Да будет свет в корпускулах российских!
Передо мною чёрный предмет.Точка. Короткое слово «нет».Бархатный голос издалека:«Смелее, дружище, это – приказ!
Если промедлишь – начнётся возня:Невзгоды, пустейшие фразы дня.Завтра – то же, и хватит врать:«В будущем буду существовать!..»
Некуда деться! Чёрная слизьПологом чёрным выкрала высь.Вдруг вперемешку с воздухом чёрнымКорпускулы света сверкнули над пологом!
Вмиг чернота окрасилась в серый,Заголосила: «Что вы наделали,Псы-азиаты, дрянные корпускулы,Гости незваные,светлые русские?!»
Галичи, Наличи, Таничи, ещё…
Бродит в песочнице солнечный зайчик,Ластится к крохотным лицам людей.Время промчится – вырастут мальчики,Будут сжимать в кулачках-чемоданчикахВовсе не кубики и не трамвайчики,
Но повода боевых лошадей.
Небо сомкнётся над крохотным раемВ блок-пирамиду ружейных стволов.Слёзы прольют потускневшие зайчики,А поседевшие Галичи, Наличи,Лесоповала хлебнувшие ТаничиВстанут под пули, прикрыв от пожарищей
Листики-крыши песочных домов.
Бродит зарёванный солнечный зайчик,Ищет – кому бы испечь куличи.Плавит, как лазером, огненным пальчикомВремя песочных часов, ждёт товарищейКрохотных, чтобы на солнечных пастбищах
Зрели защитники малых отчизн!
Лобные доли, кто вы?..
Лобные доли стёрты,Мы проворонили взлом.Всех нас, живых и мёртвых,Бог рассудит потом!
Нынче одно – атака!Под фронтовые сто граммДве фронтовые гранатыВ небе идут на таран.
Мёртвые – тоже герои!Бойня – процесс потерь.Матом друг друга кроетБегущий на зверя зверь.
А за спиной командираПлачет в мазутной грязиКрохотный атом мира,Лет четырёх-пяти.
Парни, где его мама?Что ж, будет сын в полку.Дать молока сто граммов,С фляги обмыть щеку!
Кончилось злобное время.Московия, Крымский мост.Вижу: вдоль парапетаНа роликах в полный рост
Катит юнец-стилягаС вросшей в щеку слезой,Обмытой в окопном оврагеИз командирской фляги
В мёртвом полку – Живой!..
Братья-славяне, довольно!
Братья-славяне, довольноПриклад на зарубки стачивать,Довольно убитых кровниковНедодавать внучатам!
«Эй-эй, москалей на гиляку!» —Горланит бандерова челядь.В ответ ополченец гранатуСрывает с чеки – «Нелюдям!»
Братья-славяне,русские ли,Крайние или мелованные,Вас латиняне лузгают,Склёвывают, как вороны!
Вы простодушно верите,Что Меркель лучше Пандоры[5].Сколько надобно смерти,Чтобы насытить вора?
Братья-славяне, пóмните:Вы – Ромулы поствизантийские,В формулах ваших геномов —Критерии будущих истин!
Каждый убитый ромулУносит в могилу знание.Трупы с обрывками формулНе подлежат опознанию.
Братья-славяне, довольноУничтожать собеседников.О долге славянском помня,Встанем к святой обедне![6]
Восторженное отторжение Макаревича
Я состою из Одессы…
М. Жванецкий
Пряные сельди одесских пивнушек,Екатерина en face,Фрунт моряков, покидающих сушуНа корабле «Пегас»…
Россия,Москва,улица Горького,Тверская пяти морей,Сельдь кусковáя с одесских траулеров
К вечернему пиву.Эй!Что случилось?Вы, одесситы,Мы, москвичи-бичи,Стали(как бы кого не обидеть)На Русской земле – ничьи!
Пришелец из прошлого МакаревичВ свидóмый концертный залВходит с гитарой весёлый, стареющий,Русское как украл.
Как в ДТП попавший вне времени,Обиду вложив в слова,Андрюша мови́ти: «Батáны и леди,Россия сошла с ума!»
Эх, Макар, бестолковую музыкуТы гонишь на старости лет:Второе мая, Дом профсоюзов,Иль это приснилось мне?
Однажды в Альпах фельдмаршал Суворов,Восславив поникший полк,Кликнул: «Богатыри, наш нороврусский,Какой восторг!»
Меркель и Олланд как антиперсоналии Русского мира
Если зимой валяются собаки – быть метели.
Крестьянская поговорка
Не спи, россиянин, сны детства досмотришь потом!Под Выборгом бродит каналья по русскому снегуИ телом сползает в сугробы, как в белый бетон,Формуя следы для такой же, крадущейся следом.
Бегут через лес погранцы, они чуют беду.Приказ – обезвредить, доставить в оковах пудовыхИдущих по пояс в январо-карельском снегуКлыкастую пару непрошеных европоморов.
Не спи, россиянин, – силён и коварен твой враг!Под городом Выборг в обнимку «два розовых[7] фина»:«Француз из Бордо», однодневка, лукавый Олланд,И Меркель, борзая баварка, немецкая б…
Примяли снежок на окраине Русского мира.
Немка вдвоём на картине Шагала
Европа – суконная зелень. ЯВхожу со свечой в полумрак бильярдной.Обвисли лузы, шары внакатЗастыли, как артиллерийские ядра.
А там, в России, на дальних оврагах,Где прорастает пехотный комбат,Девочка из-под города КаргопольРожает втайне от европейских «благ»…
Падший ангел Ангела МеркельИ клоун-де-клон Франсуа ОлландВедут на костёр российского президента,Но русские, как рукописи, не горят!
Что им, вертлявым, Русская славаС позывными «Москва-Севастополь-Донецк»,Они, как псы на удавке, лают,Срыгивая намерéния ОБСЕ.
Струхнула Европа, когда ополченцыВ гуще Дебальцева взяли в котёлBlue-голубые французские ценностиИ бочку баварского пива «Jawohl!»
Ладно, потерпим и эту подставу.У нас на взлётной кого только нет!Лети «от винта» с лёгкой кисти ШагалаВ прошедшее время, евродуэт!
Туры и операторы смерти
Недавно я услышал о новом направлении российскоготуристического бизнеса —туры в Донбасс на линию фронта.Желание стать очевидцем смерти,находясь в гарантированной безопасности,напомнило мне традиции римского зверинца-Колизея…
Я свечу запалил украдкой,Мне не хватает воздуха.Совесть, как галогенная лампа,Слепит глаза, выжигает голос.
Сердце бьётся вослед кровотоку:«Стойте!Да стойте же, вы,безумцы,Шоколадные штрудели, нелюди-клоны,Маклеры, брокеры, денежные трезубцы!..»
Есть мародёры плоти.Чуя исход летальный,Они набивают глоткиЖизнью остывшей тайно.
Им, вороным, потеха:Сцéпочка, крест нагрудныйАпофеоз «успеха» —Топ-портмоне с купюрами.
Есть мародёры духа.Раньше их звали «вампиры»,Они, как чёрные фурии,Ластятся к бранному пиру.
Что ж, в двадцать первом векеСнова отцы-магистрыО кровушке человеческойГалдят в туристических «Бистро».
Хотите в Донецке под пулями,В бронированном для вас автоФиксировать, как стекает по улицеКровь женщиныс разорванным животом?
А вот старушка,наспех прикрытаяУпавшим с крыши листовым железом.Хотите, за дополнительную платуЛист приподнимут,И вы увидите тело!..
Нечем дышать!Евгений[8], спасибо,Ваши слова нынче стали моими.Толпятся «туристы от смерти»в мизер,Вытаптывая совесть и собственное имя.
Инвалиды Афганистана
Инвалиды АфганистанаУ метро собирали паёк.Инвалидам АфганистанаКто-то бросил пятак в комок.
Задрожала гитара глухо,Будто стингер царапнул борт,И насмешливый голос духаВзвыл надрывисто, как волк-койот.
Кровь метнулась к лицу и встала.Кто мы, люди, куда идём?Инвалид отложил гитару:«Да не парься ты, всё путём!..»
Герой-квартиросъёмщик
Уютно в московской квартиреТоптаться на Яндексе.ру,Помножив себя на четыреУпавших в смертельном бою.
Рассматривать, как диораму,Андроид, лаская диван,И чёрного парня ОбамуОтстреливать, глядя в экран.
Удобно злословить: «Уроды!»,Когда не свистят над тобойНи пули, ни битые сводыНебесной судьбы роковой.
В руках твоих чашечка кофеДымится, как жерло ствола,Но близится полночь – и по фигуВсе скорбные в мире дела.
А утром, по Яндексу-пробкиВзглянув на изъяны пути,Ты под Иловайские сводкиГазуешь к ноль-ноль девяти.
Я начинаю верить
