"Дешевка, - отметил про себя Симмонс. - Трюкачи и шарлатаны".
...По мощенной булыжником узенькой улочке средневекового города тянулся обоз. Одетые под итальянских крестьян статисты нахлестывали тощих лошаденок. Лохматая собака перебежала дорогу и остановилась на углу, обнюхивая грубые камни ограды. Проскакал всадннк в начищенных до блеска доспехах. Двое взъерошенных мальчишек сосредоточенно колотили третьего. Тот не сопротивлялся и даже не делал попытки удрать, лишь закрывался руками, размазывая по лицу розовые сопли.
Обоз свернул в боковую улицу, и стала видна просторная площадь перед собором. На фоне далеких облаков выделялись характерные очертания башни.
"Пиза, - догадался Симмонс. - Падающая башня".
Что-то заставило его вглядеться в изображение внимательнее. Ошибки быть не могло, башня высилась совершенно вертикально.
- С вашего позволения...
- Что? - вздрогнул Симмонс. Гость мял в пальцах сигарету. - Да, конечно.
...Из густых колючих зарослей вышел человек. Приземистый, неправдоподобно широкий в плечах, он стоял, озираясь по сторонам и словно принюхиваясь. В правой руке охотник сжимал зазубренный обломок камня.
Что-то затрещало в зарослях.
Человек обернулся, и в то же мгновение длинное пятнистое тело обрушилось на него откуда-то сверху. Несколько секунд ничего нельзя было разобрать. Изображение бешено скакало, теряя и вновь обретая четкость,
Затаив дыхание, Симмонс следил за схваткой. На мгновение он оторвался от экрана и взглянул на гостя. Тот невозмутимо дымил сигаретой.
...Зверь был, пожалуй, вдвое крупнее человека. Однако, когда Симмонс снова взглянул на экран, охотник уже сидел верхом на распростертом чудовище и обеими руками заталкивал ему в пасть обломок камня. Зверь отчаянно извивался, молотил воздух лапами, то и дело задевая человека. По груди и плечам ручейками струилась кровь, но исход поединка уже не вызывал сомнения. Человек победил.
Лапы зверя двигались все медленнее. По гигантскому телу пробежала конвульсия, и оно замерло. Человек поднялся. Шатаясь, сделал несколько шагов в сторону зарослей, вскинул над головой окровавленные руки и, застонав, рухнул в траву.
В то же мгновение из зарослей к убитому хищнику ыетнулись приземистые, полуголые фигуры. Симмонс различил среди них женщин и подростков. Не обращая внимания на неподвижного охотника, они набросились на добычу. Тускло блеснули каменные острия.
Зарябили засветки, мелькнула длинная полоса неэкспонированной пленки с потеками химикалий. Пошел новый сюжет.
...Среди оранжевой пустыни под неправдоподобно голубым небом высился на холме город из "Тысячи и одной ночи". Поблескивали купола минаретов и мечетей.
Город огибала широкая лента реки. С противоположной стороны, насколько хватало глаз, простиралась степь, гладкая, как площадка для гольфа. По степи, вздымая белесое облако пыли, двигался караван. Груженные пестрыми тюками верблюды шли цепочкой, вытянув шеи и устало переставляя ноги.
Внезапно из прибрежных зарослей вырвалось десятка два всадников на низкорослых лохматых лошаденках. Размахивая сверкающими на солнце кривыми клинками, всадники помчались наперерез каравану. Секунда-другая, - и облако пыли заволокло изображение. Метались неясные силуэты. Хромая, проковылял верблюд со сбившимся набок, распоротым тюком. Из клубов пыли вырвалась крохотная человеческая фигурка. Отчаянно размахивая руками, человек побежал к городу. Из ворот навстречу ему скакали всадники...
- Что вы на это скажете? - гость выключил аппарат и испытующе уставился на Симмонса.
Симмонс пожал плечами.
- Ничего.
- Так-таки ничего? - Гость нагнулся и подобрал с пола повестку. - А на это?
- Не вижу связи.
- Сейчас увидите, - пообещал гость, усаживаясь в кресло. - Здесь, - он похлопал ладонью по "атташе", - ваш единственный шанс.
- Вот как? - усмехнулся Симмонс.
- Да. Через пару минут вы в это уверуете.
- Если не вышвырну вас за дверь.
- Допустим. А через три, ну, скажем, четыре дня вас в наручниках доставят на призывной пункт. Я уже говорил, у них там насчет юмора слабовато.
Симмонс снова скосил глаза на циферблат часов.
- Ладно. - Гость поднялся. - Эту штуку я вам пока оставляю.
Он порылся в кармане и швырнул на стол проспект в глянцевой обложке.
- Прочтите на досуге. Решитесь, - отнесете сами. Адрес указан. А нет, - послезавтра заберу. И нечего пялиться на часы. Прощайте.
Первым побуждением Симмонса было запустить "атташе" вдогонку непрошеному гостю. Он уже шагнул было к столу, но передумал и устало плюхнулся в кресло.
"Нахлещусь, - решил он с каким-то тупым злорадством. Девчонку приведу. Теперь все равно".
Алкоголь успокоения не принес. Зато девчонка подвернулась что надо - стройная синеглазая блондинка, знавшая, что от нее требуется.
Все знали, что от них требуется, кроме Симмонса. Так по крайней мере утверждала его жена, подавая в суд заявление о разводе.
- Все знают, чего хотят. Делают деньги, заботятся о семейном благе. Один ты не вылезаешь из своей идиотской лаборатории. Выбирай - она или я!
Объясняться было бесполезно. Симмонс понимал это и выбрал лабораторию.
С тех пор его редкие общения с представительницами прекрасного пола дальше постели не шли. Вот и эта, - Симмонс досадливо наморщил лоб, пытаясь вспомнить имя гостьи, - уйдет утром, чтобы навсегда кануть в небытие.
Он поднялся с постели, запахнул на груди фланелевую пижаму м сел в кресло.
- Послушай...
- Да? - с готовностью откликнулась блондинка.
- Как тебя зовут?
- Эльсинора. А что? - она живо повернулась к нему, широко раскрыв огромные чуть не с поллнца глаза.
- Эльсинора так Эльсинора.
- Потанцуем? - несмело предложила она. Теперь это была сама невинность, непорочная, робкая, не имеющая ни малейшего представления о коварстве вероломных мужчин.
Такие метаморфозы всегда загоняли его в тупик. Он зевнул и уткнулся носом в проспект.
Эти, судя по всему, тоже знали свое дело. Фирма величала себя не иначе как "Сафари во все времена" и предлагала тем, кто рискнет ей довериться, увлекательное путешествие "в любую эру, в любую часть света". Клиент, правда, за изрядную плату, мог позволить себе полюбоваться извержением Везувия, гибелью Атлантиды, восхождением Иисуса Христа на Голгофу. Он, ничем не рискуя (безопасность клиента - первая заповедь фирмы); мог искупаться в волнах силурийского моря, подсесть к костру вооруженных каменными топорами первобытных охотников, принять участие в Крестовом походе, присутствовать на похоронах Джорджа Вашингтона.
Подписав контракт с фирмой, клиент получал право отправиться на любое время в любую эпоху, континент, страну.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
