это нестрашно, этому нас учили.
- Я-то ладно, я дядька взрослый и вообще историк, - миролюбиво поясняю, отбив мечом его удар, - я норму недобрал, и вообще эти компьютеры видал в гробу. Но вы, молодежь, вы же фанаты игрушек...
Сейчас говорить можно, в заварухе боя стукачам не до крамольных высказываний. Мальчик тоже это понимает.
- Я за анекдот, - хрипло сообщает он, оттесняя меня к борту. Это плохо. Там я лишаюсь пространства для маневра, и очень скоро буду напоминать пришпиленную иголкой бабочку. В альбоме юного натуралиста.
- Что за анекдот? Рассказал бы уж напоследок... Мы ведь все равно живем для того, чтобы завтра сдохнуть.
- Да так, фигня, - сплевывает парнишка, - ну, значит, приходит Господин Варкрафт в баню...
Что было дальше со Светлым нашим Господином, я так и не узнал. Мальчик судорожно вздохнул, ойкнул и шлепнулся на мокрые доски палубы. Как раз появилась луна, и я увидел торчащий из его затылка тяжелый арбалетный болт. И темную лужицу возле вихрастой головы.
Из темноты выскользнула невысокая плотная фигура.
- Ну ты даешь, дядя! Он же тебя чуть не замочил, пока ты на его базары покупался, - укоризненно протянул Олаф... - Ну ядрена феня, сам точно пацан. Приглядывай тут за тобой... Ладно, пошли, этих косматых мы уже сделали.
Я стоял, не двигаясь.
- Ну ты чего, в натуре? - удивился Олаф. - К палубе примерз, да?
А я все смотрел на темную лужицу, которая начала уже подергиваться ледком.
5.
Эту ночь можно спать спокойно. По сценарию следующий бой лишь дня через два, близ Земли Чертовых Скал. Северное побережье Норвегии, говоря по-простому. А пока нам ничего не грозит. Разве что ветер и волны. Но к ним дружина Сигурда Светлоусого уже привыкла.
Викинги, укрывшись всем, чем только можно, храпят в кубрике. Если только эту вонючую конуру можно так назвать. Я-то знаю, три года служил на Тихоокеанском флоте. В принципе меня и впрямь можно считать старым дядькой. Тридцать девятый пошел.
- Ну вот, сейчас самое оно, - удовлетворенно хмыкнул Олаф, кутаясь в тулуп. Конечно, по сценарию не положено, разрушает колорит, но если мы тут все вымрем, кто обеспечит Игру? И потому наши надзирающие на многое закрывают глаза.
- И о чем же ты хотел базарить? - хмуро поинтересовался я, глядя на мокрые доски палубы, куда изредка опускались подсвеченные луной снежинки. Облака наконец разошлись, и холодные огоньки звезд не спеша покачивались над нашими головами. То есть, конечно, качался на волнах драккар, но мы уже как-то привыкли брать его за неподвижную систему отсчета.
- Ну, для начала я тебя кой-чего спрошу, - усмехнулся Олаф. - А дальше посмотрим, как базар пойдет.
- Спрашивай, - кивнул я, пытаясь предугадать, чего же ему надо.
- Только честно, Свен - тебе не обрыдло загорать в этой курортной зоне?
- Глупый вопрос. Словно у меня есть варианты.
- Варианты всегда есть, Андрюша. Надо лишь вовремя подсуетиться.
Не слабо! Он знает мое настоящее имя, а сие категорически запрещено Сценарием. Оно и понятно: мы уже не люди, мы - персонажи Игры. Ладно, с Марком Зейделем мы пять лет на одном факультете преподавали, он - обобщенную семиотику, я - историю Дальнего Востока. Но и то не подали вида, что знакомы. Откуда ярлу Сигурду Светлоусому знать рядового дружинника Свена?
А этот, выходит, в курсе. Источник его информированности особых вопросов не вызывает. Сейчас добрый малый предложит неофициальное сотрудничество. Трудно, что ли, время от времени делиться своим мнением кто о чем говорит, и все такое? А зато в известных кругах ко мне отнесутся с пониманием. Три года Полигона вполне могут ужаться и до полутора, а в случае заметного усердия - и того более. Скучно, братцы-викинги. Ничто не ново под кошачьим лунным глазом.
- Видишь ли, Андрюша, - задумчиво протянул Олаф, - жизнь, она штука хитро закрученная. Вот загораем мы тут, на драккаре, орков месим, обеспечиваем Светлому нашему Господину Варкрафту полноту жизни. А где-то по коридорам люди с автоматами бегают, в монстров палят. Это, значит, Господин Дум кушают. Кто-то на орбите барахтается, за шаттлами на буранах гоняются. Уфо изображают. Все вроде бы просто, да? Сферы влияния поделены, мировая сеть разбита по секторам, никто никому не мешает.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
