Когда Влад с помощью заклинания создал физический спектрометр и показал принцип его действия, рассказав об элементах периодической таблицы, Мариэль вцепилась в него словно кошка в шарик мяты. На удивление, девушка чрезвычайно быстро освоилась со знаниями земли и уже через пару минут могла безошибочно определить элементы в газах, жидкостях, и твердых веществах. Столкнувшись с такой неожиданностью, Влад решил воссоздать книги теоретического курса физики, химии, биологии, и прочих естественных наук. И пока он осваивался со вторым инструментом изучения омни, Мариэль вовсю погрузилась в чтение переведенных книг.
Вторая приблуда Малькатти называлась Слезы Беотезии. Ничего примечательного, энергетический кувшин с прямыми перегонными трубками, которые поступали в нижние сосуды. Отстойник для разделения зарядов и определения их соотношения в объеме омни. В кувшин поступало определенное количество омни, в переводе с Малеф называемое «мерой», после чего по патрубкам она гналась на субсветовых скоростях, в пути разделяясь на различные сосуды, ведь каждый заряд имел определенную скорость распространения. Таким образом проходила дифференциация омни.
Попробовав разделить собственную омни на составляющие, Влад не обнаружил ничего удивительного: три заряда в соотношении два:один:один, создавали едкую, чрезвычайно опасную для органики смесь изумрудно-зеленого цвета. Данная смесь очень редко встречалась в космосе, и принадлежала виду чрезвычайно ядовитых космических зверей-змей. Судя по всему, наследите Шиамат оказало фундаментальное влияние на природу сил Влада, как бы он не старался себя изменить…
— Есть ли у тебя еще книги? — Эксперимент занял от силы минуту, за это время Мариэль прочла и запомнила несколько десятков книг школьного курса. Она выглядела чрезвычайно возбужденной, особенно для расы остроухих ледышек, презирающих любые проявления чувств. — Это знания охотников, трутней, и стражей? Удивительно, их подход к изучению реальности очень похож на наш.
Влад скривился в лице, он и сам давно понял, что наследие древних определило судьбу потомков гораздо сильнее, чем хотелось бы. Не просто духовная сила, сам способ мышления и восприятия, все досталось от тех далеких существ, вгоняя его род в определенные рамки. Те же норботты изучали материальный мир совершенно иным способом. Для них нет существенной разницы между элементами периодической таблицы, ведь их можно преобразовать один в другой по щелчку пальцев. Живые роботы постигали тонкие взаимодействия полей, и на их основе создавали чрезвычайно разрушительные орудия, и чудеснейшие механизмы, способные попрать законы физики в представлении людей.
— Это знания трутней. Стражи и охотники — больше практики, нежели теоретики. — Влад улыбнулся, он не мог расстраиваться из-за оков, переданных по наследству, слишком долго.
Омни проникла в парту и начала преобразовывать материю в новые книги, уже академического курса. Среди них появлялись бесчисленные труды и исследования, не втиснутые в переплеты. Они являли собой плоды экспериментальных данных лабораторий и исследовательских центров по всей земле, некоторые секретные, другие чрезвычайно секретные. Влад не жалел знаний, напротив, он был рад встретить кого-то, кто испытывал такую же тягу к науке и обладал похожими способностями.
Счастливая Малькатти не знала о тяжести на сердце ученика, и вновь вгрызлась в гранит науки. Тем временем Влад пристроился к последнему инструменту — Длани Лемалькри. Похоже, человечество переняло привычку называть все именами собственными от остроухих прародителей… Длань являла собой самый сложный инструмент кубической формы, в котором происходило преобразование одних зарядов омни в другие. Изучить принцип работы без мануала невозможно. Куб, исключая шестнадцать отверстий для вливания отсеянной через Слезы Беотезии омни, герметичен. Это — небольшая проблема, учитывая кто такая Мариэль и ее доступ к секретным знаниям малькатти, так что Влад решил пока просто попробовать. Из собственной омни, поменяв соотношение зарядов, он вывел совершенно иную энергию. Изумрудный спектр сменился на аквамариновый, токсичность не исчезла, но значительного снизилась, и помимо означенного свойства, появилась тягучесть. Она заставляла метрию в области слияния замедляться, будто при попадании в густой кисель, и со временем, слившаяся с физическим миром омни полностью затвердевала, окрашивая объект в тусклый синий цвет. Эффект напоминал окаменение мифического духа Горгоны, но работал на всю материю, а не только органику.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
По фолианту «Разнообразие единства», данная смесь называлась «Субстазис», и вовсю использовалось при строительстве, и в бытовых нуждах. Разумеется, без ядовитой составляющей, за которую отвечал агрессивный заряд «Корх».
Глава 407: Гормоны.
Ознакомившись с инструментами изучения омни, Влад повернулся к Мариэль. Погруженная в чтение тысяч книг, пролетающих перед ее глазами со скоростью две единицы в секунду, девушка выглядела очень необычно. Повсюду разбросаны бумажные труды, даже место, на котором сидела Мариэль, являлось стопкой изученных трудов. Непередаваемый запах свежих страниц, воссозданный Владом по прихоти, наполнял учебное помещение особой атмосферой знаний и уюта. За окном вечерело, двор залился алыми красками. Влад не удержался и создал из парочки парт толстые восковые свечи, которые зажглись желтыми огнями прямо в воздухе.
— Никогда бы не подумал, что буду иметь такие предпочтения… — Анализируя собственное поведение, Влад не мог не усмехнуться. Чем сильнее становилось тело, тем меньше возможность вмешиваться в естественные процессы, и тем больше химических реакций влияли на состояние разума. Само собой, для существа уровня Влада невозможно идти на поводу у чувств, но лишь в тех случаях, когда это необходимо. В остальное время это все тот же трехногий забег, в котором и телу, и разуму нужно уделять одинаковое количество внимания. — Теперь можем продолжить наше обучение?
Прошло около десяти минут, прежде чем Мариэль закончила чтение последней скрепки бумаг, представляющей собой исследование по выращиванию костного мозга в лабораторных условиях.
— А?... Что?… — Девушка вздрогнула, услышав спокойный голос у себя над ушком. Она настолько погрузилась в чтение, что не заметила изменений вокруг. Темная вуаль давно наползла на окна, скрывая окружающий мир от учебной зоны. Свечи парили в воздухе, у потолка, и совсем рядом. В стене появился старый камин, чья душа играла золотистыми языками пламени. Возможно, малькатти не переносили все проявления огня на уровне аллергической реакции, однако Влад создавал комфортную атмосферу прежде всего для себя. — Да, конечно.
Топорно кивнув девушка вскочила и активировала ледяную кровь. В голубых глазах читалось разгорающееся волнение, которое быстро сошло на нет. Она уже повернулась к инструментам омни, чтобы приступить к практическим занятиям, однако Влад неожиданно прижал хрупкое тельце к парте. Он приложил пальцы к открытой ключице, ощущая покалывающий холод от кожи. Мягкое тепло, порожденное жизненной энергией и искусством кипящей крови проникло в тельце девушки, подавляя ледяную кровь. Безразличие быстро покинуло нежное личико, оно не залилось краской, так как кровь Малькатти отлична от человеческой, однако смущение и без того читалось в невероятно честных глазах.
— Почему ты так себя ведешь? — Не смея встречаться с агрессивными глазами ученика, Мариэль опустила взгляд.
В нынешнем состоянии она не могла бороться с Владом, лишь слова могли спасти положение.
— Гормоны. — Простой ответ заставил девушку смутиться еще сильнее. Из приобретенных знаний, да и из собственного опыта создания трутней, она прекрасно понимала механизмы работы их тел. — Расценивай это как комплимент твоему обаянию.
Ощущая горячее дыхание на своей коже, девушка задрожала. Она завертелась, пытаясь выскользнуть, словно червяк, но только сделала хуже. Своими движениями и беззащитным положением пробуждая животные инстинкты.
