Читаем без скачивания Карфаген должен быть разрушен, или Кто пропагандировал концепцию - Владимир Шелухин

Позволю себе несколько отвлечься от статьи С.Переслегина, чтобы коснуться еще одной темы, постоянно муссируемой критиками "молодогвардейцев" и позволяющей последним постоянно уводить русло разговора в сторону от основной темы: художественности их произведений. Я имею в виду ставшую притчей во языцех склонность героя романа В.Щербакова "Семь стихий" подглядывать за обнаженными купальщицами. Первым ее подметил Всеволод Ревич в статье "Звездолет или электричка" ("Юность", 1986, #9, с. 98). он, правда, не делая из своего наблюдения каких-то фундаментальных выводов, оговорившись, что для описания вуайеризма фантастика, в общем, и не обязательна и присутствует он в романе на правах "оживляжа". Но В.Щербаков, как редактор, уловил, естественно, совсем не то, что имел в виду критик: гораздо больше, чем обвинение в слабом владении писательским ремеслом, его встревожила "аморалка", которую он и отмел с порога в своей отповеди обидчику. Заметна подмена? И тут пас принял великолепный В.Казаков (КЛФ "отражение", г. Саратов), чей доклад в сокращении публикуется в том же втором номере "Оверсана". К сожалению, именно эта часть попала в журнале под сокращение, но и из изложения редакции видно, что автор "О принципах нульполемики" поддался этому немудреному приему и принялся с жаром доказывать, что да, герой-де и в самом деле того, подглядывал. А Щербаков, беря поправку, в четвертой книжке "В мире книг" заявляет, что пускай он подглядывал, потому как он ее любит. По логике вещей очередному критику придется занимать на редкость невыгодную сегодня позицию моралиста, доказывающего, что даже за любимыми девушками, когда они голые, подглядывать грешно. сно, как он это будет делать.

Вот так, желая во что бы то ни стало уязвить противника (причем держа за пазухой дубинку административных мер) мы ставим под удар себя. Ни в коем случае нельзя играть по правилам своего противника, ибо он знает их лучше, чем те, которые ты выработал для себя сам. Если ты сам не ханжа, не пытайся воспользоваться в качестве критического фундамента ханжеством принимающих решения, иначе тебе придется заявить о своей с ними солидарности. Не проще и не честнее было бы отказаться от соблазна сомнительной победы и просто не заметить в книге своего оппонента того, что, если быть честным, в книгах любимых авторов только приветствуется? Или В.Казаков с А.Чертковым целомудренно отворачиваются при виде красивой женщины и с негодованием рвут на части любой экземпляр "Плэйбоя" или "Пентхауза", до какого могут дотянуться? "Молодой человек ночью осмелился войти в спальню молодой женщины и получил от нее пощечину! какой ужас! как сметь писать такие отвратительные гадости? Автор спрашивал, что бы на месте Натальи Петровны сделали петербургские дамы: какая дерзость!" (Пушкин А.С. Опровержение критики. Там же, т. 7, с. 131).

С каких это пор любители фантастики стали заключать нравственные союзы с теми, кого всего несколько лет назад числили в своих гонителях? Апеллируя к ним, строя свою критику с учетом их былого (и сущего) могущества, мы тем самым убеждаем их (и себя!) в нужности их обветшавших институтов. И сами не видим, как отрастает у нас драконий хвост.

Ведь не в защиту "МГ" я это пишу. Наоборот. Я призываю врежде, чем бросаться в бой, думать, какое выбирать оружие. Тот, кто идет в атаку, служит примером тем, кто в резерве. Наши шпаги не должны быть отравлены, а автоматы - без пуль "дум-дум". К тому же оружие должно быть безотказно. Ведь стоит только прочесть статью С.Переслегина с карандашом в руках, как сразу станет ясно, что автор дела не знает, а вместе с ним и те, кто предоставил ему трибуну. Это, кстати, укор Черткову: отчего не работает с авторами?

П.С. И ведь есть в статье С.Переслегина рациональное зерно, которое в землю не пало, там не умерло, осталось одно и не принесло плода. Отчего бы и в самом деле не рассмотреть футурологическую фантастику как экспериментально-познавательную модель общества будущего?

Заметки по поводу. С.Боровиков.

Данная работа посвящена разбору дискуссии "о профсоюзах", поводом к которой послужило выступление С.Переслегина на страницах #2 "Оверсана" за 1988 год. Сама по себе критика этой статьи не является чем-либо осбенным, но настораживает в ней (в критике) два момента:

1). Автору (далее - С.П.) приписываются мысли, которых он не высказывал.

2). Уважаемые оппоненты яростно начинают спорить о терминологии, сами этого не замечая (или не желая замечать).

Начать хочется с комментариев ко второму пункту. Дело в том, что спор о терминологии как правило, бессодержателен, ибо полемизировать с даваемыми автором оъпъръеъдъеълъеънъиъяъмъи можно долго и безуспешно. Не имеет смысла говорить о том, что оъпъръеъдъеълъеънъиъе неправильное. Оно может быть удачным или неудачным, но правильным оно является по оъпъръеъдъеълъеънъиъю.

В общем, этот вопрос достаточно ясен и проработан многими поколениями философов, а вот в проблеме символики подобной ясности еще нет. В частности, В.Казакову не нравится трактовка зеркала, которую дает С.П. В ней Вадим находит непростительное противопоставление литературы реалистической и фантастической, которые вообще говоря, четкой границы между собой не имеют. Что касется единства реалистической и нереалистической литературы, то этот факт более чем очевиден. В самом деле, даже в насквозь рееалистическом произведении не описана действительность тъаък, къаък она об'ективно существует в природе. Автор опускает (и это его право) множество деталей, принципиальных для мира в целом, но совершенно не существенных в данном конкретном произведении. Поэтому изображенный им мир будет реалистичен лишь в какой-то степени (то есть обладать ненулевой степенью абстрактности в терминологии С.П.) Поэтому каждое произведение можно "разложить" на две части: реалистическую (это то, что С.П. помещает "по эту сторону зерала") и нереалистическую, которой нет адекватного эквивалента в об'ективно существующей действительности. Просьба не путать адекватный эквивалент с аналогом. Аналоги есть всегда, но они не являются полностью адекватными. Вот эта часть произведения и находится "за зеркалом". Таким образом, мы еще раз сталкиваемся с диалектическим единством и борьбой противоположностей: реалистическая и нереалистические компоненты неразделимы ни в рамках одного произведения, ни в рамках литературы в целом, не может существовать предмет, не имея отражения в зеркале, как и не может существовать отражение без предмета. Я не говорю, что не может существовать об'ектов, не имеющих отражения в зеркале. Они есть, но это окололитературные призраки и фантомы. Таким образом, мы получаем очередной критерий того, что же нам относить к Литературе. Далее следовало бы доказать логическую эквивалентность вышеуказанных критериев, но я боюсь, что не у всех читателей хватит на это времени. Хочется надеяться, что хотя бы некоторые наши читатели дойдут до этого самостоятельно.

Теперь вернемся немного (к первому пункту). Мне очень не хочется, чтобы мне в этой статье приписали "острую антимолодогвардейскую направленность" и "малообоснованные нападки на "МГ"" или что-нибудь в этом роде, как это было сделано со статьей С.П. И В.Шелухин, и В.Казаков дружно увидели в ней поклеп на "МГ", в необоснованности которого они и обвиняют С.П. Должен заметить, что ни в статье С.П., ни в данной работе, не убивается ни одного дракона, более того, я даже не призываю убивать кого-бы то ни было. Однако, никто не мешает мне съоъсъчъиътъаътъь дракона и сказать: вот один дракон. Счет почему-то не всем драконам нравится, но это их личное горе. Все это правда, не очень существенно. Проблема не в том, как от драконов избавиться, а в том, чтобы не завести своего собственного.

Сергей Боровиков.

Ломать не строить

Странное впечатление производит статья В.В.Шелухина по поводу публикаци статьи С.Переслегина в "Оверсане" #2. Согласитесь, что критическая статья, значительно превосходящая по об'ему критикуемое произведение, выглядит по крайней мере странно. Однако, отвлечемся от эмоций и перейдем к фактам. В.Ш.: "...религия является инструментом Истолкования эмпирической реальности в духе...". Хочется заметить, что целый ряд наук занимается исключительно истолкованием эмпирических данных. Например, термодинамика. Путем исолкования экспериментальных данных выводятся (постигаются) эмпирические законы.

Далее В.Ш. проявляет непонимание следующего тезиса: "Надежность результатов (познания при помощи искусства) низкая, зато область применения беспредельна...". Заметим, что у С.П.: "...надежность здесь... значительно ниже..." (по сравнению с наукой). Для меня этот факт достаточно очевиден, если нужно подробнее об'яснять, то это тема отдельной статьи. Почему любая проблема искусству подвластна? Хотя бы потому, что в любой науке (если это наука) есть формальные границы применимости. У искусства (по моим данным) таких границ нет. Так что мне непонятна проблема. Далее любая модель в той или иной мере абстрактна. Иначе она была бы неотличима от моделируемого явления. Поскольку у одного и того же явления может быть бесконечное число моделей более или менее абстрактных, то мера абстрактности - характеристика количественная. Не качественная же она, в конце концов! Далее В.Ш. утверждает, что "Человекневидимка" не есть мир воображаемый. Тогда какой же еще? Об'ективно существующий в данный момент, что ли? Сошлемся на "Обмен разумов" Р.Шекли: "Среди вероятностных миров, .... один в точности похож на наш мир; другой похож на наш мир во всем, кроме одной-единственной частности, третий похож на наш мир во всем, кроме двух частностей, и так далее...". Ладно, бог с ними, с мирами, разберемся с классикой. Классике "поступать" трудно, это факт. Гораздо проще поступать "авторам произведений, которые в данное время большей частью литературоведов признаются классиками." Можно уточнить характер авторских прав а так же формально определить, кто такие литературоведы и не забыть конкретизитровать понятие "большей частью", это 60% или 75%? Но нъуъжънъо ли это делать? По-моему, нет. Что же касается разницы между "сайенс фикшн" и "фэнтэзи", то у С.П. не говорится, что "это одно и то же". Говорится, что это деление не очень удачно и что между ними нет разницы по задачам, художественным приемам и степени абстрактности. Почему это нъе тъаък из статьи В.Ш. по крайней мере, непонятно. Далее В.Ш. переходит к политическим обвинениям С.П. в навешивании политических ярлыков там, где блее подходят (по мнению В.Ш.) ярлыки эстетические. Должен отметить, что статья С.П. написана в 1984 году, когда жаловаться "наверх" было не только бесполезно, но и опасно. Поэтому статья писалась исключительно для "внутриклубного пользования" и в свете этого все последующие обвинения выглядят по крайней мере, странно. Последующие построения В.Ш. опираются в той или иной мере на вышераскритикованные аргументы, и их разбор без уточнения используемой автором терминологии не имеет смысла. аться "наверх" было не только бесполезно, но и опасно. Поэтому статья писалась исключительно для "внутриклубного пользования" и в свете этого все последующие обвинения выглядят по крайней мере, странно. Последующие построения В.Ш. опираются в той или иной мере на вышераскритикованные аргументы, и их разбор без уточнения используемой автором термин Это, на мой взгляд, самая актуальная проблема. Драконы - это закономерный продукт социальной структуры, к счастью, структуры не всякой. На данный момент времени можно считать доказанным, что пирамидальная структура неизбежно порождает драконов (хотя бы одного). Следовательно, единственная реальная возможность избежать процесса перерождения с последующим драконообразованием - это поиск и реализация непирамидальных социальных структур, хотя бы в рамках фэндома. Следует отметить, что в настоящее время все известные мне общественные структуры в той или иной форме содержат элементы пирамидальности. Какие из этого следуют выводы? Во-первых, функции всесоюзных выборных органов, типа ВС КЛФ, должны быть исключительно координационными. Во-вторых, не следует черезмерно централизовать информационный обмен. Это неизбежно приведет к неявной форме власти со всеми вытекающими отсюда последствиями. Оптимальной структурой, скорее всего, следует признать сетеобразную. Это будет аналог Великого Кольца, организации, исключительно децентрализованной. Ее цель информационный обмен, и с этой функцией оно прекрасно справится.