чувствовали зла.
Упился в хлам.
Тебя рвало в сортире.
Мучительно придумывать стихи.
А впрочем – стойте.
Если депутата сняли,
кого другого могут и надеть.
Я позвоню.
МоБила всех сравняет.
Будь раб, церковник или дуремар.
Тверда как сталь.
Упала – и жалеет.
Танцуйте с Таней твист!!
Она – гостеприимная хозяйка.
Упала.
Палач
На вешалке
Трёхногой
Вздёрнул
Вздорный
Дождевик.
И лужи
липкие
кончаются
без скрипа
на ручке,
рукояти,
черенке.
10. Из раммсящих, недоразодранное (типа перевод с немецкого)
О, ту бист эслихь!!
О, ты ужасна!!
О, как ты ужасна!!!
Твоим лицом
опасно подтираться -
Шагреневая кожа
как наждак.
Сиреневые жилы
проступают
средь безъязыких
шрамов и рубцов.
Три сросшихся
и восемь лишних -
пальцев.
Со счёта сбился.
В голове – туман.
Бабуля,
скоролитрамваи?
Отринь её плоть.
Узри, она – совершенна.
Она бела,
выточенная мастером.
Ты прекрасна.
О, ты прекрасна!!
О, до чего ты прекрасна!!!
8.2.11.
НОВЫЙ АЛКОАЛЬБУМ БРАТЬЕВ-УТЮГОВ!!!!
ПЛАСТЕЛИН-ПАТЕФОН!!!
1. Пластелин-патефон
В зелёной штопаной рванине
Выходит в мир моя богиня.
Две жабы, но одна из нас – король.
И не сиделось нам в родном болоте.
В соизмеримой с солнцем слепоте
Стремимся улететь. Простая соль.
Висят соплями капли водопада
Над головами палачей,
Притворно покаянье -
Тем страшней.
Не переплыть нам море яда
На скорлупе ореха.
Судьбою выданы больничные пижамы -
Надеть изволь
И в строй.
А с высоты летающая жаба
Могла бы зачерпнуть озёрной синевы,
Расправить крылья -
И парить, парить!
И не следить за сводками из штаба,
И не стараться называть врагов на "Вы".
Как быть? как быть?
9.02.11.
3. ПУНКТ НЕ(ПРЕ)БЫТИЯ
Меж колёс и шлагбаумов
в небе льётся симфония.
Сингулярность прорезана
быстроногой синицею
И на память закручена
в паровозный дымок.
Мы расстались и встретились,
Много станций пропущенных,
Сотни лестниц разрушено,
Тыщи сбитых дорог.
Мы расстались и встретились,
Ты не ты, я не я,
и флажки полосатые,
Резко хлопая по ветру,
всё глядят на восток.
4. ПОХ ПОЕЗД ХАЙЛЕ СЕЛАССИЕ
(на эфиопском иврите;))
Камень на сердце
не прячьте за пазуху.
Эй, веселей, веселей!
Ударьте в ладоши,
Пляшите и пойте,
Абиссинский лев
Приведёт вас в Зион!
Они просто удачно рифмуются.
Их удобно кричать при дележе
Награбленного и громить магазины.
Свобода и равенство!
5. клейкий капкан
Пойдём ловить лиловых чебурашек
На просеку, где тропка круто в бок?
Мы сторожам об этом не расскажем,
Вреда не будет, но какой нам прок?
Поймать на удочку? и даже не надейся,
Силки из шёлка зря не расставляй.
Тебе поможет только наша песня,
Иначе попадётся яо-гай!!
Приманкою послужат мандарины,
Смотри, не слопай сразу десять штук.
Зверушки осторожны и пугливы
И не согласны брать еду из рук.
ПРИПЕВ
ОООЕЭЭ! Лиловые чебурашки!
ООЕЭЭ! Кайфовые мордашки!
Только смотри! Смотри – не спугни!
Рискуешь у них оказаться внутри!!
Они не дракот и не розовый слон,
И не пакет растворимой лапши.
Один чебурашка умён и силён,
А много – еей, завещанье пиши.
Но ловкий охотник желает всегда
С добытым трофеем вернуться домой.
И пыл не остудят его никогда
ни бивни, ни когти, ни бешеный рой.
А мы раздобыли – Е! – клейкий капкан!
И мы не герои – У! – стрелять чебурах!
Нам сфоткать их макро – И! – премию нам
Заботливо выпишут – О! – в научных кругах!!!
2. НЕОФИТ
Грустный полковник Тютюнин
Сны вытирал рукавами.
В лужах возились микробы,
Плавали брассом и кролем.
А на центральном проспекте
Запах пивной и колбас.
Я на той улице не был.
Я ведь ещё не родился.
Я за свою недалёкость
Буду рождаться икрою,
Рыбьей, солёной икрою
Молча три тысячи лет.
Мне не могло так присниться.
Не было снимков и слепков.
Просто я чую – он вышел,
Солнцем одетый и ветром,
Точно как я, недогадлив,
С шлейфом цветастых чудес.
Просто упившись моментом,
Следствий шагов не продумав,
Юный, всесильный волшебник
С хохотом падает вниз.
22.02.11
Слова любви, слова печали
Пугливым эхом отзвучали,
И мне достались, как всегда -
Луна да тёмная вода.
В огне кольчужной чешуи
Ты – пленник собственной затеи.
И, к сожаленью, обмелели,
К спасенью горные ключи.
25.02.11.
Редкие цветы
Коснись моей руки, пойдём, скорее, вниз.
Нас ждут давно, не будем неучтивы.
На выбеленном солнцем валуне
Свидетели и судьи собрались,
Их герб – зерно и жгучий лист крапивы.
Сонм мух, отъевшихся на ранах,
И богомол, и хищные стрекозы,
Расселись, в сказочной броне,
В чернёных латах, золотых сутанах,
Приняв торжественные позы.
Так малое пусть судит о большом.
Толкает выспренные речи.
Они жужжат, а не калечат,
А мы – посмотрим-поживем.
25.02.11.
Мой желтоглазый палач
Подавился вишнёвою косточкой.
В чёрных дырах весны
Созревают цветов бубенцы.
Длинноногий гонец междумирья
Ходит, ходит кругом,
Его взгляд достаёт
У колодцев-дворов
До самого донца.
Из глубин старых шахт
Поднимается терпкий дымок.
Кружева обветшалой листвы,
Как восточный мотив, монотонны.
И отправиться вспять
Норовит серебристое брюхо реки.
