Закончив с описанием стены, защитного купола и дерева, на котором сидела, я спрятала дневник и опять сосредоточилась на созерцании защиты.
Дерево, кстати, было приметным. Толстенное, в несколько обхватов, оно росло тут явно очень давно, широко раскинув крону. Ветви местами склонялись до земли, но здесь, со стороны купола, изгибались, обходя плетение на расстоянии около метра: дерево прекрасно чувствовало, куда расти не стоит.
Выходило, что размеры и положение купола неизменны, по меньшей мере, последнюю сотню лет, иначе дерево росло бы как-то иначе. Жаль только, пользы от этого наблюдения не было никакой, проникнуть внутрь мне дерево не поможет. И правило забора тут вряд ли сработает, нечего надеяться найти неучтённую дырку.
А вот интересно, ходят ли кромешники в самоволку? Ну а что, поселения оборотней тут есть, а они парни молодые, не может же у них совсем не быть нормальных человеческих желаний! Слухи и легенды, конечно, о воинах ордена ходили самые зловещие, но я всегда относилась к ним скептически, а после пяти лет работы на журналистском поприще — и вовсе только посмеивалась. Знаю я, как они рождаются, слухи эти. Сама руку прикладывала. А если снова вспомнить нашего короля, то и вовсе сложно считать их чем-то таким уж потусторонним. Мужик как мужик. Нет, ну красивый конечно, порода чувствуется, но ничего этакого.
Тьфу! Не к добру он мне так настырно в голову лезет, не к добру! Да и само выражение «лезет в голову» применительно к менталисту вызывает специфические ассоциации...
Я тряхнула головой, пытаясь отогнать дурацкие мысли, и опять вернулась к созерцанию. Трогать защиту не хотелось, а не трогать — не моглось. Не возвращаться же с пустыми руками! Раз влезла — надо идти до конца. Вот сейчас ещё немного посижу, присмотрюсь, а потом пойду.
Пойду искать ворота, потому что пролезть сквозь защиту — не стоит и пытаться. Притворюсь классической дамой в беде, скажу — заблудилась, надавлю на жалость, не выгонят же они меня обратно в лес! А там может что-нибудь интересное и успею увидеть. Да я вот прямо сейчас уже вижу больше, чем почти все жители Латории!
Ещё через несколько минут любопытство всё же победило все остальные чувства, и я потянулась к защите совсем лёгким, слабеньким сканирующим заклинанием — не чары, так, обрывок. И совсем даже не ради взлома, просто присмотреться для собственного развития.
Моё плетение преодолело расстояние до купола, коснулось… и растаяло, вместо того чтобы вернуться с информацией. Только удивлённо выругаться я не успела: защита ответила даже на это робкое прикосновение. В лицо плюнуло тьмой, я взвизгнула и отшатнулась, совсем забыв, что сижу на ветке дерева на изрядной высоте над землёй.
Кажется, теперь дама действительно в беде!
Я сжалась, зажмурилась, ожидая удара — но его не последовало. Через пару мгновений я сообразила, что успела всё-таки поставить защиту, облегчённо вздохнула и открыла глаза.
Ой.
Кажется, эту защиту поставила не я…
Поверх моего собственного воздушного кокона, не нарушая его, но мягко обволакивая, змеились плети тьмы. И это было даже красиво — серебро на чёрном.
— Кто вы и что здесь делаете? — резкий, хрипловатый мужской голос заставил меня дёрнуться от неожиданности и заозираться, тем более чужая магия аккуратно поставила меня на ноги. Правда, отпускать не спешила, так и вилась вокруг, всем своим видом советуя не совершать глупостей.
— Я? — уточнила, пытаясь на ходу придумать внятное объяснение, раз не успела подумать об этом заранее. — Я Тиана.
Тёмный выглядел непривычно, но… определённо, был хорош. Высокий, худощавый, в примечательной чёрной форме и с чёрными же волосами, он походил на голодного весеннего грача. Но в хорошем смысле, это его не портило. Было в этом своё специфическое очарование.
Птице его уподобляли и черты узкого лица — резкие, хищные, строгие. Тонкий нос с горбинкой, чёткие скулы, тонкие губы, сейчас плотно сжатые, густые брови с надломом, даже глаза, и те чёрные, неестественно яркие на фоне очень светлой кожи. А если прибавить узкие чернильные ленты татуировки, извивающейся на висках — наружность впечатляющая. Этакий стереотипный некромант, каким его представляют обыватели: бледный, худой, весь в чёрном. Впрочем, со зловещими историями про воинов Кромешной Тьмы его наружность тоже прекрасно сочеталась.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я не обманывалась его видимой худобой и несерьёзностью: слабаком незнакомец точно не был. Дело даже не в магии и принадлежности к самому загадочному воинскому ордену, его выдавала безукоризненная выправка, поза готового ринуться в бой человека, цепкий пристальный взгляд чёрных глаз. И чутьё моё говорило о том же: не мог такой человек оказаться слабаком, не мог! Да и сложно поверить, что он не умел пользоваться своими мечами… Изогнутые, с расширением в середине и острым кончиком, они своим видом завершали образ кромешника при исполнении. Непроглядно-чёрные, они не отражали, а словно впитывали солнечный свет и рассеивали его, так что клинки окутывала лёгкая дымка. Оружие мужчина держал наготове, но опустив вниз и чуть отведя в стороны — он был готов к бою, но всерьёз неприятностей от меня не ждал.
Жаль, никак не получалось вспомнить названия вот этого оружия. Что-то такое вертелось на языке, но безрезультатно. Сюда бы Бриана, моего старшего брата, вот он мог бы с толком рассказать, что это за мечи и мечи ли вообще. Но он фанатик холодного оружия, он о нём знает всё. Хотя вроде бы не боевой маг, откуда в нём это только взялось?..
— Тиана… и всё? — вывел меня из задумчивости кромешник.
— Тиана Бран. — Я заставила себя встряхнуться. — А вы правда кромешник? И это вот то самое ваше легендарное оружие? Ох, видел бы его Бриан! А от чего зависит его форма? А изменять вы её можете по желанию или только одним пользуетесь? Ведь в разных случаях удобнее с разным — ну там на открытом пространстве и в узком коридоре...
Только когда мужчина, растерянно моргнув, отступил на полшага, я сообразила, что успела подойти к нему вплотную и даже протянула руку, чтобы пощупать чёрный китель. Нет, я бы и к мечу потянулась, но тут всё же сработал инстинкт самосохранения: что бы ни говорили злопыхатели, а он в нашем семействе есть.
— Кхм. Извините. Это нервное, — я виновато отдёрнула руку и на всякий случай сцепила их за спиной. Вдруг решит, что я на него покушаюсь с нехорошими намерениями?
— Что вы здесь делаете?! — очнулся и кромешник тоже, видимо, вспомнив, что это он тут — суровый и легендарный воин знаменитого Ордена, а я так, погулять вышла.
— Я заблудилась, — смущённо опустила я взгляд и затараторила, на всякий случай старательно следя за словами, чтобы говорить только правду: — Так обрадовалась, когда на это вот наткнулась, — кивнула в сторону стены, — залезла на дерево, осмотреться и передохнуть. Думала, пойти поискать ворота, но кто знает, насколько до них далеко! Так что попыталась сначала так, а оно ка-ак даст! А я ничего плохого же…
— Тихо! — одёрнул меня кромешник, даже выразительно вскинул ладонь, останавливая. Я умолкла и мысленно ругнулась на себя: так увлеклась, что не заметила, как и когда исчезло его оружие. — Что ты вообще забыла в Адарай?!
О! Мы уже на ты? Кажется, я делаю успехи!
— Я её изучаю, — с ходу нашлась я. Стресс от падения прошёл, присутствие кромешника — воодушевило, и я поймала кураж. Прекрасное состояние, которое нередко выручало меня и на экзаменах, и по работе: в нём я трещу особенно убедительно и, главное, не затыкаясь, так что у собеседника почти не остаётся шансов успеть вдуматься в суть. — Я бытовик, и мне очень хочется доказать, что бытовая магия здорово недооценена, и хороший бытовой маг во многих ситуациях даст фору и боевикам, и защитникам. Например, взять вот выживание в дикой природе. Ну как тут обойтись без бытовой магии? Вот я, например, тут уже две недели — и ничего, прекрасно себя чувствую. Правда, спать на деревьях надоело, и очень хочется нормально вымыться, чтобы с мылом, потому что магия магией, но...
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
