На севере от Обители Туманов стоит горя Серебряной Драконицы. Ты можешь попасть в нее через секретный тоннель в Усыпальнице Хумы. Я это знаю, так как случайно упал в нее, и меня унесло по воздушной трубе, проложенной в Статуе Драконицы. Вот там то я и нашел Фисбена, уже после того, как он умер, только он был живым.
Это произошло в горе, в которой Терос Железодел выковал Копья, и поэтому там стоит Изваяние.
Каждый год, в День Праздника Середины Зимы рыцари приходят к Горе Серебряной Драконицы и Усыпальнице Хумы. Они поют песни о Хуме и Стурме Светлом Мече, который раньше был моим хорошим другом. Они "говорят о доблести днем, а ночь проводят в молитвах перед могильной плитой Хумы" — это цитата Таниса.
Я знал про это. Но меня раньше никогда не приглашали, возможно, потому, что я не рыцарь. (Хотя, я с удовольствием бы им побыл. Я знаю историю о полукендере, который практически был рыцарем. Читал? А, ну ладно.) Как я понял, меня пригласили в этом году, потому что год особенный, десятилетие чего-то там, чего я не смог прочитать из-за клякс. Но, вообще то это было без разницы, так как там намечалась большая вечеринка в честь этого самого.
Я уже довольно долго мотался в тумане, пытаясь угадать, где нахожусь (Я немного сбился с пути), когда я услышал голоса. Я остановился послушать и пока останавливался, я прокрался за дерево. (Это не «подсматривание». Это называется «осторожность», а осторожность способствует продлению жизни. У Таниса она очень развита. Объясню попозже.)
Вот что я услышал:
"Десятилетние должно быть благочестивым, торжественным, священным праздником перепосвещения для всех добропорядочных и праведных людей Крина." Это был Танис! Я был уверен, что это его голос, только говорил он тоном Лорда Гунтара. Затем Танис сказал своим обычным голосом: "Чушь. Все это — только слова."
"Что?" — сказал другой голос, и я узнал в нем Карамона, все того же старого, сбитого с толку, Карамона. Я не мог поверить своей удаче.
"Танис, дорогой", услышал я женский голос, и это была Лорана! Я понял это, так как только она называла "МОЙ ДОРОГОЙ", "говори немного потише."
"Но что? …" — это был снова Карамон.
"Никто меня не услышит", — прервал его Танис. Он явно был раздражен и находился в Плохом Настроении. "Этот проклятый туман глушит все. А правда состоит в том, что у рыцарей политические проблемы. Тот набег драконидов на Тротал вызвал бунт в Палантасе. Люди думают, что рыцарям надо пойти в горы и истребить драконидов, гоблинов и всех тех, которые бы могли истребить их самих первыми. Это вина тех тупиц, которые считают, что нам надо вернуться в золотые дни Короля-Жреца.
"Но ведь леди Крисания — …" — снова попытался Карамон.
"Да, она напомнила людям правду." — объяснял ему Танис "И я думаю, что многие поняли. Но фанатики обрели новобранцев. В основном, после рассказов беженцев о горящем Тротале и гоблинах, убивающих детей. И, похоже, никто не понимает, что рыцари не смогут собрать достаточную армию для похода на Кхалкхистс, даже если они объединятся с дворфами. Остальная часть Соламнии останется без защиты, чего, возможно, набеги гоблинов и хотели добиться. Но эти дураки не хотят ничего слушать."
"Вот почему мы …"
"… Здесь? Да, поэтому." — ответил Танис — "Рыцари превратили все это в спектакль, для того, что бы напомнить всем, насколько мы поистине великими и замечательными являемся. А ты уверен, что мы идем в правильном направлении?"
Я мог видеть их с того места, где я прятался.
(Осторожность, не подглядывание.) Танис, Карамон и Лорана ехали верхом, в сопровождении рыцарей, которые ехали позади, и довольно далеко. Танис привстал на лошади и озирался — как будто он потерялся. Карамон озирался тоже.
"Я думаю …" — начал Карамон.
"Да, дорогой" — снисходительно сказала Лорана — "Вот след. Я проходила этой дорогой раньше."
"Десять лет назад" — напомнил ей Танис, улыбнувшись.
"Да, десять лет" — ответила она. — "Но я никогда этого не забуду. Я была с Сильварой, Гилтанасом и … Флинтом. Старый добрый Флинт. "Она вздохнула и вытерла щеку.
Я почувствовал, что сейчас всхлипну. Я оставался за деревом пока не успокоился. Я слышал, как сглотнул Танис. Он поправил седло и приблизился к Карамону. Их лошади прошли, чуть не задев меня.
"Я боялся, что это случится." — тихо сказал Танис — "Я пытался отговорить ее от поездки, но она настояла. Проклятые рыцари. Полируют свои доспехи и воспоминают победу десятилетней давности, надеясь, что люди вспомнят битву у Башни Высшего Волшебства и позабудут Разгром Тротала."
Карамон прищурился: " Тротал был? — …"
"Не преувеличивай, Танис" — прервала его Лорана, подъезжая к ним — "И не беспокойся за меня. Хорошо, когда нас вспоминают тот, кто ушел раньше нас, кто ждет нас в конце нашего долгого пути. Мои воспоминания о добром друге не горьки, они не делают меня несчастной, это только грусть. Это наша потеря, а не их." — сказала она, посмотрев на Карамона.
Здоровяк улыбнулся и покачал головой в молчаливом понимании. Он думал о Рейстлине. Я знаю об этом, потому что я тоже думал о Рейстлине. Немного тумана попало мне в глаза, и они даже заслезились. Я думал, что же Карамон высек на небольшом камне, который он установил в Утехе в честь Рейстлина.
ТОТ, КТО ПОЖЕРТВОВАЛ ЖИЗНЬЮ РАДИ МИРА, ТОТ, КТО СПИТ, В ПОКОЕ, В ВЕЧНОЙ НОЧИ.
Танис погладил бороду. (Его борода смотрится вполне прилично, хоть в ней и появилось несколько седых волос). Он выглядел расстроенным.
"Ты увидишь, что я имел в виду, когда приедем. Рыцари столкнулись со всеми этими неприятностями, расходами и думаю, что это им ни как не на пользу. Люди не живут в прошлом. Они живут в настоящем. Вот что нужно учитывать. Рыцарям нужно хоть что-то, поддерживающее нашу веру в них сейчас, а не воспоминания о том, что они сделали 10 лет назад. Начали поговаривать даже, что тогда это было работой магов. Боги и магия." — Он покачал головой — "Мечтаю о том, что бы мы смогли позабыть прошлое и думать о будущем".
"Но мы должны помнить прошлое, чтить его." — сказал Карамон, наконец-то ухитрившийся закончить фразу. Он бы этого не сделал — настолько Танис был взвинчен — просто тот в как раз чихнул в этот момент. "Если они разделятся сейчас, то, как мне кажется, стоит напомнить о тех временах, когда они объединились".
"Только если это будет что-то достойное." — невнятно пробормотал Танис. Он порылся в карманах, возможно в поисках носового платка. Он совершенно не следит за своими вещами и теряет их. Я знаю это, так в это время как раз держал его сумку.
Вот как получилось, что у меня была его сумка: Я вышел из-за дерева, решив удивить его. Я узнал сумку, которая была привязана (правда довольно плохо) к седлу и внезапно она сорвалась и упала мне прямо в руки. Я хотел сказать и кое-что, но они снова начали говорить, и было бы нетактично прерывать их. Поэтому я взял сумку и снова отошел за дерево и заглянул внутрь, что бы убедиться, действительно ли это сумка Таниса или по ошибке чья-то другая.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
