— Она тебя заждалась, — Тоня без стеснения пожирает его глазами.
— Королева моего сердца, надеюсь, тебе нравиться праздник? — обнимает меня за талию.
— Очень, — киваю, улыбаюсь. Стараюсь не шевелиться. — И за подарок спасибо, — дотрагиваюсь пальцами до колье. — Не стоило так тратиться.
— Что деньги в сравнении с тобой! Ты достойна всех сокровищ мира.
Девушки ахают. Гости подходят ближе и заворожено слушают.
— Замечательный праздник, — стараюсь говорить приветливо.
— Пойдем со мной, — берет меня за руку, переплетает наши пальцы. — Уединимся ненадолго, поболтаем, — поворачивается к гостям. — Прошу прощения, любовь… вы понимаете…
В спину мне утыкаются больше двадцати завистливых взглядов. Чувствую их все. Спотыкаюсь. Ноги плохо слушаются. Муж тут же меня придерживает.
— Осторожней, ненаглядная.
Мы выходим из праздничного зала. Проходим роскошными старинными коридорами особняка, входим в его кабинет. Муж закрывает двери.
Мгновенно прижимает меня к стене. В нос ударяет запах древесины. Его неизменный парфюм.
— Ты кто?
— Никто, — отвечаю заученно. Этот вопрос я слышу раз по десять на день.
— Я кто?
— Ты дал мне все. Вытащил из болота. Ты мой спаситель, — отвечаю не задумываясь. Медлить нельзя.
— Так какого глядя на твою физиономию тошно становится? Думаешь, я не вижу? Что ж ты за существо такое неблагодарное, Каринааа! — мое имя звучит как зов из потустороннего мира.
— Спасибо за все, — отвечаю голосом робота.
— Плохо. Очень плохо, — хватает меня за шею.
— Ой… — вжимаюсь в стену. — Осторожней… там…
— Синяк. Ты упала с лестницы. Деревенщина неотесанная, — проводит холодными пальцами по моей щеке.
— Прости. Я неуклюжая, — мгновенно соглашаюсь.
— Учись ценить своего спасителя. Соответствуй статусу. С днем рождения, женушка, — двумя пальцами оттягивает вниз мою губу. — Не разочаруй меня сегодня.
— Спасибо за праздник, — выскальзываю из его ослабевшей хватки. — Буду очень стараться.
Выбегаю. Закрываю дверь. Тяжело дышу, словно пробежала несколько километров.
Захожу в туалет. Умываюсь холодной водой. Перед зеркалом пробую приклеить к лицу максимально правдоподобную улыбку.
Возвращаюсь в зал. Едва переступаю порог. Кожу с правой стороны обжигает. Удар тока. Оборачиваюсь. У противоположного входа стоит мужчина. Я не знаю его…
Сердце начинает неистово биться, воздух искрит, а я сгораю в непонятном черном огне. Эти глаза, угольные, бездонные, пугающие. Кажется… я где-то их видела раньше…
Глава 3
Я ослепла. В прямом смысле слова. Его мрачная красота режет по глазам. Больно смотреть, но и отвести взгляд невозможно.
Мы находимся на довольно приличном расстоянии друг от друга. Только все присутствующие исчезли. Ощущаю магию его невероятных глаз даже на расстоянии. Они обвивают терновым колючками, впиваются в кожу, проникают внутрь, и мне нравится эта странная боль от его взгляда. Пылающий уголь, раскаленный и безжалостный и мне хочется шагнуть в этот ад, закутаться в пламя, сгореть.
Так не бывает! Он слишком совершенен. Безумно опасен. Даже через расстояние ощущаю хищную, безжалостную натуру. Мне надо бежать. Затеряться в толпе и больше никогда не попадаться ему на глаза. Так подсказывает инстинкт самосохранения, а темная сила толкает меня вперед.
Шаг. Еще шаг. Я иду к своей погибели и чувствую радостную эйфорию.
Он идет ко мне. В черных джинсах, высоких ботинках, кожаной куртке-косухе. Он не вписывается в этот лживый светский праздник, он из другого мира. Там царит тьма. И сейчас она окутывает его таинственным облаком. Меня будто околдовали, подчинили, поработили, явственно ощущаю плен. Не хочу освобождаться.
Продолжаю идти к нему навстречу. Чем я думаю? Не думаю, я во власти неподконтрольных, странных инстинктов. Жертва, которая сама идет в лапы к хищнику.
Мы останавливаемся друг напротив друга. У него абсолютно черные глаза, обрамленные невероятно длинными и густыми ресницами, только если присмотреться видно красно-золотые всполохи. Жуткая картина… кровь… золото… врата в потусторонний, демонический мир.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Он вызывает странные эмоции. Очень противоречивые. Незабываемые. Хочется попробовать их все. И все равно, какой будет расплата.
И самое странное… меня не покидает ощущение, что я уже видела эту картину ранее. Я уже шагала в бездну его глаз, тонула там, задыхалась от боли и дивной остроты чувств.
Так не бывает! Что со мной? Он становится рядом со мной, обдает своим запахом хищника, горьким, свежим, нереальным. Такое ощущение, что я ждала именно этот запах, чтобы начать снова дышать.
— Привет, — слегка склоняет голову набок.
А меня ведет. Качает из стороны в сторону. Он что гипнотизер? Низкий голос звучит, как шаманская мелодия.
Ничего не могу ответить. Судорожно облизываю губы и киваю. Пальцы сводит судорогой, от нестерпимого желания взять его за руку.
Изгиб губ — это искушение. Он улыбается, и в то же время смотрит серьезно, прожигает меня насквозь. Губы жесткие, властные и при этом они шелковистые и требовательные. Почему я в этом уверена?
Что я творю на глазах у гостей? Пытаюсь вернуться на землю. Нет… мне не хватит воли. Непонятный соблазн, странный мужчина… они ведут меня по дороге искушений к собственной погибели. Но ни за что я не сверну. Хоть потом и пожалею. Жестоко расплачусь за свою слабость.
— Паршивый праздник, — делает еще шаг. Он непозволительно близко.
Волосы цвета воронова крыла переливаются россыпью бриллиантов в свете ламп… У него немного удлиненная стрижка, челка падает на высокий лоб. Жадно рассматриваю черты лица мужчины. Таких не бывает! Он слишком красив. Слишком совершенен. Наверно так выглядит настоящий искуситель, тот змей, ради которого можно отказаться от рая.
— Согласна, — улыбаюсь. И впервые за много лет — это идет от сердца.
— Прогуляемся, Василиса? — в угольных глазах вспыхивает яркое пламя. Бархатный голос щекочет потаенные закоулки души.
— Карина… — едва шевелю губами. Слишком сильна горечь на языке. — Вы обознались.
Он наклоняется ко мне и шепчет на ухо, сладко протягивая каждую букву:
— В…А…С…И…Л…И…С…А…
Звуки его голоса попадают в кровь. Он клеймит меня чужим именем, и я позволяю ему это делать.
— Я тебя нашла! — гипнотический транс разрывает Маруся. Она подбегает и обнимает меня за ногу.
— Моя ж ты хорошая! — целую кроху в обе щеки. — Как погуляли?
— Скучно! Я тут хочу быть! Хочу танцевать!
— Маруся, это праздник для взрослых. А у тебя потом будет свой. Папа же обещал, — глажу ее по голове.
— Простите, Карина. Мы уже уходим. Просто Маруся очень хотела вас увидеть, — к нам подходит няня. Ее глаза распахиваются, ноздри раздуваются, едва она замечает моего собеседника.
— Все нормально, — киваю.
— Твоя дочь? — спрашивает мужчина, когда Маруся с няней уходят.
— Моего мужа. У меня нет детей…
Глава 4
— Пошли, — берет меня за руку.
Если до этого я еще могла думать, то сейчас все. Ожог… клеймо… метка… нет не руки… души. Так чтобы я никогда не забыла, никогда не вытравила. Ничем не смыла.
Так не бывает!
Безропотно иду за ним. Под взгляды гостей. Есть ли мне дело до их осуждающего шепота? Нет. Мне все равно.
Главное, чтобы этот странный мужчина больше никогда не выпускал мою руку. Он водит пальцами по моей ладони. Идет нарочито медленно, грациозно, каждое движение плавное и пропитано необычайной силой. Его аура пленит, некая потусторонняя сила исходит изнутри, играет на потаенных струнах моего сердца.
— Как вас зовут? — что с моим голосом? Во рту пересохло, губы едва шевелятся, а звуки идут от сердца, царапают горло.
Он уводит меня за кусты, в самый отдаленный уголок сада.
Откуда он знает про это место? Сейчас темно и его не так просто найти.
Мысль тут же обрывается. Темнота ему к лицу, она добавляет таинственности и пробуждает нечто неуловимое во мне. То, что я чувствую, но никак не могу ухватиться за суть. Ощущение, что упускаю нечто невероятно важное.
