Читаем без скачивания Голый шантаж - Геннадий Ангелов

– Иначе, увы, последствия трудно предугадать. К сожалению, ребёнка сохранить не получится.

Доктор с прискорбным лицом развёл руки в сторону.

– Вы молоды, у вас всё впереди. Операция не сложная. Вас почистят и в ближайшее время выпишут.

Наталия не слышала врача. Находясь в глубокой прострации едва дышала. Она так хотела, чтобы у них с Максимом был ребёнок. Первая беременность и аборт. Доктор дал ей понюхать нашатырь, и снова сказал: через час, наберитесь терпения.

Он хотел встать и уйти, но Наталия схватила его за рукав белого халата и не отпускала. В её мокрых от слёз глазах было столько горечи и боли, что доктор сам расчувствовался, и снова принялся ей объяснять о необходимости провести операцию.

– Вы понимаете, срок беременности очень мал, и даже если предположить, что вас положат на сохранение, шанс один на миллион. Уверяю вас. Отнеситесь как можно спокойнее, возьмите себя в руки.

– Какие «руки» доктор? Это мой ребенок, и вы его убьёте.

Она хотела вскочить и дать звонкую пощечину врачу. Но не смогла. Ноги отказывались её слушать. В это мгновение в ней проснулась прежняя Наташка «Промокашка», готовая на самый отчаянный поступок. Доктор заметил ненависть в глазах пациентки и словно рак попятился к двери.

– Успокойтесь, успокойтесь.

Он сжал ладони словно тибетский монах, и толкая ногой дверь, выскочил как ошпаренный в коридор.

Наталия усилием воли закрыла глаза и попыталась собраться с мыслями. Внутри у неё бушевал ураган. Она реально понимала, что Максим ей этого никогда не простит. Знакомы они были несколько лет. И всего полгода назад как расписались. Наталия отказалась от свадьбы, не хотела афишировать это событие, и торжество прошло в узком семейном кругу на пятнадцать человек. Максим был мужчиной её мечты, высокий, темноволосый, широкоплечий, с обаятельной улыбкой – Джорджа Клуни. Занимался бизнесом, и несмотря на свой возраст, Максиму не стукнуло еще и двадцати пяти, был очень обеспеченным человеком. Дом в Конча – Заспа, прислуга, охрана, маленькая яхта в Крыму, дом в Форосе, делало его лакомым кусочком, для любой женщины. Их пламенные чувства вспыхнули с первой встречи. Максим баловал Наталию как хотел. Роскошные подарки, новенький спортивный «Порше» на свадьбу, драгоценности. Наталия чувствовала себя королевой, и многие подруги ей просто завидовали. Характер у Максима был взрывной, как атомный реактор. Если, что-то было не так как он хотел, мужчина сметал все живое на своём пути. Иногда Наталия проявляла малодушие, но боялась признаться в этом, даже самой себе.

Лёжа в пустой палате, она кусала губы в кровь, и нервничала. Ей не хотелось, чтобы Максим бросил её и ушёл к другой женщине. Права была её лучшая подруга Светка, когда говорила, чтобы Наташа не увлекалась спортом до фанатизма. Но упрямый с детства характер девушки, брал своё. И она изматывала себя в спортзале до седьмого пота. Вот и результат.

«Не должен он меня бросить, не должен», – повторяла она словно заклинание. И сама не верила тому, что думала. На минуту забыв про Максима, она вспомнила павильон, массовку. Глаза. Они принадлежали Сашке Кургану, с которым она впервые в жизни узнала, что такое секс. Этот парень, был первым её мужчиной, когда Наталии не исполнилось семнадцати лет. Сашка был старше Наташи на десять лет, и слыл в округе самым настоящим – бандитом. Грабил магазины, воровал из машин – вещи, магнитофоны, аккумуляторы, после их на рынке перепродавал, одним словом оторви и выбрось. Вдвоём они занимались мошенничеством, и это именно он дал прозвище Наталии – «Промокашка». Наталия любила всё доводить до конца, была хитрой и настырной. Если нравилось какое-то дело, она изучала его с присущей почти каждой женщине щепетильностью, вникая в тонкости предстоящего ограбления до конца. Это нравилось Кургану, и он часто брал её в дело.

– Дура, дура, дура, – прошипела словно змея Наталия, и два раза ударила кулаком по креслу. – Идиотка, зачем ты тогда с ним связалась?

Прошло лет семь, и она знала, что Курган сидит в тюрьме, и не скоро оттуда выйдет. Суровая действительность оказалась менее прозаичной. Курган не только вышел из тюрьмы, но ещё сумел её найти.

Теперь Наталия понимала, что спокойной жизни пришёл конец, и крайне необходимо найти выход. Но какой? Она перебрала не один десяток вариантов, и успокоившись на том, что от Кургана можно будет откупится деньгами, чуть успокоилась. Хотя… хотя… Она чувствовала, что тот не будет довольствоваться малым, и пока не оставит Наталию с пустыми карманами, на улице, не уйдёт. Слишком Курган был нахрапистым и свободолюбивым. Тем более, что она обещала любить его до гроба. И на тебе, уже замужем, и первая любовь для неё закончится крышкой гроба обитой красным бархатом.

Неожиданно двери распахнулись и на пороге появился Максим. Он был вне себя от бешенства, и смотрел на Наталию глазами налитыми кровью. Хлопнув дверью, он взял стул, и громко стукнул им об пол уселся возле жены. Наталия словно пружина сжалась и замерла. Вместо улыбки у неё на лице застыл животный страх.

– Ну, что, вот тебе твой спорт. И работа. Сколько раз я тебе говорил брось это всё. Ну, что тебе не хватало? Есть дом, деньги, машина, живи и радуйся. Так нет, будучи беременной, ты снималась в этом грёбанном сериале, и ещё ходила в спортзал.

Максим стукнул кулаком. Наталия собралась с духом, и как можно спокойнее ответила: не кричи на меня, пожалуйста. Врач сказал, что шанс есть, если лечь на сохранение. Я люблю тебя Максим, не убивай своей ненавистью. Неужели ты меня не любишь?

Она попыталась погладить его, но Максим вырвал свою руку, и сжал запястье Наталии.

– Вот почему ты такая упрямая? Не слушаешь меня никогда. При чём здесь любишь, не любишь. Мы лишились своего первенца. Неужели, ты это никак не поймёшь.

Он обхватил свою голову руками и зарыдал. Наталия впервые видела, чтобы Максим плакал. Зная, что лучше его сейчас не трогать, она сжав плотно губы молчала.

– Я не буду сниматься, обещаю, – прошептала она и проглотила слезу.

В её голосе слышалась горечь и обида на возникшие обстоятельства. Максим поднял голову и внимательно посмотрел в глаза жене.

– Наташа, к чему обманывать? Ты не бросишь сцену. Доктор сказал, что сохранить плод не получится. Он хотел тебя успокоить, и дал один шанс на миллион. Но мы же взрослые люди, и понимаем, что чудес на свете не бывает.

Поднявшись, он поставил стул на место и сказал: не переживай, я буду ждать когда закончится операция и никуда не уеду.

– Скажи, правду. Ты бросишь меня?

– Нет. С чего ты взяла?

Максим удивился, но актёр из него был никудышный, и Наталия, осознала, что как только она выйдет из больницы, он тут же подаст заявление на развод. У них был разговор на эту тему, и она знала, как для него важно иметь совместных детей.

– Спасибо за правду, – прошептала Наталия, и насупилась.

– Не переживай, умоляю тебя, врач сказал, что операция не сложная. Здесь каждый день проводят аборты. Я уже всё оплатил.

– Каждый день убивают детей! – рыдая на весь кабинет закричала женщина.

Максим понял, что в таком состоянии лучше не продолжать ни каких разговоров, по – этому молча вышел.

Операция прошла быстро. Наталия практически ничего не почувствовала. Ей сделали наркоз, и она впала в забытьё. Ей приснился сон, что она гуляет по-зимнему Крещатику и держит сынишку за руку. Малыш весёлый, разговорчивый, лепит снежки, и бросает их в большого снеговика, с ведром на голове, и морковкой вместо носа. Пробуждение было приятным для женщины, она всё еще продолжала сжимать тёплую руку сына, и видела блеск его глаз. Когда сознание полностью вернулось к Наталии, истерический крик оглушил весь третий этаж больницы: убийцы, убийцы, убийцы…

С недоверчивой миной на лице Сашка Курган прятался за спинами людей из массовки. Ему сказали, что здесь снимается известная актриса Наталия Северова, и он напросился на участие в массовых сценах. Парень долго не хотел брать непонятной наружности мужчину, в бардовом, не первой свежести костюме. Но когда тот сказал, что деньги ему не нужны, и он может забрать их себе, парень сразу впустил мужчину в павильон. Курган с глазами полными ненависти ждал Наташу. Он столько лет мечтал об этой встрече, что когда увидел афиши с её именем, не поверил своим глазам.

Это она, она, – потирая руки, повторял он, и прохожие видя странного человека, с физиономией Франкенштейна, обходили стороной. Свой отпечаток на лице Кургана оставила тюрьма. Точнее не отпечаток, а глубокие шрамы от острых заточек сокамерников, когда он отбывал срок в Житомирской тюрьме. Не найдя общий язык с блатными, Курган отстаивал свою правоту до последнего. И когда ночью ему исполосовали всё лицо, он стойко и мужественно это перенёс. И после его никто не называл Курган. Только – Меченный. Такая кличка прикрепилась за ним вплоть до звонка. Он честно отмотал свой срок, но завязывать с криминалом не спешил. У него имелись кое какие планы на будущее, но по счастливому стечению обстоятельств, их испортила Наташка. Теперь он ей всё поломает. Растопчет её как букашку. Зато, что бросила, и ни разу за семь лет не написала письмо. Обида давно пустила крепкие корни в душе Кургана, и мужчина не думал их вырвать и выбросить, чтобы начать жизнь с чистого листа. Друзья отговаривали его в колонии от мести, но он был непоколебим.