— Понятно, — протянула я, хотя мне по-прежнему ничего не было понятно. — Скажи, а зачем мы к нему ехали? — я помолчала, в голове вдруг всплыли обрывки каких-то кинематографичных сюжетов. — Боже, меня что, хотят выдать за него замуж?!
Откуда-то я точно знала, что девушек выдают замуж. Иногда без их согласия. Причем обязательно за каких-то влиятельных и крайне неприятных типов. Даже картина в голове появилась, где противный старикашка стоит у алтаря с молодой глубоко несчастной девушкой.
Джози негромко рассмеялась, прикрыв рот ладонью.
— Нет, леди Рейс. Как вы могли такое подумать? На сердце лорда Таркера претендовало множество красавиц, а сейчас и вовсе уже поздно.
Я не успела ничего уточнить. Джози продолжила:
— Его Величество Уильям попросил вас присмотреть за детьми лорда Таркера. Вы будете их гувернанткой до тех пор, пока драконы не подпишут с нами мирный договор. Ну теперь вы все вспомнили?
Я потрясенно воззрилась на нее.
Мирный договор, драконы, чужие дети… К такому жизнь меня точно не готовила!
— Что-то такое припоминаю, — зачем-то солгала я и втянула в себя воздух, надеясь, что кислород заставит мозг заработать, а память — вернуться.
Тщетно.
Ощущение было, будто я изрядно повеселилась ночью, а теперь расплачиваюсь за свое легкомысленное поведение. Я поднялась и сделала несколько неуверенных шагов. Ноги путались в непривычно длинном платье прямого кроя. Его белоснежный воротничок тесно облегал шею, будто хотел удушить. Плечи сковывал узкий нежно-голубой жакет с массивной золотой брошью на груди.
— Леди Рейс, ваша шляпка!
Я чисто механически поблагодарила Джози и приняла из ее рук поистрепавшуюся шляпку с вуалью. Одежда вызывала странные, почти неуловимые ассоциации: с черно-белым кино, дымом сигар, тонконогими худыми девушками, звуками джаза… Обрывки не то воспоминаний, не то просто знакомых образов рассыпались, когда мой взгляд наткнулся на разбитую машину.
Она была сверкающе-черной, как лакированные туфли, агрессивной и… устаревшей. Не помню, откуда я это знаю, но абсолютно уверена, что передо мной раритетная, редкая модель. Она выглядела слишком помпезно и театрально, будто иллюстрация к какой-нибудь постановке.
В глазах вдруг потемнело. В памяти ослепляющей вспышкой пронеслась сцена из, очевидно, недавнего прошлого: мокрая после дождя дорога, резкий удар, боль, темнота. В ушах застыл свист тормозов и звук бьющегося стекла. Воспоминание было настолько ярким, что меня передернуло. Я чувствовала, что оно принадлежит не мне, но при этом казалось, будто именно я пережила все это.
Господи, неужели так и сходят с ума? Или Джози права, и виноваты во всем шишка на голове и рассеченный висок?
— Машину повело вбок, и мы вылетели из приоткрытой дверцы, — по-своему истолковав мое молчание, пояснила Джози. — Вы как раз решили выбросить огрызок яблока и дернули за ручку.
— Вот как… — пробормотала я.
В памяти картинка дороги стала еще более отчетливой.
— Оно и к лучшему, — заметила Джози и философски добавила: — Водителю не повезло сильнее, чем нам.
Я впервые подумала о том, что мы были не одни. Конечно, ведь кто-то должен был быть за рулем! Странно, что не я… Почему-то я была уверена, что умею водить.
Я, действуя на инстинктах, бросилась к машине и заглянула в разбитое окно, в котором виднелся дорогой кожаный салон. На высоком руле покоилась темная курчавая голова мужчины. Он был без сознания.
— Ему нужна помощь! — крикнула я. — Давай откроем дверцу и вытащим его наружу!
«Звони в скорую!» — хотела добавить я, но не смогла. Губы будто стянуло. А затем мозг взорвался от воспоминаний — живых, красочных, причиняющих боль. Под таким мощным натиском ноги подкосились, и я рухнула на траву.
— Куда едем?
— В аэропорт.
— Ночной рейс? Сейчас быстро долетим, пробок нет.
— Не торопитесь. У меня есть время в запасе.
Я вспомнила, к чему привел этот диалог — к виду мокрого асфальта, оборвавшегося визгом тормозов.
— Мы не справимся, — в мои мысли ворвался голос Джози. — Да и стоит ли он ваших усилий?
Я потерянно на нее воззрилась, пытаясь собрать картину воедино. Ладно, похоже, я попала в аварию, так и не доехав до аэропорта. И что теперь? Я лежу в реанимации, а все происходящее со мной — невероятно увлекательный глюк, вызванный обезболивающим? Если так, дело плохо. Судя по степени достоверности глюка, мне вкололи ударную дозу наркоза: ну точно все косточки собирают заново.
Мужчина негромко застонал, и это прекратило мои метания. Ладно, пускай все это — фантазия и мое разыгравшееся воображение, но вот этот конкретный представить моих грез страдает очень даже натурально.
— Справимся, — упрямо буркнула я и осторожно протянула руку в разбитое окно машины.
Джози с неодобрением наблюдала за моими попытками открыть дверцу.
— Леди Рейс, мы не сможем оказать ему медицинскую помощь. — Она покачала головой. — Я, конечно, работала однажды сиделкой при пожилой леди, но это явно не тот опыт, который нам нужен.
— Вот как?
Кажется, на ближайшее время это станет моей самой любимой фразой.
Джози, видимо, приняла мой риторический вопрос за подколку и нахохлилась.
— Вы и вовсе отказались выучиться на сестру милосердия, — не без удовольствия напомнила она.
Я впервые заметила, что Джози тоже выглядит не лучшим образом: волосы растрепаны, на щеке ссадина, платье испачкано и порвано в нескольких местах. Что ж, нам всем досталось.
Ручка поддалась, и я, возликовав, распахнула дверцу. Взору предстал салон с высоким кожаным сидением. Я радостно нырнула внутрь, а Джози предпочла остаться в стороне.
Я ухватила водителя за пиджак и попробовала потянуть — бесполезно, слишком тяжело.
— Помоги мне! — потребовала я.
Джози со вдохом сделала шаг вперед, и в этот момент до меня донесся топот копыт. Я вынырнула из машины и настороженно покосилась на дорогу, выложенную камнем. Местами она поросла мхом. Видимо, дожди здесь не были редкостью.
— Помощь прибыла, леди Рейс. Надеюсь, что вы встретитесь с милордом не сразу! Вам бы для начала привести себя в порядок…
Я с удивлением воззрилась на Джози и хмыкнула: забавно, у нас на руках человек без сознания, а ее беспокоит только мой внешний вид. Волнуется, что милорд упадет в обморок при виде моего рассеченного виска? Впрочем, она не выглядит бессердечной, просто водитель для нее был будто бы… представителем другого, более низкого сословия.
Я покосилась на свою одежду, затем на пиджак водителя и мысленно поправила слово «сословие» на класс. По ощущениям, оно больше подходило эпохе, в которую я угодила.
Карета остановилась в нескольких шагах от нас. С облучка торопливо спустились двое мужчин. Один из них поклонился мне, второй сразу заглянул в машину.
— Леди Рейс?
— Да, — я ответила прежде, чем успела задуматься. Словно кто-то и правда назвал мое имя.
— Нас прислал лорд Таркер. Он приказал забрать вас и доставить в поместье.
Джози с удовлетворением кивнула.
— Мы только возьмем чемодан. Он…
— Водителю нужна помощь! — перебила я.
Тот, словно почувствовав, что речь идет о нем, глухо застонал.
— О нём позаботятся, не переживайте — заверили меня. — В замке есть доктор, он его осмотрит.
Двое мужчин осторожно вытащили водителя из машины. Он уже открыл глаза и щурился на яркий солнечный свет. У него оказалась разбита губа и наливался синевой синяк на скуле, но больше видимых повреждений я не заметила. Впрочем, я не врач. Он наверняка сильно ударился грудью о руль.
— Леди Рейс, — простонал водитель, — простите, на дорогу выскочил олень… Я просто… Я…
— Все в порядке, — пробормотала я. — Такое случается.
Водитель облизнул распухшие губы и поморщился. На его молодом лице промелькнуло отчаяние.
— Я только получил эту работу… Если вы…
— Леди Рейс непременно сообщит обо всем случившемся отцу, — холодно сказала Джози.
