В отличие от паломников западного и греческого мира, составивших подробнейшие описания своих хождений на Святую Землю, грузинские христиане практически не оставили по себе литературных памятников паломничества.
Грузинская хроника «Картлис Цховреба» сохранила церковное предание о паломничестве в Иерусалим царя Вахтанга Горгасала (446–499). Более поздние предания утверждают, что на Святой Земле побывал и первый христианский царь Грузии Мириан (265–342), получивший в дар от Константина участок для строительства Крестового монастыря.
Известно, что именно паломником пришел в Палестину св. Петр Ивер, оставшийся на Святой Земле на всю жизнь. Он же основывает в Иерусалиме странноприимный дом «для грузинской и греческой братии». В житие другого великого грузинского подвижника св. Давида Гареджийского паломничество на Святую Землю также сыграло особую роль. Трогательное предание о «камушке св. Давида» служит образцом христианского смирения, а сам камень цел и поныне.
Из Жития преподобного Давида Гареджийского:
Когда они дошли до места, так называемого «вершина благодати», откуда виден Град Божий святой Иерусалим, Давид, увидев город, пал на землю и со страхом Божиим сказал в сердечном восторге:
«Господи Иисусе Христе, Боже наш! Ты, Который пришел на землю для спасения рода человеческого, благоволил вочеловечиться без греха во чреве Пресвятой Девы Марии, по Своей Воле пострадал за грехи наши в этих местах, ныне видимых мною. Крест и смерть претерпел, как человек положился во гробе со смертными и Божественною Силою воскрес, и воскресил Божеством Своим Адама со всем родом его, сподобил и меня, недостойного раба Твоего, видеть эти места, где Святые Стопы Твои шествовали! С этого места не осмеливаюсь продолжать путешествие, дабы освященные Святыми Стопами Твоими места не попрать моими нечистыми ногами. И того довольно мне, что я, грешный, удостоился видеть эти святые места издалека».
Видя происходящее, спутники просили его продолжать далее путешествие, но он говорил им: «Не могу отсюда далее идти, поскольку считаю себя недостойным приблизиться к святым местам. Поэтому идите вы одни туда и принесите и за меня, грешного, молитвы пред Святым Гробом Господним». Они же, с печалью попрощавшись с ним, невольно оставили авву и ушли.
После молитв сердечных и излияния слез покаянных поднял Давид на том месте из-под ног своих три камня, как бы в знак того, что они взяты им от Гроба Господня, и, положив их в корзину, пошел обратно к Гареджи в Иверию. Бог, побеждающий всякого естества чин и закон, видя такое крепкое верою смирение св. Давида, промыслил открыть людям богоподобие смиряющегося чудотворца Давида, избранника Своего. Господь посылает Илии, Патриарху Иерусалимскому, Своего Ангела и говорит так:
«Мой возлюбленный Давид, приблизившись к Иерусалиму, взял с собою благодать его. Теперь же отправь скороходов, чтобы догнать монаха, идущего за городом, одетого в ветхие одежды и держащего в руке корзину, в которой лежат три камня. Повели взять у него два камня, а третий оставить при нем и сказать ему: „Так повелевает Бог тебе. Поскольку по мере твоего смирения взята тобою благодать Моего Гроба из Иерусалима, то Мне угодно, чтобы две части возвратились опять Иерусалиму, дабы совершенно не лишить его благодати, а третью часть дарую тебе для взятия в пустыню. Иди туда с миром и освяти пришествием твоим братию твою. Впредь же, притекающие с верою к тебе приимут исцеления от болезней и освобождение от прегрешений своих. Возьми камень сей, как знак благодати, в твою пустыню для памяти и возвещения веры твоей“».
Патриарх очень удивился этому явлению. Он немедленно призвал скороходов, рассказал им все виденное, во сне или наяву – Бог весть, и тотчас же послал их к Давиду. Скороходы догнали смиреннейшего Давида и поведали ему обо всем, что говорил им Патриарх Иерусалимский.
Давид удивился милостивому Суду Божию, определяющему место и образ пребывания в мире благодати Духа Святого, пав на землю, воскликнул со умилением и благодарением: «Слава Тебе, Боже и Отче наш! Слава Тебе, Единородный Сыне Бога Отца! Слава Тебе, Святый Душе, исходящий от Отца и славимый со Отцем и Сыном! Слава Тебе, Пресвятая Единосущная Троице, Боже наш, что призрел и на меня грешного и недостойного раба Твоего, и не пренебрег молитву мою, и удостоил явления Своей Божественной благодати».
Когда преподобный возвратился в пустынь и положил там камень, от него стали являться чудеса: с верой лобызая его, многие немощные и страждущие исцелялись. Вскоре после сего пришли и братья св. Давида, поклонники святых мест, и возвестили инокам обо всем виденном и слышанном в Иерусалиме. Известие о подвигах благочестия преподобного Давида и о чудесном камне, принесенном им, привлекло в Гареджи великое множество отшельников, так что вся пустыня наполнилась ими[9].
Камень св. Давида Гареджийского хранится сегодня, как величайшая святыня Грузинской Апостольской Церкви, в новом патриаршем храме Св. Троицы в Тбилиси.
Исторические свидетельства о грузинских иноках, подвизавшихся на Святой Земле, и обнаруженные археологами в Иерусалиме и его окрестностях грузинские монастыри[10] позволяют утверждать, что начиная с середины V в. из Грузии к палестинским святыням идет поток паломников. Материальными свидетельствами этого паломничества являются надписи, оставленные странниками на святых местах.
Надпись, выцарапанная современным путешественником на стене древней святыни воспринимается сегодня как вандализм. Такая же надпись, оставленная паломником прошлого, или крест, выбитый им на стене, – напротив, считается культурным достоянием и становится предметом всестороннего изучения. Кем был этот путешественник, когда он побывал здесь, откуда пришел, был ли грамотен – вот только некоторые вопросы, на которые позволяет ответить анализ подобных надписей.
Желание паломника оставить свой личный знак, метку или имя вблизи святыни, призывая на себя и своих близких особое благословение, существует столько же, сколько само паломничество. «Были мы в Кане Галилейской, – пишет паломник из Пьяченцы, побывавший на Святой Земле около 570 г., – куда Господь приходил на свадьбу, и возлегли на свадебное ложе. На нем я, недостойный, написал имена своих родителей»[11].
Датировать паломнические надписи нелегко. Их очень редко находят в четко датированном археологическом контексте[12]. Как правило, надписи эти оставляются на открытой поверхности – на стене храма или на камне. Выцарапать даже самый короткий текст на каменной стене или скалистой породе довольно сложно: почерк искажается, и потому палеографические характеристики – форма букв, округлости и т. п. – не всегда оказываются надежным подспорьем в датировке. Тем не менее, благодаря хорошо изученной эволюции грузинского шрифта и орфографическим особенностям разных эпох древние надписи, оставленные грузинами на Святой Земле в византийский и раннеарабский период сравнительно точно хронологически определены.
Сегодня ранних надписей на грузинском языке и греческих надписей, так или иначе связанных с грузинской колонией, насчитывается на Святой Земле около двух десятков. Большая часть этих надписей оставлена грузинскими паломниками.
Надписи, выполненные древним грузинским письмом асомтаврули, обнаружены в Назарете, Вифлееме и на Синае. Совсем недавно подобные грузинские надписи были обнаружены в окрестностях Елевтерополя[13].
Особый интерес представляют несколько фрагментарных назаретских надписей. При раскопках традиционного места Благовещения, проводившихся францисканскими отцами в 1955–1960 гг., под руинами византийской церкви были обнаружены следы самой ранней христианской постройки над домом Святого Семейства[14]. От молельни, выстроенной между 300 и 427 г., осталась только одна стена и ряд архитектурных деталей – капителей, колонн, камней, покрытых простыми рельефными орнаментами. Беленые фрагменты древней постройки сохранили следы граффити – паломнических надписей, процарапанных на толстом слое штукатурки. Исследователям удалось расшифровать множество имен, написанных на греческом, сирийском, армянском и латыни, целые предложения, славящие Христа и Богородицу и даже текст одного из псалмов. Небольшие грузинские надписи обратили на себя внимание ученых, но далеко не сразу были опознаны, опубликовали же их только спустя 30 лет[15]. Два фрагмента представляют собою отдельные буквы, одна надпись гласит: «Господи, помилуй Георгия», и еще одна читается как «Апостол Павел».
Сильно пострадавшие, полуосыпавшиеся, с трудом читающиеся четыре грузинских фрагмента из Назарета имеют, тем не менее, огромное значение для грузинской истории. Точная археологическая датировка раннего христианского святилища в Назарете позволяет говорить о том, что оно прекратило свое существование около 427 г., когда на его месте была выстроена виза нтийска я церковь. Полу чается, что грузинские паломничества на Святую Землю начинаются уже в IV – начале V в., вскоре после крещения Грузии.
