Утром я поела яблоки, в обед – авокадо. По-моему, оно было недозрелое. В любом случае, после него в желудке появились неприятные ощущения, а во рту – горечь. Я ничего этим не добилась, вместо вафель в желудке теперь мертвым грузом лежало это несчастное авокадо.
Я провела весь день сегодня дома, выехала только, чтобы закупить кое-какие продукты: на кухне ничего сырого не оказалось. Мне все время хочется есть и трясет от холода. Зябкость эта как будто распространяется из желудка. Словно это он «трясется». Что это, спазмы? Я даже не могу позаниматься йогой. Приехала из супермаркета и прилегла. В голове пусто, желудок болит, но это не какая-то острая боль, чтобы нужно было обратиться к врачу, нет, вполне терпимо. У меня и мысли нет ехать к врачу или принимать таблетки: мы не держим дома таблетки.
После обеда стало намного хуже: казалось, еще немного и полезу на стену, не думалось, не читалось, не было сил что-либо делать по дому. Я включила телевизор и тупо стала смотреть в сериал. Ирония сегодняшнего дня: на диване сидит один из героев и ест из пластикового пакета наструганную свежую морковку. Его брат подходит и спрашивает: «Что ты ешь?» «Не знаю, но говорят, это полезно для здоровья!» «Что за фирма производит такую ерунду?»
Так я дожила до вечера. Выяснилось: мой желудок совсем не принимает сырую еду. А что удивляться? 40 лет его питали вареной. Какой стресс для него! В кишечнике глухо. Я уже придумала, что мне делать завтра. Мое решение: ничего не есть вообще, а поголодать пару дней. Может быть, эта «окаменелость» в кишечнике пройдет? Как знать.
13–14 мая
Это были два голодных дня. Больше трех дней я никогда не голодала, потому что у меня всю жизнь недостаток веса, зябкость и низкое давление. Однажды, когда мои родители унюхали запах ацетона из моего рта, – а это было непредвиденным следствием голодания, – они запретили мне продолжать голодовку. Думаю, это было правильно. Не нужно бездумно и фанатично к чему-либо относиться, нужно щадить свой организм и прислушиваться к нему. Но страсть к подобным «экспериментам» у меня осталась, поэтому я и собирала разную информацию, касающуюся нетрадиционного питания и оздоровления тела.
В эти два дня – пятницу и субботу – мой ум «скакал», как мартышка, и пытался придумать мне «занятие». Я прошлась по магазинам, в надежде развеяться и присмотреть что-нибудь «полезное» для выхода из голодовки.
Морковь? Яблоки? Бананы?
Конечно, это был повод, чтобы обмануть саму себя: для выхода из двухдневной голодовки не требуется ничего особенного. И поход по магазинам в голодном состоянии – это была глупая затея, ходить, смотреть на полки, уходящие вдаль на десятки метров, и глотать слюни!
Мне очень помогло, что в пятницу я сходила на массаж. Он расслабил меня и отогнал неприятные мысли. Но ведь не станешь каждый день это делать!
Сегодня я чувствую себя вообще бестелесной, как будто от меня осталась одна голова. В голове слишком много никчемных мыслей, приходится от них «отбиваться».
Желудок? Он как будто совсем перестал существовать, никаких реакций, то же самое и с кишечником. А ведь один раз в день кишечник дает о себе знать! По крайней мере, мой. Я спрашиваю себя: куда провалились эти несчастные авокадо и вафли, если кишечник молчит?
Знаю по опыту, что во время голодания все болезни, если не исчезают, то приглушаются. Мне удалось однажды «приглушить» таким образом зубную боль, но через два дня после окончания голодовки боль вернулась и все равно пришлось идти к врачу.
Поэтому неизвестно, что меня ждет завтра. А завтра в обед я собираюсь что-нибудь съесть… опять же легкое и сырое.
15 мая
Сегодняшний день начался со стакана воды и часа йоги, а голодание я закончила после обеда стаканом теплого сока манго. Меня все время тянет на манго, но в магазинах я не нашла спелых плодов, поэтому пришлось купить свежевыжатый сок в супермаркете.
Сегодня воскресенье – Международный день музеев, я пошла на выставку, в надежде встретить там сразу нескольких знакомых.
Как только мы зашли в музей, я почувствовала его воздух, такой огромный контраст между улицей и помещением: спертый воздух, несвежие запахи, хотя помещение было громадным и хорошо освещенным. Картины мне показались бесконечно безобразными, и это меня поразило. В который раз я пришла к выводу, что большая часть современного искусства больна, потому что больны художники. Теперь это происходило не на уровне понимания, а на уровне ощущений, как будто я чувствовала запахи не только людей, их потных рубашек и футболок, картины тоже пахли. Нет, не маслом и не акрилом. Они пахли печалью, болью, ненавистью, похотью, разрушением, болезнью… всем, что считается «современным» и «актуальным».
Мне было очень неприятно, что я должна была на себя «цеплять» деструктивные эмоции художников, которые излечивались через акт творения или облегчали свое состояние тем, что выплескивали свою болезнь на полотно. А зрители-то в чем виноваты? Они на самом деле не созидали, а разрушали, изучая себя в процессе творчества, – эти художники.
Вечером я съела яблоко, надеясь привести в движение кишечник. Глухо! Яблоко тоже куда-то провалилось.
16–17 мая
В эти дни я не писала.
18 мая
Сегодня седьмой день моего «сыроедческого» эксперимента.
Вчерашний и позавчерашний дни прошли в некоторой эйфории, смешанной с голодом. Отчего это постоянное непреходящее чувство радости и счастья?
Вот, оказывается, как ощущается безусловное счастье! Я шла по улице… не шла, а словно летела. Ноги едва касались тротуара, еще немного, и поднимусь вверх, как гелевый шарик… Продавали такие как раз на углу, целую связку… В таком состоянии опасно хвататься за такие шарики… при первом же порыве ветра может унести в космическое пространство… безвозвратно.
Прошла, отвернувшись, мимо бельгийской кондитерской: в витрине ее, во всю стену, расставлены торты и пирожные, несколько десятков сортов. Мысль: «Когда закончится эксперимент, пойду в кондитерскую или кафе, возьму себе большую чашку капучино и кусок малинового торта со свежими взбитыми сливками».
Я не смотрю на витрину, но она так и стоит у меня перед глазами: там не столько торты и пирожные, сколько произведения искусства, а в сыроедении отсутствует эстетическое начало, и это меня тоже почему-то гложет, а не только чувство голода.
Проснулась с планом в голове: выпить стакан воды и позаниматься два часа йогой, это отвлечет от голода и зарядит энергией, улучшит настроение, потому что… Почувствовала, что не могу встать с постели. «Что за ерунда?» Вчера же было такое безмерное ощущение счастья! Я шла и думала, что не отдам такое счастье ни за какие коврижки, пусть продолжается как можно дольше! А сегодня полный паралич воли. Не хочется и не можется шевелиться, ум перебирает содержимое кухонных ящиков и холодильника.
Что на завтрак? Что на обед? Что на ужин?
«Ага, ты еще и ужин захотела?»
Приползла на кухню, в нос ударил резкий запах клубники. «Хорошо, – согласилась я, – клубника!» Я помыла ее и пошла вместе с чашкой в постель, слабость в ногах… нет, сегодня весь день придется провести в постели, вот съем клубнику и засну. Какая там йога…
Я не доела клубнику, для меня ее было слишком много. Ягод не хотелось, а есть хотелось. Взяла книжку и легла читать, странное состояние: не спалось, не елось, не двигалось. Мысли беспорядочные и бесконтрольные, я водила глазами по строчкам туда-сюда, а ум продолжал «шарить» по ящичкам и выискивал «запасы».
Через несколько минут такого чтения я закрыла книгу и положила голову на подушку. Уже было около десяти. Ум начал меня запугивать, у него так много трюков, чтобы не дать нам выйти за привычные границы. Он взял себе слишком много власти.
Я откинула одеяло и, для начала, села на пол. Надо было положить коврик и включить диск с йогой, мне нужен был кто-то извне, кто бы ободрил меня, дал импульс, мне нужны были эти музыка и голос…
Я занялась йогой. Женщина на экране лэптопа говорила: «крос ё легс» и прочие вещи, но я не чувствовала поддержки, ее слова меня раздражали и хотелось цепляться к каждому из них, все было не так, как надо. Ум говорил: «Ты умрешь с голоду», и прочие вещи, а я не знала, как от него отвязаться, через несколько минут во мне уже бушевала ярость… «Надо же, что во мне есть!» – поразилась я и решила сделать упражнения для сердечной чакры.
Постепенно я вовлеклась в процесс, делая привычные и любимые мной упражнения. Я поняла, что все не так просто, и нужно щадить себя, но все время хотелось наградить себя какой-нибудь едой… А если не едой, то чем?
«В пятницу снова пойду на массаж – решила я, а сейчас – в душ, постою под теплой водой и внутри станет спокойнее».
Душ помог, одновременно я поняла, что есть клубнику с утра пораньше было ошибкой, это не для меня. Клубника была кисло-сладкая, вместо чувства сытости в желудке возникли неприятные ощущения, насыщение я испытала, съев банан и очень сладкий виноград. Может быть, он и не был очень сладким, но таким мне показался. Он успокоил желудок, и я смогла уснуть.
