— Извините, — проворчал Моховая Борода. — Здесь, видимо, какое-то недоразумение — ведь мы ещё ничего не заказывали. Официантка лукаво улыбнулась.
— Не беспокойтесь, — сказала она, — фирма заплатит. И, заметив, что накситралли не совсем поняли её слова, она пояснила:
— Ведь вы спасли наш город от крыс. Не будь вас, крысы съели бы абсолютно все наши пирожные и едва ли оставили даже муку, из которой можно было бы испечь новые. Поэтому кафе в знак благодарности угощает вас бесплатно.
Официантка опустошила поднос, пожелала друзьям приятного аппетита и удалилась.
— Вот это я понимаю! Прямо завалила стол пирожными, — удовлетворённо отметил Полботинка, накладывая угощение на свою тарелку.
— В самом деле, — кивнул Муфта, — боюсь только, не будет ли обременительно для нас осилить эту груду. Но Моховая Борода сказал:
— Обременительно-то оно обременительно, однако меня гораздо больше тревожит бремя славы. Муфта кивнул.
— И я никогда не думал, что слава — такое тяжкое бремя, — заявил он. — Люди уставились на нас, как на невиданных зверей. И к тому же ещё эти дурацкие ласки.
— От всего этого нас может избавить только хороший отдых, — добавил Полботинка.
Они принялись за угощение, чтобы поскорее отправиться отдыхать. И несмотря на тяжкое бремя славы, пирожные улучшили их настроение.
Автографы.
— Я сыт по горло, — сообщил Муфта.
— В меня тоже больше ничего не лезет, — вздохнул Моховая Борода.
А Полботинка сказал:
— С одного пирожного я, пожалуй, ещё мог бы съесть ягоды — и тогда всё.
Но стол прямо ломился под блюдами пирожных и бутылками лимонада, и официантка то и дело приносила новые.
— Пожалуйста, — обратился Моховая Борода к официантке, когда она снова подошла к их столу с полным подносом. — Пожалуйста, не приносите нам больше ничего. Пирожные, конечно, очень вкусные и лимонад великолепно шипит, но ведь всему на свете есть предел.
Официантка пожала плечами и сказала сочувственно:
— От кафе я уже больше ничего не приношу. Дело в том, что посетители кафе тоже хотят вас угостить. Например, дама, которую укусили, заказала для вас двадцать четыре пирожных.
Моховая Борода разглядывал воробьев, которые чирикали в летнем кафе среди столов и стульев, выискивая упавшие крошки.
— Вы могли бы эти пирожные отдать птичкам, — сказал он. Но официантка качала головой.
— Так не годится, — ответила она. — Это может обидеть заказавшего. С тем, что заказано для вас, вам всё-таки придётся справиться самим.
С этими словами она быстро уставила стол новыми лакомствами и торопливо ушла.
Накситралли растерянно переглянулись.
— Ещё немного — и наше здоровье испорчено на весь отпуск, — сказал наконец Муфта. — У меня мысль: нам следует удрать.
— Кажется, и в самом деле другого выхода нет, — кивнул Полботинка. — Попробуем задать стрекача от собственной славы. Моховая Борода на мгновение задумался.
— Слава, как тень, она преследует тебя повсюду, — заявил он затем. — Однажды заслужив славу, от неё уже никуда не денешься. Но попытаться всё-таки можно.
Итак, дело было решено, и оставалось выждать подходящий момент для побега. И он не заставил себя долго ждать. Едва официантка у одного из дальних столиков углубилась в подсчёты, как друзья быстро соскочили со стульев и выскользнули из кафе…
Машина Муфты стояла немного поодаль, на стоянке, и они со всех ног пустились туда.
— До чего унизительно, — пыхтел Моховая Борода. — Ведь мы ни в чём не провинились, а приходится убегать, как каким-нибудь жуликам!
— И от чего? — подхватил Полботинка. — От собственной славы! Вскоре, однако, выяснилось, что Моховая Борода тогда, в кафе, говорил сущую правду. Скрыться от собственной славы и в самом деле оказалось нелегко. Едва они успели добежать до площади, как один юноша решительно преградил им дорогу.
— Пожалуйста, остановитесь на минуточку, мои дорогие спасители,сказал он и вежливо поклонился. — У меня к вам серьёзная просьба.
Запыхавшиеся накситралли остановились.
— Очень сожалеем, — не без вызова ответил Полботинка, — но у нас только что начался отпуск, а в отпуске серьёзными делами не занимаются.
Юноша явно смутился.
— В таком случае, я, конечно, прошу прощения, — сказал он и снова поклонился. — Я, правда, не знал, что вы в отпуске, но мне очень хочется иметь ваши автографы.
— Ах, автографы, — пробормотал Моховая Борода.
Друзья с удовольствием покинули бы молодого человека и забрались в машину, но они решили, что нехорошо отказывать в такой скромной просьбе.
— Ну что ж, так и быть, — сказал Муфта.
А Полботинка был даже польщён.
— В такой мелочи отказать нельзя, — сказал он вполне дружелюбно.
Тут юноша протянул им записную книжку, и друзья написали свои имена.
— Благодарю вас от всей души, — поблагодарил юноша, сияя от счастья. — И ещё раз прошу извинить, что побеспокоил вас во время отпуска.
Накситралли направились к машине, чтобы наконец отправиться в отпуск. Однако очень скоро поняли, что, пойдя навстречу просьбе юноши, они допустили большую ошибку. Едва они сделали несколько шагов, как появился пожилой человек с портфелем. Он вытащил из портфеля чистый лист бумаги и сказал скрипучим голосом:
— И мне тоже автограф!
— К сожалению, мы очень спешим, — проворчал Муфта и попытался пройти мимо.
Моховая Борода пояснил:
— Мы торопимся в отпуск, у нас действительно нет ни минуты времени.
Но тут человек с портфелем рассердился.
— Ах, значит, одним даёте, а другим нет! — проскрипел он. — Напрасно вы так по-разному относитесь к людям! Я такой же гражданин, как и юноша, которому вы только что дали автографы!
Друзья поняли, что с таким строптивым человеком не имеет смысла пускаться в объяснения, и, не говоря ни слова, написали на листке свои имена. Мужчина тоже не вымолвил ни слова. Он даже «спасибо» не сказал и удалился, ворча что-то себе под нос.
— Пожалуйста, автограф!
— И мне тоже!
— И мне!
Накситралли испуганно озирались по сторонам. Вокруг них собралась порядочная толпа. Каждый держал в руках записную книжку, календарь или просто листок бумаги. Все хотели получить автограф. И друзьям ничего не оставалось, как продолжать расписываться.
Время шло. А накситралли писали и писали:
Моховая Борода, Полботинка, Муфта…
Моховая Борода, Муфта, Полботинка…
Полботинка, Муфта, Моховая Борода…
И так далее, и так далее…
Это была тяжёлая работа, гораздо более изнурительная, чем можно предположить. Но — что всего хуже — вместо того, чтобы уменьшаться, толпа всё увеличивалась. Мужчины и женщины, совсем маленькие дети и трясущиеся от старости старики всё прибывали. Отталкивая друг друга, они протискивались вперёд. Все жаждали автографов.
— И это называется отпуск, — тихо вздыхал Полботинка. — Ничего себе история!
Полботинка, Муфта, Моховая Борода… Моховая Борода, Полботинка, Муфта… Знай пиши да пиши. И конца этому не видно.
— У меня уже сил нет, — простонал Моховая Борода. — Я больше не могу.
— И я тоже, — сказал Муфта. — У меня пальцы совсем онемели. Полботинка поднял голову и безнадёжно посмотрел на окружавших его людей.
— Может быть, хватит? — хмуро спросил он.
Но охотники за автографами не желали ничего слушать.
— Пожалуйста! — раздавалось из толпы. — Мы уже целый час ждём. Мы убедительно просим!
Звучали и более решительные голоса:
— А вы как думали? Слава обязывает!
— Ох уж эта слава, — проворчал рассерженный Полботинка, но так тихо, что его никто не услышал. — Прямо хотят загнать нас в гроб. Измученные накситралли продолжали раздавать автографы. Моховая Борода, Полботинка, Муфта… Полботинка, Моховая Борода, Муфта… И тут случилось непредвиденное.
— Помогите, мне дурно! — крикнул Полботинка.
Он беспомощно раскинул руки, пошатнулся и рухнул наземь.
Толпа испуганно зашумела.
— Он в обмороке! — воскликнул кто-то.
А кто-то другой добавил чуть ли не с восхищением:
— Писал, писал, пока не упал!
— Бывают же такие нахальные люди! — сердилась мамаша, только что получившая автографы. — Они, видите ли, требуют! О жизни и здоровье других никто даже и не подумает!
— Может, он совсем концы отдал? — расталкивая толпу метлой, предположил высокий мужчина с пшеничными усами, по-видимому, дворник, иначе зачем бы ему метла?
Это замечание дворника быстро передалось из уст в уста и заставило толпу загудеть ещё тревожнее.
Полботинка тем временем по-прежнему лежал на земле, а Муфта и Моховая Борода стояли около него и, казалось, сами готовы были потерять сознание от испуга.
Первым пришёл в себя Моховая Борода.
— Полботинка надо отнести в машину, — сказал он, — и немедленно отвезти к врачу.
