синьор… минуточку… Пьетро Донати, говорит, что вы давно знакомы и просит соединить.
– Да, конечно, соедини. – Никколо пожал плечами, он не помнил никакого Пьетро Донати, но хоть от бумаг отвлечется.
– Никколо? Никколо Скарфоне?
– Pronto! Слушаю.
– Никколо, это Пьетро, помнишь меня?
– Ээээээ… – полковник лихорадочно вспоминал, кто может обращаться к нему на ты. Пьетро? Ну, не помнил он никакого Пьетро!
– Так я и знал, – из трубки послышался смех. – Ну вспоминай, когда вы с родителями жили в Генуе, ты ходил в школу, с кем ты там дружил? Потом твоего отца снова перевели, и мы потерялись.
– Madonna Santa! – все встало на свои места. Конечно, он вспомнил лучшего друга своих 10ти-11ти лет. Как же выпало из памяти? Отца часто переводили, вот и забылась Генуя, остались лишь смутные воспоминания, но оказалось, что Пьетро он хорошо помнил. У матери в Риме даже фото остались, в те годы двое мальчишек были неразлучны.
– Как ты? Где ты сейчас? Как ты меня нашел?
Пьетро снова рассмеялся:
– Давай встретимся? Я могу приехать в субботу, вспомним старые времена, поговорим.
– Ты ведь не просто так меня нашел?
– Не просто так, признаюсь, как ты понимаешь, просто так спустя тридцать лет не находят. Я все объясню.
Казалось, не было последних тридцати лет, Никколо сразу узнал худенького светловолосого мальчишку в элегантном, дорого одетом джентльмене – gentiluomo. Они обнялись, долго хлопали друг друга по плечам и восклицали, прежде чем устроились за столиком внутри ресторана, в таком пекле на открытом воздухе сидеть было невозможно.
– А помнишь, как мы написали на постаменте памятника Колумбу «закрой Америку обратно»?
– А твой отец нас потом вызволял из полиции.
– Да уж, досталось нам по полной. Отец потом неделю со мной не разговаривал.
– Ладно, не разговаривал, меня вообще выпорол!
– Иногда лучше выпороть, чем не разговаривать.
Они подняли бокалы:
– Salute!
Пьетро пошел по стопам отца, закончил миланский университет и жил семейную традицию банковского дела, дослужился до вице-президента лигурийского отделения банка Интеза Сан Паоло. В отличии от полковника он был женат и с гордостью показывал фото близнецов как раз в том возрасте, что Никколо и Пьетро во времена их дружбы.
– А ты? Жена, дети?
– Был женат, но не долго, детей нет. Сейчас я живу один, но я не свободен.
– Нико, я давно слежу за твоими профессиональными успехами, газеты
пишут, что ты самый одаренный следователь в Arma dei carabinieri.
– Сам знаешь, как верить газетам. Преувеличивают.
– Не скромничай. Я читал, как ты поймал серийного убийцу, только заступив на должность в Равенне, а про трюфельные аферы, раскрытые с твоим участием, не писал только ленивый. А вино! История старинного вина обошла все газеты, я слышал, даже сериал собираются снимать.
– Ой, брось. – махнул рукой полковник, – lascia stare.
– Я приехал не просто так. Нет, я ужасно рад тебя видеть, и мы давно должны были встретиться, хотя бы созвониться, шутка ли, потеряться на тридцать лет! Но я приехал с просьбой.
– Я весь внимание. Dimmi pure.
– У моей жены была тетка, вернее, двоюродная бабушка, то есть она какая-то там кузина бабушки моей жены. Сам запутался в родственных связях, мы всегда говорили о ней, как о zia – тете. Пока были живы мои тесть с тещей, отношений они не поддерживали, но потом Лаура, моя жена, разыскала тетку и навещала ее пару раз в месяц. Две недели назад она обнаружила старушку задушенной в ее собственной квартире.
– Нашли того, кто это сделал?
– Поэтому я к тебе и приехал. У карабинеров нет ни одной зацепки. Вообще ни одной! Тетка ни с кем не конфликтовала, близких родственников у нее нет. квартира перейдет по наследству самому близкому родственнику – моей жене.
– Боюсь, я мало чем смогу помочь. Это компетенция карабинеров Лигурии и я не вправе вмешиваться в их работу.
– Я думаю, что смогу решить этот вопрос. Главное, получить твое согласие. А жить ты можешь у меня, места много! У нас вилла в Нерви, и в Лигурии сейчас комфортно, море смягчает жару.
Идея казалась заманчивой, но Никколо представил, как отнесутся к нему лигурийские коллеги: приехал выскочка учить их работать.
– Жить я буду в отеле, и скорее всего приеду не один. С моей compagna.
– Так ты согласен? – обрадовался друг детства. – Здорово! Я вернусь и сразу буду решать вопрос о твоем допуске к делу.
* * *
Саша долго сидела и смотрела на телефон. Надо звонить Никколо, но так не хочется! Она представляла себе, что услышит от карабинера. Они наверняка поссорятся… Но идея казалась такой заманчивой, ведь она никуда не полезет, она просто погуляет, посмотрит вокруг, поговорит с людьми… в общем, как всегда. А потом Никколо уйдет в отпуск и присоединится к ней. Но вот как его уговорить, чтоб не ругался? Так не хочется ссориться!
Все хвосты по работе она подобрала, осталось написать два исковых заявления и один отзыв на апелляционную жалобу. Хотя в России не было итальянской традиции отпуска после Феррагосто – Успения, но большинство старалось уйти в отпуск именно в августе. Работы почти не было, никто не хотел судиться, не требовал срочно писать иски и жалобы, так что вполне можно было уехать в Италию. Завтра уже сентябрь, но пока все раскачаются, пока войдут в рабочий ритм… и вообще, она уже год без отпуска! А через пару недель Никколо освободится и приедет к ней. Если… если они сейчас не поругаются.
Саша набрала в грудь побольше воздуха, выдохнула и решительно взялась за телефон.
Аппарат словно ждал этого момента и зазвонил в руке. Увидев, кто звонит, Саша замерла, и вся ее решимость сразу растаяла.
– Ciao, Nico, cоme stai? Я должна тебе кое-что сказать, как раз собиралась звонить.
– Я должен тебе кое-что сказать, – одновременно с девушкой произнес карабинер, и оба рассмеялись.
– Ты первый.
– Нет, ты.
– Ты же позвонил первый, вот и начинай.
– Саша! – Полковник единственный из итальянских знакомых называл ее этим кратким именем, для всех остальных она была Алессандра. Ах, нет, один человек звал ее Аликс, но это было давно и вообще уже забыто. – У меня появилась возможность съездить в Лигурию, это наполовину работа, наполовину отпуск и я хотел…
– Куда? – заорала Саша так, что полковник даже убрал трубку подальше от уха.
– В Лигурию, а что ты так удивилась?
– Нет, ты рассказывай, почему в Лигурию?
– В Генуе была убита тетка жены моего друга детства. Пока никаких зацепок у следствия нет, и друг просит моей помощи. Неофициально.
