Нормы на хлеб установлены следующие: рабочим — по 800 граммов, служащим — по 600, иждивенцам и детям — по 400 граммов. Сначала за хлебом были очереди: якобы продавцы не привыкли быстро продавать по карточкам, потом очереди исчезли.
Наряду с обычными магазинами есть и “коммерческие”. Хлеб в них стоит 2 рубля 50 копеек, булка — 5-80, масло — 50 рублей. Мы “коммерческое” не берем — нам пока хватает нормы...
17 ИЮЛЯ. Папе пришла повестка — явиться в клуб Ногина на проспект Огородникова. Оттуда — на Обводный, в клуб Цюрупы. Послал маме записку, чтобы срочно ехала за Лидой в Тихвин. И мама уехала. Когда Ленинград оказался в окружении, мы все поняли, как папа был прав, послав маму за Лидой!
Вечером папу направили на Тучкову набережную. Я его провожал, шел рядом со строем. Там их посадили на баржу и ночью отправили куда-то по Неве. Я вернулся в пустую квартиру.
22 ИЮЛЯ. Месяц войны, а сколько событий! Как немцы прут! Как меняются военные направления!
Мама рассказывает, какой трудный путь был до Тихвина, ведь в сформированные вагоны с эвакуированными провожатых не пускают! Ехала и на паровозе, и в тендере. Обратно, с Лидой, не легче. Попали в вагон товарняка, в котором возили то ли мазут, то ли солидол...
1—2 СЕНТЯБРЯ. Какие мы умницы — взяли с огорода все, что смогли, что не успели еще разворовать: и картошку, и капусту... и даже зеленые листья капусты — ее называют “хряпа”. Да и папа молодец: оставил нам почти целый мешок сухарей, размочишь сухарик — и пей с ним чаек! Он не выбрасывал ни корочки белого, ни кусочка черного, сушил в газовой духовке, чтобы летом свезти на дачу хозяйке для коровы. А вот пригодились и нам!..
8 СЕНТЯБРЯ. Слышал от солдат, что у нас есть такая сила, которая может все смести! Где-то под Ленинградом вроде бы ударили так, что на громадной территории земля горела, люди все бросились бежать, а некоторые даже сходили с ума! Это что-то похоже на тысячи термитных зажигалок. Такие вот слухи ходили по городу!*
15 ОКТЯБРЯ. Я стоял в подворотне с тетей Варей, управдомом и Крицким, соседом. Когда упали зажигалки, управдом побежала на чердак посмотреть, не попало ли что к нам. Я увидел, что у гаража горит зажигалка, побежал с Крицким, но у песка лопаты не оказалось. Крицкой побежал за ней. А я набрал руками песок в кубанку и стал тушить зажигалку, так и потушил. Полетела новая серия где-то поблизости. Прилег на тротуар рядом с домом. Новой порцией песка потушил зажигалку. Некоторое время я ходил, как пьяный и слепой, с черными кругами в глазах. Это меня ослепила зажигалка. Думал, что совсем уж ослеп, но через некоторое время все прошло. Новая серия зажигалок попала во двор казарм на углу Первой Красноармейской и проспекта Красных Командиров. Загорелись дрова и патроны. Через улицу долгое время был слышен треск патронов. Сева Давыдов живет там и рассказал, что кроме зажигалок их засыпали ржавыми гвоздями. Потом слышал, что немцы сбрасывают куски рельсов, шпалы, камни и бомбы с песком, а еще сбрасывают металлические стержни, как напильники. Это не для поражения ли людей, которые тушат пожары, не для устрашения ли? Они производят своеобразный свист и вибрирующий шум... В городе поговаривают о немецких листовках, якобы сбрасываемых с самолетов.
Советские дамочки,
Не копайте ямочки —
Пойдут наши таночки,
Зароют ваши ямочки.
Ленинградские матрешки,
Мойте окошки — не будет бомбежки.
А может, кое-что придумывают и внутри города.
В Ленинграде сохранились столовые, где можно поесть без карточек, там большие очереди. Готовят супы из соевых бобов и зеленой капусты (хряпы). Продают и дуранду (жмыхи), но за ней очереди с 5 часов утра.
20 ОКТЯБРЯ. Несколько дней не было тревог, но в это время немцы бомбили Москву, болею душой за Москву. Много читал о 1812 годе, о пожаре в Москве. У нас на улицах строятся баррикады на углах пересечения улиц, на первых этажах делаются амбразуры из кирпича (людей — жильцов — переселяют). Город готовится к боям за каждый квартал.
Выдали (выкупили) свинину, и вот на день у нас в рацион идет: 50 граммов свинины для первого, 200 граммов крупы, 1 кг хлеба. Добавка — немного картошки. К чаю по одному сухарику маленькому из папиного “фонда”, по кусочку сахара или конфетки. Это на четверых. Распорядок же таков: утром из самовара слабенький кофеек или чаек. Кусочек хлеба с маслицем или солькой. Часа в три обед. Бабушка варит суп на два дня. На обед небольшая тарелочка супа, треть дневной порции хлеба. На второе немного картошки или каши, когда киселек, когда ничего. В 7 часов вечера такой же чаек...
В городе многие уже начинают пухнуть, особенно те, которые отдают хлеб за табак.
23 ОКТЯБРЯ. Вечером натаскали с мамой кирпичей для печурки. Делать буржуйку железную не рационально. Мама заказала у кровельщика железную трубу.
9 НОЯБРЯ, ВОСКРЕСЕНЬЕ. Спали долго. Метет пурга. Был обстрел. Город обрел вид своеобразной крепости, даже большие окна в магазинах заложены мешками с песком и обшиты досками. Часов в 8 вечера на улицах почти нет людей. Иногда в темноте слышно: “Стой! Кто идет?” Это патрули из рабочих отрядов охраняют спокойствие города. Разрешается движение пешеходов с пяти утра и до десяти часов вечера. Мы ведь живем в нескольких километрах от фронта. И днем и вечером иногда слышны приглушенные канонада или отдельные выстрелы — воюют! Город рано погружается в темноту, не увидишь блеска купола Исаакия, шпилей Адмиралтейства и Петропавловки — закрашены. Не увидишь памятники Петру, Николаю Первому и другим — они обложены песком и обшиты досками. Увезли куда-то коней с Аничкова моста.
10 НОЯБРЯ. Встал пораньше, бабушки и мамы нет. Согрел самовар, сам попил чай с картофельными котлетками, с добавленным “меланжем”*. Оставил и Лиде, проснется — сама себя обслужит. Пошел в школу...
12 НОЯБРЯ. И в школе изменения. Сегодня суп капустный уже продается с вырезкой талона на крупу в 25 граммов, хотя в тарелке не было ни крупинки. За 100 граммов вареных макарон вырезают 50 граммов крупы. На уроке математики можно ребятам дать задачу: на сколько дней их жизни хватит карточки, если вырезать у них, иждивенцев, в день по 50 граммов крупы? Без “вырезки” можно было купить только по одному стакану чая с конфеткой по 7 копеек (по два — нельзя).
По радио говорили, что Ленинград находится в немецкой блокаде и подвезти продукты никак нельзя. Но ленинградцы должны все претерпеть для достижения победы над врагом, как терпело и отстаивало город население в 1918 году, когда к нему рвался Юденич. Наши части стараются оттеснить немцев от города, для этого нужно делать больше снарядов, пушек и другого оружия...
13 НОЯБРЯ. Сегодня рабочим выдают по 300 граммов хлеба, всем остальным — по 150. Сходил в магазин и получил на два дня 1200 граммов. Хлеб теплый, сырой и очень тяжелый (получилось немного больше кирпичика). От папы давно не получали весточек. Где он, бедный? Мы-то хоть кучкой. Сначала он писал, что находится на трудовых работах в Смоленской области, в хозчасти, в связи с инвалидностью. Потом перевели куда-то под Москву. Мама хотела послать посылку, собрала теплое белье, носки, рукавицы, немного сухариков (пока это еще его сухари), шоколаду (из нашего резерва), папирос, чтобы угостил товарищей по службе. Но адреса нет...
14 НОЯБРЯ. Ночь была морозная и очень звездная, день ясный. По радио сообщили, что в городе обезвредили крупную шпионскую организацию. Она получала задания “разлагать” людей и устраивать диверсии.
16 НОЯБРЯ. Начал работать — электромонтером. Получил 40 рублей. Прикинул: сколько же на них можно купить хлеба? Сейчас все расчеты ведутся исходя из цены на хлеб. А я толком и не знаю, сколько стоит хлеб на черном рынке. В магазинах же цены пока неизменные, хотя и идет война! Ни в одной стране мира такого не было! Цена на всё взвинчивались!..
20 НОЯБРЯ. Сегодня нормы на хлеб уже такие: маме — 250 граммов на день, нам с Лидой — 125. Итого — полкило!
21 НОЯБРЯ. Объявили нормы на третью декаду ноября.
На маму На Лиду На меня
Мясо 500 граммов 150 150
Конфеты 300 250 200
Крупа 500 400 200
Жиры 275 175 —
Сахар 50 100 50
Сухофрукты — 100 —
Шоколад — 100 —
7 ДЕКАБРЯ, ВОСКРЕСЕНЬЕ. Электричества нет, живем при коптилке. Трамваи не ходят — по этой же причине.
Мороз страшенный, как будто весь космический холод обрушился на Ленинград! Прямо дыхание захватывает. И что интересно: солнце яркое, небо голубое, весь город — как на ладони, а налетов вражеской авиации уже длительное время нет! Военные говорят, что у немцев нет касторового масла, которое необходимо для самолетов в сильные морозы*. Немцы не предполагали воевать в такой холод! А еще думаю, что они перебросили свою авиацию куда-нибудь к югу...
13 ДЕКАБРЯ, СУББОТА. Ура! Ура! Ура! Наши ожидания оправдались. Блестящая победа наших над немцами под Москвой! Немцы хотели окружить Москву и взять ее приступом, ведь везли даже гранит для установки там памятника Победы**. Немцы отступают и порой бегут, бросая оружие и технику. Освобождено несколько городов. Потери немцев в живой силе — более 85 тысяч...
