В местной прессе называли цифру 4 тыс. Окончательные результаты переписи будут объявлены лишь в 2013 году, но история сама по себе наводит на размышления.
Несмотря на то, что сам Новосибирск похож на маленькую Москву (те же офисы, магазины, кафе, спальные районы, только меньше церквей и больше спокойствия), столицу здесь, мягко говоря, не любят. Сказать, что в регионе большой популярностью пользуется лозунг «Хватит кормить Москву!», — значит ничего не сказать. Шутки про то, что «вентили надо перекрывать, тогда заживем» повторяют все: от таксистов до чиновников городской администрации, а горожане поизобретательнее предлагают всем прилетающим в Новосибирск москвичам прямо в аэропорту вставлять колокольчики в нос. Но политическим юмором дело не ограничивается — в марте в Новосибирске возникли сразу две организации, аналогичные движению Кулехова.
Лидеру первой Александру Будникову 49 лет, у него четыре уголовных дела за экстремизм и шестеро детей. Бывший владелец трех ЧОПов продал квартиру в Новосибирске, переехал в «сакральные места» под Горно-Алтайском и занялся, как он сам говорит, поиском истины. На вопрос об источнике дохода смеется: «Этим же интересуются все правоохранительные структуры, они не могут поверить, что есть готовые помочь нам люди. Ну и детские пособия еще получаем». Две недели назад выходец из РНЕ объявил о создании «Сибирского державного союза» (СДС), цель которого — отделение Сибири от РФ. Члены союза анонимны, программа дальнейших действий не раскрывается.
Учредительная конференция СДС прошла под лозунгом «Даешь народовластие!». «Мало кто оспаривает, что Сибирь является сырьевым придатком Москвы. Но мы с вами — сердце России. А нас используют как рабов, которые качают нефть и обслуживают эшелоны, которые уходят из России за границу, — говорил Будников. — Надо понять, кто мы: хозяева своей земли или обслуга кабинета, который сидит в Москве и Питере? А русские националисты там вообще считают нас азиатами».
Цели СДС — переустройство, конфедерация, равноправие в разговорах с центром, моральнонравственное, а не правовое государство. «Я спрашивал у москвичей: „Ребята, сколько вы тут получаете? Какая у вас пенсия? Вы что, не знаете, откуда эти деньги?“ А посмотрите, как шахтеры живут или люди в наших деревнях. Там люди голодают, а вы эти деньги тратите, чтобы сходить в кабак! Какие же вы мне, извините, русские люди?!»
Правда, Будникову далеко до писателя-почвенника Валентина Распутина, который на Съезде народных депутатов СССР в 1989 году процитировал одиозное четверостишие: «Не осуждай сибиряка, что у него в кармане нож, ведь он на „рус- ского“ похож, как барс похож на барсука». Более того, он категорически против выделения национальности «сибиряк» и называет себя русичем. «Конечно, нас будут называть сепаратистами. Хотя мы категорически против развала России, — утверждает он. — Мы говорим так: если Московия не повернется к регионам головой, то одна голова и останется».
Одновременно с Будниковым о создании другой региональной организации объявил во всех смыслах не похожий на него человек — Евгений Митрофанов. Ему 36 лет, он практикующий юрист и глава регионального Фонда защиты прав потребителей. Митрофанов — местный Навальный, который, правда, не только ведет блог, требует у организаций предоставить финансовую отчетность и выступает за легализацию огнестрельного оружия, но и сам работает в судах. Защищает горожан, которые купили просроченное молоко, ветеранов войны, которым не дают квартиры в частную собственность, предпринимателей, которых обманывают с кредитами.
Партнеры Митрофанова — председатель правления Ассоциации обманутых дольщиков и инвесторов Александр Бакаев и художник, режиссер Артем Лоскутов, которых Будников называет врагами, глобалистами и оранжистами. Осенью они сняли документальный фильм «Нефть в обмен на ничего» о «нищенском финансировании и неполучении справедливой доли собственных доходов», из-за которого «сибирские города находятся фактически во взаимной транспортной недоступности» (цитата с официального сайта картины). А недавно решили зарегистрировать национальнокультурную автономию сибиряков «Сибирская воля». «Мы не за сепаратизм, мы за выравнивание уровня качества жизни в различных регионах, — объясняет Митрофанов. — Почему на московскую бездомную собаку тратится денег больше, чем на среднестатистического российского пенсионера в регионах?»
Цели автономии — предоставление каждому сибиряку того же пакета социальных услуг, что сейчас получает житель столицы, объединение единомышленников, которые понимают специфику региональных проблем, и повышение сибирского патриотизма. Форму автономии выбрали после заявления Дмитрия Медведева о том, что региональные партии создавать нельзя, это, мол, первый шаг к сепаратизму. «А как мы тогда представлены на федеральной карте? Где то лицо, которое вступается за наши интересы? — Митрофанов будто выступает в суде. — Вертикаль работает в одну сторону: президент назначил полпреда, назначил губернатора и транслирует нам свою волю. Депутатов Госдумы из имитационных партий мы видим, при всем уважении, месяц до выборов, а потом они и не знают, чем регион вообще живет».
«Сибирскую волю» деньгами поддерживают местные предприниматели: выходить на площади с лозунгами они считают бессмысленным, но на политику федерального центра тоже порядочно злы. Внимание правоохранительных органов к автономии — самое пристальное, уверен Митрофанов. Он со смехом рассказывает о совместном с националистами митинге «Хватит кормить Москву!», на котором было столько милиционеров и сотрудников спецслужб, что в возникновении помех при предстоящей регистрации автономии он не сомневается.
У совсем не похожих друг на друга имперца-эзотерика Будникова и светского либерала Митрофанова на удивление много общего в аргументах. Из разговоров с ними складывается такая картина: сепаратизма не существует, есть просто недовольные текущим положением дел люди. «„Сепара- тизм“ — это слово, придуманное федеральной властью, чтобы, с одной стороны, оправдать личные карьерные интересы сотрудников центра Э, — сам того не зная, соглашается Митрофанов с Будниковым. — С другой стороны, это способ нивелировать проблему: че они там хотят, да это сепаратисты всякие, чего их слушать. Главная страшилка — что сепаратисты хотят отдать край Японии или Китаю. А на деле это федеральная власть сдает земли сельхозназначения жителям стран Юго-Восточной Азии. Это Путин отдал Китаю острова Тарабаров и Большой Уссурийский. Так кто же на самом деле сепаратист?»
После десятка встреч я составляю хит-парад проблем Сибири, вызванных политикой федерального центра. Первая — это транспорт. Билет в купе на поезд Новосибирск — Москва за 7 тыс. руб. сравним с билетом на самолет до столицы. Железная дорога перегружена. Лететь за границу дешевле через Китай или Турцию, чем через российские перевалочные пункты. Например, улететь из Новосибирска в Берлин с остановкой в Стамбуле стоит 16 547 руб., а если через Москву с прилетом на следующий день — почти 20 тыс. Уже сейчас недалеко от Хабаровска в приграничном городе Фуюань достраивается китайский аэропорт, пропускная способность которого через восемь лет должна составить 157 тыс. пассажиров в год. Местные жители говорят, что, как только китайцы запустят аэропорт, крупный хабаровский аэропорт, через который проходят почти все сибирские рейсы, «схлопнется», главное будет — добраться до Пекина, откуда каждый день есть несколько рейсов почти во все крупные города мира.
Энтузиасты предлагают решать грядущий транспортный кризис использованием судов на воздушной подушке (по-сибирски «дыхолетов»). Необходима, говорят они, дыхолетная трасса по Оби, Кети, Енисею, Чуне с выходом на Братское водохранилище. Доктор экономических наук профессор Владимир Малов, один из экспертов фильма «Нефть в обмен на ничего», говорит о необходимости дублера Транссиба, который свяжет между собой северные районы: «Какие сейчас нацпроекты реализуются? Сочи! Футбол! Скоростная дорога Москва — Питер! Туда, туда все деньги. А вот еще одну параллельную Транссибу дорогу, связать север страны, создав новый широтный пояс экономического развития, РЖД не хочет. Она хочет строить в Саудовской Аравии, в Латинской Америке — это престижно. А внутри России это дорого и окупаемость, наверное, низкая. Но сразу доходов от железной дороги ждать не надо». Он приводит в пример Китай, который за те 20 лет, что в России «только говорят», построил высокогорную дорогу в Тибет, на высоте 5 тыс. метров. «Что, она окупается? Нет. Зато, когда там в 2008 году началось восстание, туда моментально перебросили войска, и все стало тихо. Территорию Китай держит».
Вторая проблема — потолок федерального законодательства, в который упираются депутаты и общественники при решении проблем на местах. Яркий тому пример — ситуация с дольщиками в Новосибирской области. В одном Новосибирске строится более 350 жилых домов, из них порядка 200 глава Ассоциации обманутых дольщиков и инвесторов Александр Бакаев относит к проблемным. Это минимум 30 тыс. пострадавших.
