Потерпевшие и свидетели в возрасте до 16-ти лет не предупреждаются об ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний. Это связано с тем, что тактика допроса несовершеннолетнего строится с учетом его возрастных особенностей.
Также устанавливается особый порядок вызова на допрос, а именно ч. 4 ст. 188 УПК РФ гласит, что лицо, не достигшее возраста 16 лет, вызывается на допрос через его законных представителей либо через администрацию по месту его работы или учебы. Иной порядок вызова на допрос допускается лишь в случае, когда это вызвано обстоятельствами уголовного дела.
Здесь также есть ряд вопросов. Например, ограничение возраста несовершеннолетних, вызываемых на допрос через родителей или иных законных представителей, 16-ю годами может снижать эффективность воспитательного и предупредительного воздействия судопроизводства. Особенно это касается несовершеннолетних обвиняемых, подозреваемых, а также ущемляет интересы несовершеннолетних в возрасте от 16 до 18 лет. И прежде чем вызвать несовершеннолетнего на допрос вместе с родителями, считается целесообразным в ряде случаев порекомендовать родителям побеседовать с сыном или дочерью, вызываемыми на допрос. Цель этих бесед – успокоить несовершеннолетнего, устранить излишнюю его нервозность и ориентировать на дачу правдивых и полных показаний. Если следователь не разъяснит этой их обязанности, родители, получив повестку о явке к следователю с несовершеннолетними и не будучи подготовленными к тому, чтобы правильно воздействовать на психику несовершеннолетнего, неизбежно будут проводить «предварительный допрос» сами. При этом не исключается применение непедагогических мер, что может привести к серьезным отрицательным последствиям.
Особое положение при производстве допроса занимает несовершеннолетний подозреваемый. Допрос данного лица не регламентирован специально УПК РФ и ведется по правилам допроса несовершеннолетних свидетелей и потерпевших, а также совершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого. Отличительная особенность состоит в том, что привод несовершеннолетнего подозреваемого без предварительного вызова его на допрос может применяться только в случаях, когда он скрывается от следствия. Привод и допрос не могут быть произведены в ночное время суток, кроме случаев, не терпящих отлагательства. Также следует отметить тот факт, что исходя из современных экспериментальных данных и положений психологической науки о времени, в течение которого несовершеннолетние способны удерживать внимание, допрос такого лица не может продолжаться без перерыва более 40–45 мин, а в общей сложности может продолжаться не более 4 ч в день.
Такое нововведение в УПК РФ, по нашему мнению, будет способствовать созданию наиболее оптимальных условий для получения полных и достоверных показаний, поскольку позволяет учитывать утомляемость допрашиваемого лица. Несовершеннолетний подозреваемый допрашивается в месте производства предварительного следствия. По делу несовершеннолетнего обвиняемого, подозреваемого допускается его законный представитель, так как следует учитывать, что несовершеннолетний подозреваемый обычно испытывает сильное волнение при допросе и присутствие близкого ему человека помогает снять напряжение. Также системный подход анализа статей УПК РФ, относящихся к допросу, свидетельствует о том, что к допросу такого подозреваемого может привлекаться педагог по аналогии с правилами ст. 191 УПК РФ. На практике следователи весьма редко приглашают педагога для участия в подобного рода допросах. Вместо педагога на допрос несовершеннолетнего подозреваемого следователи чаще приглашают его законных представителей или инспектора по делам несовершеннолетних. Например, при допросе С., подозреваемого в совершении изнасилования, принимала участие в качестве педагога работник инспекции по делам несовершеннолетних, не имеющая педагогического образования. Поскольку следователь и «педагог» были лицами другого пола, мало осведомлены в вопросах подростковой психологии и педагогики, они не смогли установить психологический контакт с подозреваемым С, который от дачи показаний отказался. Такую практику следует признать неправильной, ибо, как справедливо отмечает С. Г. Любичев, производство подобных допросов чревато не только тем, что из-за отсутствия у этих лиц специальных знаний следователь не всегда может установить контакт с допрашиваемым и получить от него полные и правдивые показания, но и тем, что допрос при таких обстоятельствах может травмировать несовершеннолетнего[4].
Рассмотренные выше положения в совокупности составляют уголовно-процессуальную форму производства допроса несовершеннолетних, которая очень тесно связана с правовыми гарантиями достижения задач этого следственного действия и гарантиями прав и законных интересов несовершеннолетних.
1.2. Гарантии обеспечения прав и законных интересов допрашиваемых несовершеннолетних
В теории уголовного процесса дискуссионной является проблема о соотношении субъективных прав участников процесса и процессуальных гарантий реализации этих прав. Между ними существует тесная взаимосвязь, но отождествлять их нельзя. Л. Д. Кокорев считает, что в уголовном судопроизводстве одни процессуальные права являются гарантией других. Но также следует отметить, что процессуальными гарантиями реализации прав участников процесса выступают процессуальные обязанности лиц, ведущих уголовное судопроизводство, поскольку они корреспондируют правом участников процесса.
Российское уголовно-процессуальное законодательство в целом отражает требование международных стандартов о повышенной правовой охране несовершеннолетних. К правовым средствам, обеспечивающим возможность осуществления несовершеннолетним допрашиваемым его прав, относится особый порядок его вызова к следователю – через родителей или иных законных представителей. Необходимость использования основ психологии и педагогики при расследовании уголовных дел с участием несовершеннолетних, а также сложность допроса обусловливают такую важную процессуальную гарантию реализации прав, как участие педагога. Кроме того, важным правовым средством обеспечения прав подростка выступает возможность приглашения на допрос родителей и других законных представителей, адвокатов, специалистов, переводчиков.
Осуществление прав несовершеннолетних обеспечивается и участием законных представителей, близких родственников в производстве по уголовному делу. Как справедливо отмечает Э. Б. Мельникова, участие законного представителя несовершеннолетнего в российском уголовном процессе связано с двумя обстоятельствами: 1) с неполнотой процессуальной дееспособности несовершеннолетнего; 2) с тем, что законный представитель (родители, усыновители, опекуны, попечитель) несет ответственность за воспитание и поведение несовершеннолетнего[5].
Привлечение родителей или иных законных представителей или близких родственников к допросу несовершеннолетних вытекает из необходимости учета возрастных и индивидуальных особенностей несовершеннолетних и является дополнительной процессуальной гарантией охраны прав несовершеннолетних, установления истины, обеспечения воспитательного и предупредительного воздействия судопроизводства. Участие этих лиц в допросе необходимо в тех случаях, когда оно облегчает установление психологического контакта следователя с допрашиваемым лицом. Эта цель не может быть достигнута, если названные лица будут только присутствовать при допросе. Поэтому уголовно-процессуальные нормы, предусматривающие привлечение родителей или иных близких родственников к допросу несовершеннолетних, должны содержать термин «участие», а не «присутствие» или «вызов».
Однако в науке на этот счет высказывались различные точки зрения. Например, Э. А. Черных считает, что привлечение родителей либо иных законных представителей или близких родственников к допросу несовершеннолетних вытекает из необходимости учета их возраста и индивидуальных особенностей и является дополнительной процессуальной гарантией охраны прав несовершеннолетних, установления истины, обеспечения воспитательного и предупредительного воздействия судопроизводства[6].
Иной позиции придерживались Л. М. Карнеева, С. С. Ордынский, С. Я. Розенблит, которые в 1958 г. высказали мнение, что родители должны приглашаться только в том случае, если они не связаны с совершенным преступлением и если известно, что подлежащий допросу несовершеннолетний относится к ним с уважением[7]. Этот тезис вполне можно отнести к любому несовершеннолетнему, допрашиваемому следователем, независимо от его процессуального статуса. Г. М. Миньковский отмечал, что вызов родителей для участия в допросе несовершеннолетнего обвиняемого представляется в большинстве случаев нецелесообразным. Обвиняемый в ряде случаев будет испытывать в присутствии родителей чувство страха, стыда и так далее, будет чутко реагировать на эмоции отца и матери, следить за их мимикой, движениями, улыбками и в соответствии с этим давать свои ответы[8]. Такой точки зрения придерживается и В. Г. Дремов, считая, что законные представители всегда заинтересованы в определенном исходе дела и могут отрицательно влиять на поведение несовершеннолетнего обвиняемого во время допроса. Аналогичные взгляды высказывали многие другие ученые[9].
