Читаем без скачивания Лисенок Вук - Иштван Фекете

- Какая вонь! - проворчал он. - В ней нет ничего живого.

Для лиса в аромате цветов не было никакого прока.

Тут с озера донесся громкий плеск, потом шум летящей птицы.

- Инь промахнулась, - покачал головой Каг и решил не говорить жене, что слышал ее неудачную атаку. - Она, пожалуй, обидится, - подумал он, а Каг в таких случаях проявлял великодушие.

- Ба, сюда идет Су, - тихо проговорил он, и сразу его сонливость как рукой сняло.

Он приник к земле. А у подножья холма, ни о чем не подозревая, перебирал маленькими лапками еж Су.

Лис раздумывал, стоит ли тратить на него время, - ведь еж легко в руки не дастся. Он весь утыкан колючками, и если чует беду, спрятав голову и лапки, превращается в колючий шарик, - тут к нему уже не подступишься.

Если при нападении мне удалось бы схватить его за нос, - размышлял Каг, - у меня был бы лакомый кусочек, и он тут, под рукой.

Еж даже теперь не замечал опасности. И лис стремительно набросился на него. Но головка у Су очень маленькая. Каг с шипением отпрыгнул в сторону: в ступни ему впились колючки, из носа пошла кровь, а еж спрятался в свою колючую крепость.

- Было бы у меня время, - кипел от гнева Каг, - я бы спустил с тебя твою знаменитую шкуру! - Он толкнул ежа и едва удержался, чтобы не напасть снова на этот колючий шарик.

От толчка Су откатился подальше, но сам не шевелился.

- Я тут, как щенок, играю с Су, а тот колется, - проворчал Каг, облизывая нос. - В норе малыши ждут мяса. Инь надрывается, я же баклуши бью. Су, мы еще встретимся! - Он заскрежетал зубами и припустил к деревне, где возле птичников ему всегда что-нибудь попадалось.

Каг несся во весь дух, мелькая, как тень. Иногда останавливался и тогда, задрав кверху нос и насторожив уши, улавливал звуки, более тихие, чем вздох.

На краю луга он что-то учуял. Свернул туда, откуда плюхнуло теплом, и через несколько шагов перед ним вспорхнула какая-то птица.

- Ну, лети, - улыбнулся Каг, - что-нибудь ты оставила и мне. - И маленькие яйца из гнезда бесследно исчезли в желудке у лиса.

Где-то в деревенских курятниках прокукарекал разок петух.

- Я уже иду! - затрусил, приободрившись, Каг, ведь яйца пришлись ему по вкусу. - Иду; ну, покричи, золотой гребешок! Хоть я и без того найду дорогу, - с улыбкой прибавил он.

Возле садов ветерок был насыщен теплыми живыми запахами. Для Кага зто был истинный "аромат". Спертый воздух курятников притягивал его, как магнит.

Опять прокукарекал петух.

- Я, правда, хотел отправиться в другое местечко, - лис покрутил хвостом, - но нельзя отказаться от такого любезного приглашения. Я живу в норе, но приличия знаю. - И перемахнув через плетень, он побежал к дворику, где кричал петух.

- Здесь я еще не бывал, - прошептал Каг, - не мешает быть начеку. Не знаю, стережет ли дом Вахур, один из тех псов, что не стыдятся служить Гладкокожим. Позор! Замечательные у нас родственнички!

В садовой калитке была такая щель, что Каг мог свободно пролезть через нее. Но он остановился. Лис не любил незнакомые лазейки, сулившие обычно опасность. За калиткой его могла подстерегать неожиданная неприятность, и Каг застыл возле щели. Дул нехороший ветер. Лис тщетно морщил нос, - не доносилось ни шороха, но в воздухе чувствовалось напряжение, какое-то волнующее ожидание; Каг не понимал чего именно, но явно ощущал это.

Он лег ничком на землю. Тут он увидел, что впереди вырастает тень почти так же медленно, как растет трава, и принимает форму большого носа.

За калиткой его подстерегал Вахур, подлый предатель, который, позоря свободный народ, служил Гладкокожему человеку.

Кагу было не до раздумий.

Он стремительно развернулся, и крепкие ноги понесли его обратно к плетню. Он слышал, как за его спиной Вахур перебирал своими быстрыми лапами. Каг несся, спасая свою жизнь, а Вахур - свою честь, - ведь славно было бы положить утром на хозяйский порог лиса. Вся деревня признала бы его. Хозяин с любовью смотрел бы на него своими удивительно проницательными глазами и ласково гладил бы мягкими руками. А в лунные ночи родичи по всей деревне поднимали бы громкий лай в его честь...

Но Каг был далеко не прост. Еще раньше, приближаясь к деревне, он изучил обстановку и нашел, куда можно удрать, где такой лаз, через который легко проскользнет лиса, а собака в нем непременно застрянет.

Но Вахур оказался крепким малым. Он втиснулся в щель и, несмотря на боль в ободранных боках, понесся дальше!

Каг добился большого преимущества, но еще не был в безопасности. Луг окутался молочно-белым туманом, поглотившим лиса, но Вахур по нюху мчался за ним с быстротой ветра.

- Только бы до ручья мне добраться, - думал Каг, - только бы до ручья...

От тумана поседели ракитовые кусты. Проскочив через них, лис с громким плеском прыгнул в воду. Но, сразу свернув в сторону, пробежал немного по дну, потом вылез на песчаный откос и спрятался под ракитовый куст, росший на том же берегу, по которому мчался Вахур.

Тут и пес добежал до ручья. Он слышал всплеск, его по-прежнему преследовал лисий запах, и, не раздумывая, он оттолкнулся задними лапами и перемахнул на другой берег.

Каг только того и ждал.

- Убирайся подальше, болван! - прошептал он и побежал обратно к деревне старой дорогой.

Пес еще шире раскрыл глаза, - ведь давно пора бы увидеть Кага, но его нос улавливал только тонкие чистые ароматы, среди которых не было вполне определенного запаха лисьей норы.

- Не мог я его упустить, - подумал он и стал перебирать своими длинными ногами в таком быстром темпе, который долго выдержать невозможно. Немного спустя остановившись, Вахур в нерешительности огляделся. Он чуял только свежие, бездушные запахи луга и наконец понял, что лис перехитрил его. Дрожа от бешенства, описал он полукруг по росистой траве. Безрезультатно. Пошел обратно по собственному следу. Безрезультатно. Перепрыгнул через ручей и там опять уловил запах Кага, но уже более слабый, потому что пала роса.

- Он меня одурачил! - прохрипел пес. - Убежал по воде. Позор мне! метался он на берегу, пока не нашел под ракитником лисье лежбище. - Здесь он лежал, отдыхал, а я носился без толку.

От злости шерсть у него встала дыбом, и он с наслаждением разорвал бы лиса на части.

Вахур затрусил по тропке, по которой раньше шла погоня, а теперь мчался к деревне Каг.

Пес находил лисьи следы, но не обращал на них внимания, считая, что они остались с тех пор, когда Каг спасался от него, а хитрый лис бежал по проторенной дорожке именно для того, чтобы Вахур не почуял его свежего запаха, а если бы и почуял, то принял за старый.

В деревне сонно тявкали собаки, и пес с грустью думал, что они лают не в его честь и еще хорошо, если эта история останется в тайне, ведь иначе все будут насмехаться над ним и в лунные ночи с издевкой судачить: "Вы слышали? Гав-гав! Вы слышали, как хитрый Каг обставил зазнайку Вахура? Вахур нас опозорил, а он еще кичится своей породой и смотрит на нас свысока, когда хозяин берет его на охоту. Где же был Вахур со своим знаменитым нюхом и силой, которой так гордится? Каг утащил у него из-под носа гуся, а когда Вахур чуть не настиг лиса, тот, бросив свою добычу, наскочил на него и вздул хорошенько. Вахур же, скуля, побежал к хозяину, с которым так гордо прогуливается." Все это, конечно, неправда, но такой слух пройдет по деревне, его безусловно разнесут собаки, которые ничуть не лучше людей.

При мысли об этом Вахур приуныл.

Возле садов ему повстречалась большая белая овчарка.

- Я слышала, Вахур, с какой необыкновенной скоростью ты несся, сделала она ему комплимент. - Что случилось?

- И ты слышала? - с удивлением спросил Вахур. - Я тоже слыхал. Поэтому и вышел. Если не ошибаюсь, волкодав Курра гнался за Кагом, за этим воришкой, но лис перехитрил его. Уж этот, видишь ли, Курра сказал бы мне! Это моя профессия. Да он завистник и теперь посрамлен. Но, пожалуйста, не распространяйся об этом. Курра в дружбе со мной.

- Не беспокойся, Вахур, - сказала овчарка и, вильнув хвостом, убежала, так как ей не терпелось разгласить потрясающую новость.

И когда звезды стали гаснуть, деревню уже обошла весть, что Курра опозорился, преследуя Кага, который обошел его и унес в пасти большого гуся, но так ему, Курре, и надо. Почему он не позвал Вахура, знаменитого охотника, мастера в этом деле?

Вахур улыбнулся, но потом неодобрительно потряс головой:

- Уж этот Курра, уж этот Курра! Ну почему он меня не позвал? Я тут, и, в конце концов, это моя профессия.

А бедняга Курра и знать не знал о своем великом позоре, - ведь он был в гостях у своей невесты в соседней деревне...

Когда Каг по старой дорожке добрался до лазейки в плетне, где чуть не застрял Вахур, он остановился. Отдуваясь от усталости, пролез через щель и, выбравшись снова из сада значительно дальше, побежал вдоль заборов.