душа, немая,
Внемлет сим словам,
Не желая рая,
Обреклась быть там.
Вечность, насмехаясь,
Стала вдруг добра,
В дали того края
Улетит она.
Зря она просилась
Вглубь тех берегов,
Покаянье влилось
Там в неё без слов.
Мой дух,
Покидай, покидай
Это бренное тело,
Его ниц низлагай,
Ведь оно надоело,
Ведь оно истерзалось,
Ведь оно уж давно
Бесполезным осталось,
И ему всё равно.
Улетай, улетай,
Там пылает звезда,
Там доступен всегда
К обретению рай,
Всё туда, всё туда
Ты полёт направляй,
Где найдёшь для себя
Свой спокойствия край.
Погибай, погибай.
* * *
Пустые слова
Льются в мозгах,
И нет уж за ними
Жизни совсем.
Объята глава
Страхом, впотьмах
Истины жизни
Стяжает в своем
Духе, но тщетно
Черпать из него
Что-то для смысла,
Ведь в разуме есть
Разлито безбрежно
Познанье его
Только лишь мира,
Где жизнь просто спесь.
И форма её
В одном существе,
Цельном, едином
И одиноком,
Которое всё
Своё бытие
В этом могильном,
Может, и вздорном
Духе имеет,
Разлитом внутри,
Где истина мёртва,
Необходима
В нём только реет
Свобода творить,
В словах распростёрта
Правде лишь мира.
* * *
Сладкая горечь,
Упоительный крик,
Спящая совесть
И бессмысленный стих,
Пережитые мысли,
Пройденный путь.
Ну и где же во смысле
Успокоенный дух?
Как будто бы снова,
Будто опять
Ищется слово
О чувствах сказать,
Но не находится
Формы их вновь,
Лишь верховодится
Жизнью любовь.
Сила в слабости
Весьма укоризненно смотрит
Немая душа на меня.
Дерзающий дух не применет
Постигнуть глубин бытия.
И два у него есть пути,
Две цели, что хочет достичь,
Два счастия надо найти,
И два откровенья постичь.
На первой дороге он ищет
Лишь истину жизни своей,
Но только прерывисто дышит
На этом, втором, из путей.
И каждый из них всё сулит
Спокойствия духу в себе,
Тот первый – что вечность дарит,
Второй – в мимолётной красе.
Что хочет душа, почему
Она укоризненно смотрит?
Идти по пути своему
И жизни теченье заполнить.
Влекомый призывами двух
Путей, их завета ища,
Силён обретённый мой дух,
Его опекает душа.
Думать над собой
1
Странные мечтанья,
Чудный, дивный сон,
Но растаял он,
И их одеянья
Растворились в тьме
Как и жизнь в конце.
2
Мыслью о свободе
Грезит дерзкий ум,
Но её лишь шум
В светлом небосводе
Только как услышит,
Спесью сразу пышет.
3
Не нужны мечтанья,
Жизнь и красота,
Ведь лишь суета
Для него в них, знанья,
Смерти их он хочет
И её пророчит.
4
Но двуличье сразу
Очевидно здесь,
И понятна глазу
Та смешная спесь,
У него ведь тоже
Есть одна мечта,
И её он всё же
Признаёт всегда.
5
И мечтанье это
Наивнее всего –
Искренне, без смеха,
Всесилья своего.
* * *
Бесконечное время течёт,
В дух мой спокойствием вея,
Он безмолвно с ним в сердце идёт,
В мыслях его лишь идея.
Жизнь же струится безбрежными,
Но порой скоротечными чувствами
Столь неуместными, нежными,
Упоительнейшими безумствами.
В каждой чёрточке становление
Бытия всего, странно-вечного,
Где в полуденном зное времени
Пребывание духа смертного
Не скуют вдруг оковы слабости,
Не покинет воля к познанию,
Воспарит он свободно в радости,
Покорившись жизни стяжанию.
Смысл зари
Леденея от жары
Рождавшегося дня
И глаз не отводя
От занявшейся зари,
Угадывал я в ней
Значение вещей.
Небо обнажилось,
Сладострастно манит
И мечтаний дарит,
Но лишь разозлилось
От гостеприимности
Сердце без взаимности.
Мне отнюдь не надо
Ни его блаженства,
Звёзд, их совершенства,
А довольно знака,
Что внутри меня
Жизнь дала моя.
Таинство
Жизнь проходит в мечтаниях,
В лоне сладкого сна,
И как будто в исканиях
Уж не бьётся душа,
Но сие только видимость,
Ведь, проснувшись, она
Ощущает ту искренность,
Чей слепит свет луча,
Не мечтаний, но истины
Что алкает себе
Со всей скорбью по жизни и
Растворит в глубине
Лишь одним пониманием
Появленье своё
В духе сим отрицанием
Наваждений его.
Сути мира раскрытие
Только в той глубине,
Где не видно соитие
Чистых мыслей извне,
Потому получается,
Сущность жизни в себе,
И она заключается
В познаванье, в мечте.
«Я стою, одинок, на пороге Вселенной»
Слово воздавшего
Это погибель,
Это зов смысла,
Это обитель,
Из коей вдруг вышло
Шальное желанье,
Алканье конца,
Как яростное выжиганье
Глади лица.
Зачем за пределом,
Когда вдруг схватился
Истерзанным телом
За суть, обратился
К своим ты основам,
Тебя тут же снова
Влечёт ощущенье конца
Минувшего всуе пути
Туда, где ты сможешь найти
Одну пустоту для себя?
Нет скорби, нет радости,
Опьяняющих чувств,
Одно только бренности
Средь орущих безумств.
Ведь вот оно,
Лишь руку протяни.
Но оно уж забыто давно,
Смысл не в найденном, только в пути.
Смотри, определил,
Смотри, всё рассказал.
Теперь же глаза отведи
И закуй их в холодную сталь.
* * *
Гремит разъярённое небо
Над духом, стремящимся вдаль,
Оттого, что разверзнуло чрево
Пред его иссушившим Грааль.
Надломленным голосом воли,
Кричит он желанием той,
От которой ничто кроме боли
Не получит своей высотой.
Но вдруг в сладострастии этом,
Гонимый десницей небес,
Как тьма, опалённая светом,
Восстанет безвременье чрез
Своею измученной волей
То ль к жизни, то ль холоду вечности,
Но весь опалённый свободой,
Желанием необходимости.
И боль, ощутимая всуе,
Утихнет на стали души,
Померкнут вдруг тени внутри,
Омоются кровью мечты,
Растаяв в полуденном зное.
* * *
Звёзды, дурные, надменные, смотрят в меня.
Зря вы глядите, ведь вам не понять никогда
Смысла того, что в моей голове пронесётся,
Тихо скользя, бесконечным движеньем упьётся.
Вниз почему-то вглядевшись, никак не поймёте,
Что за мечты в для вас низком томятся полёте,
Вы же привыкли к бессмертным далёким просторам,
Что недоступны мечтаниям, только лишь взором
Я в состоянье окинуть их, но не познать,
Так же как вы не способны меня понимать.
И каждый останется с тем, что есть он.
Со звёздными далями рядом смешон
Я пребываю с моими мечтами,
Звёздам и вовсе не виден огонь,
Что загорелся под их же лучами.
* * *
Безмолвный сон?
Как сладок он!
Жестокий мир –
Слепой кумир.
Бессмыслен слог,
Мой дух
