только с похмелья мог сказать!
— Пляшешь, не пойми с кем! — продолжала делиться наблюдениями ведьма.
— Да, это я люблю! — довольно улыбаясь, согласился Кощей, но через мгновение нахмурился. — Ладно, хватит за мной подглядывать! И так уже понятно, что всё у меня хорошо!
— Не торопись! — заявила вдруг Баба-Яга. — Вижу смерть твою скорую!
Не ожидавший подобного поворота событий, Кощей вздрогнул всем телом и начал заваливаться назад. Попытки поймать равновесие ни к чему не привели, и вылетевший из-под колдуна табурет опрокинул котёл.
— Быть того не может! — просипел Кощей, едва поднявшись с пола.
— Уж поверь! Я совершенно ясно видела, как тебе голову с плеч сняли! Щисть — и всё!
В подтверждение своих слов Баба-Яга рубанула воздух ребром ладони.
— Покажи ещё раз будущее, хочу сам посмотреть! — замотал головой Кощей.
— Не могу! — развела руками ведьма и кивнула на пустой котёл, валявшийся на полу.
— Так сделай новое зелье!
— Не выйдет! У меня глазные яблоки упыря закончились!
— Тьфу ты! Да чего я распереживался-то?! Мне двадцать раз голову отрубали! И всё бестолку!
— Может и так, — согласилась Баба-Яга, — только в этот раз щисть — и прям в прах рассыпался! Или ты у нас феникс?
Кощей вздрогнул, побледнел, взяв себя за горло, и втянул голову в плечи так, словно шея у него вовсе отсутствовала.
— Нет, — вымолвил он слабым голосом, разом утратив жизнерадостность. — Кто ж меня так? Как звать?
— Ты сам просил без подробностей! — упрекнула его Баба-Яга. — Знаю только, что сын богатыря русского!
— И как же он меня одолел?
— Меч-кладенец у него был.
— Я не об этом! — раздражённо вскинулся Кощей. — На меня никакого меча не хватит, пока смерть моя на конце иглы, та в яйце…
— Короче! — оборвала его на полуслове Яга. — Ты уверен, что никто не знает, где то дерево, на котором сундук с зайцем?
— Да спилил я его давно и сундук спрятал!
— Место надёжное? Никто о нём не знает?
— Ни одна душа на всём белом свете!
— Случайный человек не найдёт?
— Да ни в жисть! Калинов мост через реку Смородину — самое гиблое для людей место! Куда уж надёжнее?! — в запале прокричал Кощей и только потом осознал, что сделал.
— Твою ж налево! Тебе проговорился!
— Вот видишь! А может и ещё кому? — подступила к нему ведьма.
— Да какая разница! — стал защищаться Кощей. — Калинов мост разделяет Явь и Навь, миры живых и мёртвых, помнишь?
— На память не жалуюсь! И что с того?
— Я сундук не в Яви спрятал, а с другой стороны! — пояснил колдун шёпотом. — Любой из ныне живущих, кто в Навь попадет, там и останется!
— Богатыри — это тебе не любой! — возразила ведьма, помахав указательным пальцем у него перед носом. — Думаешь, они не найдут способа наведаться в мир мёртвых и вернуться обратно?
— Физические закономерности одинаковы для всех людей! — закричал Кощей.
— Я тя умоляю! — всплеснула руками Яга. — Говоришь так, будто вчера родился! Богатырям закон не писан! Порушат они твои закономерности и даже не узнают, что должны были о них споткнуться!
Несколько мгновений колдун стоял неподвижно, а затем осел на скамейку и завыл белугой. Видно, понимал он, что ведьма права, и безоблачного завтра больше нет.
— Может, просто не делать ничего такого, за что голову рубят? — вкрадчиво предложила Баба-Яга.
— Издеваешься? — с укором посмотрел на советчицу Кощей. — Злодей я или кто?!
— Ой ли? А я слыхала, последние лет сто живешь себе в удовольствие!
— Так-то оно да, — признал колдун, — но проблема в том, что иной раз я утром не помню, чем ночью занимался! С чужих слов узнаю! Вдруг наговорю лишнего или невесту у богатыря уведу?
— Мда, тяжелый случай! — в сердцах всплеснула руками Баба-Яга. — Оказывается, нездоровый образ жизни даже бессмертного до могилы довести может!
— Хватит обсуждать мои слабости! — срывая голос, закричал Кощей. — Научи, что делать!
— Для начала не сходи с ума от страха, — деловито сказала ведьма. — Твоя голова пока при тебе, а у князя всего трое богатырей! Смекаешь?
— С ума выжила? Я что теперь, должен по всей Руси их отпрысков отлавливать?! Им же любая юбка рада!
— Ничего-то ты о русских богатырях не знаешь!
— Я стараюсь держаться от них подальше! С Алёшей Ростовским повстречались — он как раскричался: «Нечисть, нечисть!» За меч схватился!
— Это он любитель железякой помахать! — согласилась Яга.
— Я ему объясняю: "Поди прочь, я бессмертный"! Так он даже слушать не стал! Как капусту нашинковал!
— Вот окаянный!
— Знаешь, как тяжело и больно потом срастаться?! — спросил Кощей страдальческим голосом.
— Алёша он да — Алёша и есть, тяжело с ним договориться. Но ты не отчаивайся раньше времени! Будущее оно такое, — Баба-Яга сделала неопределенный жест ладонью. — Его изменить можно!
— Говори! — оживился колдун.
— Богатыри у нас — порядочные семьянины! — поведала ведьма. — На сторону не ходят, так что детей у них мало, а сын и подавно — один на всех!
— Да ну?! У кого? — оживился Кощей.
— У Алёши Поповича.
— Уйёоо! — Кощей со стоном сдёрнул корону, а второй рукой схватился за голову. — За что мне это?!
— А ты как хотел? Не всё коту масленица! Но если ребёнка выкрасть, пока тот силу не набрал, то и угрозы тебе никакой!
— Знаешь, бессмертный — не значит бесплотный! — возразил Кощей. — Если Алёша узнает, что я его наследника погубил — как наяву вижу…
Прикованный к каменной колонне, Кощей висел на цепях — измотанный, с опухшим носом и синяками под глазами.
— Алёша, не надо больше! — молил он жалостливо. — Мы же русские люди!
— Кто люди, а кто нелюди! — резонно заметил Алёша Попович.
— Я же не хотел ничего плохого! — с надрывом продолжил увещевать его Кощей. — Это всё Яга! А мне бы просто жить!
После этих слов колдун разрыдался.
— То есть ты хороший, сына моего не похищал, а все плохое сделал кто-то другой? — уточнил Алёша Попович.
— Да! То есть, нет! Я хотел сказать…
— Я тебе сейчас покажу, что такое раздвоение личности! — пообещал Алёша Попович, доставая топор и проверяя пальцем лезвие.
Кощей Бессмертный потряс головой, чтобы избавиться от наваждения.
— Нет! Ещё раз встречу с Алёшей Поповичем я не выдержу! И вообще, душегубство — пережиток проклятого прошлого!
— Ты это его сыну не забудь рассказать! — посоветовала Баба-Яга. — Или послушай, что я предлагаю!
***
Илья Муромец и гостивший у него Добрыня Никитич пили домашний квас, когда дверь распахнулась, и в горницу вбежал запыхавшийся Алёша Попович. Увидев товарищей, он остановился в дверном проёме.
— Вы оба здесь! Так даже лучше!
Лицо у молодого ростовчанина, прослывшего самым весёлым и бесшабашным из всей троицы,
