Я опираюсь на спинку кресла и собираюсь поделиться с Блейзом своей блестящей идеей, когда наконец замечаю, во что он одет. Поэтому, так ничего и не сказав, давлюсь йогуртом. Вот почему он всё это время был настолько молчаливым, он просто ждал, когда я замечу. Я откашливаюсь и пристально смотрю на него, а он смотрит на меня — и всё это в полной тишине.
На нём костюм из алого бархата с белой оторочкой, тремя чёрными пуговицами и большой золотой пряжкой на поясе. Чёрные перчатки и блестящие лакированные ботинки дополняют образ.
Это костюм Санты, и колпак лежит у него на коленях. Костюм ему, к тому же, сильно велик.
Моя первая дурацкая мысль, которая приходит в голову: нормального Санты из него не вышло. Он больше похож на злого эльфа. А всё из-за его ушей. У меня никогда бы не хватило духу признаться ему, что они довольно сильно торчат и даже немного заострённые.
— Что случилось? — спрашиваю я, потому что он ни за что бы не оделся так по доброй воле. — А где костюм для ужина?
Он кивает головой в сторону журнального столика.
Я понимаю, на что он указывает, и хмурюсь, когда смотрю на коробку. Точнее, подарок. Он чуть больше обувной коробки и обёрнут в тёмно-красный бархат с золотой ленточкой и бантиком.
Ну да, это моя злободневная проблема.
Коробка появилась четыре дня назад, очевидно, материализовавшись прямо из воздуха, вместе с рождественской открыткой, которая гласила:
Счастливого Рождества, Лохматая голова. Наслаждайся своим подарком.
С любовью, ДМ…
P.S. Я узнаю, если ты его не откроешь.
Милое рождественское послание, за исключением постскриптума — это определённо угроза.
Я бы ни за что не стала его открывать.
И прикасаться тоже, особенно, когда заметила, что эта штуковина примагничивает мой взгляд и почти что заставляет меня к себе подойти, а это означает, что на неё наложены Манящие чары.
Когда четыре дня назад Блейз вернулся домой и обнаружил, что я сижу, вжимаясь в самый дальний угол, как можно сильнее отстраняясь от таинственной коробки, но всё так же не сводя с неё глаз, он пробормотал что-то о рождественском обострении у местных психопатов и попытался уничтожить подарок. Вот тогда-то мой Санта и расплавился. Заклинание Блейза отскочило от подарка, несколько раз отрикошетило от стен, попутно разбило пару вещей, а затем угодило в бедного Санту. Нужно ли говорить, что подарок совсем не пострадал?
— Ты трогал его?! — обвиняюще вопрошаю я, злясь на Блейза, потому что сто раз говорила ему, чтобы он ничего не делал. Но нет, он же чёрт возьми, мужик, которому нужно во всём разобраться!
Он кивает, но на его лице не отражается ни тени раскаянья.
— Эта хреновина швырнула меня через всю комнату. Вырубила, хорошо хоть не насмерть. Но очнулся я уже в этом костюме, — он трясёт полами красного бархатного полушубка, и я почти улыбаюсь, глядя на то, как он надулся. — Я думаю, что сжёг руки, они очень сильно болят, но я не могу снять перчатки.
И моя улыбка исчезает, сменяясь тревогой.
Это характерно для Драко Малфоя: как конфеты на Хэллоуин с иголками внутри, сладкие и ядовитые. Костюм Санты милый, даже забавный, и неизвестно, что скрывается под ним, поэтому так сразу и не скажешь, насколько сильно пострадали руки Блейза, а они, скорее всего, покрылись волдырями. Так коварно.
Я отставляю свой йогурт на полочку в шкафу и достаю палочку.
— Хочешь, я попробую вытащить тебя из этого скафандра?
— Нет! — он в защитном жесте вскидывает руки ещё до того, как я успеваю закончить предложение, и выглядит довольно испуганным. — Нет, спасибо. Я получил сообщение, что костюм вспыхнет, если я попытаюсь его снять. Лучше уж немного побуду в нём, спасибо.
— Он бы не стал! — у меня уже мозг кипит из-за этого ублюдка.
— Он ненавидит меня всей душой. Держу пари, что именно так бы он и поступил.
— Этот паршивый сукин сын… — я разражаюсь целой чередой проклятий в его адрес и топаю ногой, как маленький ребёнок. Но Драко здесь нет, чтобы накричать на него, поэтому приходится орать на Блейза. — Тебе обязательно было прикасаться к нему именно сегодня? Ты не можешь так пойти на ужин! Тем более с ожогами!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Блейз — моя пара.
Он выпятил грудь колесом и назначил себя моим сопровождающим, когда узнал, что я вынуждена присутствовать на встрече с Драко Малфоем.
Гарри и Рон на дух не переносят Малфоя. Я имею в виду, что буквально не могут находиться с ним в одном помещении, не совершая покушений на убийство. Но сейчас Гарри очень нужна политическая поддержка Драко в вопросе военных преступлений. Эту тему снова начали поднимать в Министерстве, и Драко предложил провести деловой ужин, чтобы обсудить детали. Я согласилась пойти вместо ребят, чтобы предотвратить смертоубийство.
Но, может быть, кровопролития и не миновать.
Я с раздражением ухожу в свою комнату.
— Стоит обратиться к целителю. Ты справишься с аппарацией в Мунго? — я ни за что не пропущу этой встречи, вопрос о военных преступлениях жизненно важен. Но это означает, что я пока никак не смогу помочь Блейзу.
Он плетётся за мной и маячит в дверном проёме.
— Я не хочу, чтобы ты шла одна!
Блейз точно не знает, почему я получаю все эти письма, подарки и цветы. Он никогда не спрашивал, а я не спешила рассказывать ему. Но он видит, как я каждый раз расстраиваюсь, и поэтому он злится. Я знаю, что раньше Блейз просто избавлялся от посылок Драко ещё до того, как я успела бы их обнаружить. Вероятно, что-то подобное произошло и сегодня. Блейз попытался выбросить коробку, но та дала отпор.
Блейз предполагает, что Драко одержим мной — что-то вроде чокнутого сталкера. Но всё совсем не так. На самом деле, это хладнокровный расчёт. И результат старой обиды. Он не забыл, или не хочет позволить, чтобы я забывала, поэтому посылает все эти тонкие намёки и довольно назойливые напоминания, завёрнутые в красивую обёртку, или в сопровождении лиричной прозы. Раз в несколько месяцев мне преподносятся цветы. Просто чтобы я понимала, что он помнит. Держит меня в тонусе, так сказать.
Я хватаю подготовленное накануне вечернее платье и направляюсь в ванную.
Блейз не войдёт, поэтому я не закрываю дверь.
— Ты же знаешь, я не буду одна, — возражаю я, хватая расчёску, чтобы победить свои кудри. — Дин точно придёт, он наверняка возьмёт с собой Лаванду.
Дин — мой козырь на случай, если случится что-то неожиданное. Когда в дело вступает Драко, возможность подобного исхода возрастает в геометрической прогрессии.
— Я пойду с тобой, — упрямо заявляет он. Это довольно мило. Обычно он ведёт себя как полный идиот.
— Но там дресс-код, — я выбрасываю юбку и свитер за дверь. Они комком приземляются на мою кровать.
— Я могу надеть мантию поверх.
— Ты сопреешь. Даже не думай об этом. Мы как-нибудь выкрутимся, — я натягиваю платье и хмуро смотрю на отражение, раздражённая тем, что у меня нет времени на душ. Я чувствую себя отвратительно, припудривая испарину, констатируя, что мои попытки уложить волосы оказались безуспешными. — Подойди и затяни мне корсаж.
Он безропотно выполняет мою просьбу. Очень трудно удержаться, чтобы не поддразнить его по этому поводу.
========== Часть 2 ==========
Час спустя мы прибываем в Ле-Фосс-о-Серпентс. Сразу ясно, что место выбирал Драко Малфой, потому что я стою в ужасно пафосном ресторане. Это, конечно же, заведение высшего класса, в котором невозможно забронировать столик, если только вы не неприлично богаты или не по-настоящему знамениты. Я даже слышала, что они могут отказать в брони, если сочтут, что в вашем роду слишком много магловской крови.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мы входим в огромный зал с множеством окон, которые могут показывать любой пейзаж, время суток или время года по вашему выбору. На мраморном полу установлены увитые лозами и плющом фонтаны с серебряными колокольчиками и маленькими феями, летающими вокруг них. Во всём этом великолепии на заднем фоне ненавязчиво играет живая музыка. Метрдотель приветствует меня так, словно всю свою жизнь ждал нашей с ним встречи.
