Жертвы. Сейчас всем известно, что в 1937-м Коба расстрелял сорок тысяч офицеров, генералов, адмиралов и маршалов, но мало кто знает, что тогда же были расстреляны и тысячи ученых-лингвистов. Так вот, если 40 тысяч здоровенных, вооруженных, молодых и крепких мужчин покорно подставляли свой затылок так, чтобы энкаведисту было удобнее всадить туда пулю из нагана, и ни один из этих военных в последний момент не применил свое оружие, то скажите, что тогда можно требовать от старых, слабых и невооруженных очкариков, ученых-лингвистов? Вот, всех их тогда и расстреляли!
А если кому и повезло, и он выжил в 1937-м, то он умер потом, в Гулаге, в 40-50-х, как это и случилось, например, с автором «Морского словаря» адмиралом Самойловым К. И. (1896–1951). Словарь Самойлова был издан в 1940-м, в Москве, а сам адмирал умер, как и положено, в 1951-м, в Гулаге. Вероятно, от голода. С другими лингвистами тогда все тоже было в строгой пропорции, вы не подумайте, там все было справедливо: военных тогда расстреляли 40 тысяч человек, а лингвистов – всего лишь около четырех тысяч, так ведь, их и было-то в 10 раз меньше. И что ж вы хотите? У нас, как известно, ни за что не расстреливают и ни за что не убивают голодом!
Имена убитых лингвистов. Вот только несколько, ну, совсем чуть-чуть, имен самых известных русских лингвистов академического уровня, убитых в те годы: Дурново, Ильинский, Карский, Самойлович, Сперанский, Церетели, Сияк, Поливанов, Невский… Но таких, убитых академиков, были тогда десятки! Прошу извинить, но я не могу всех их здесь назвать поименно, ведь это – только предисловие, здесь объем совсем ограниченный. Однако, надо учитывать, что каждый из них возглавлял свою контрреволюционную группу с десятками соучастников, и каждый из них шпионил в пользу нескольких государств, и у каждого из них были свои научные школы со множеством учеников, и у всех у них были семьи, были родственники, и все они тоже ушли туда… Вот так и наберутся все те тысячи убитых лингвистов, вот так и наберутся все те десятки миллионов безвинно убитых в годы страшного террора…
Уцелевшие. Погибли тогда, конечно же, не все лингвисты, кое-кто и уцелел, но все эти уцелевшие этимологи до сих пор парализованы смертельным страхом, а наука этимология и тогда была смертельно опасным занятием, даже более опасным, чем профессия минера, такой она и остается сегодня, поэтому и сейчас самым хлебным и безопасным занятием является изучение только новгородских берестяных грамот.
А нам о тех временах сейчас напоминает песня бывшего сидельца Ю. Алешковского, прозаика и поэта: – «Товарищ Сталин, вы большой ученый, в языкознании познавший толк, а я – простой советский заключенный, и мне товарищ – серый брянский волк!». Вот, осталась только эта песня да научные книги Почетного Академика Сталина (официальный титул, присвоенный в РАН), среди которых самой известной была книга под названием «Марксизм и вопросы языкознания», изданная в 1952-м. Там было много умных мыслей, поэтому и превратилась тогда этимология в это зачищенное, пустое, вытоптанное и безжизненное поле, такой она остается и сегодня; поэтому этимологией сейчас занимаются только два технаря – электронщик Игорь Гаршин и я – судоводитель Николай Ткаченко. Только два инженера и ни одного профессионального лингвиста!
Сравнительно-исторический анализ. Конечно же, не все западные ученые были такими, какими мы их описываем выше, были среди них и другие ученые, которые, изучив тонны этих первоисточников, задумались потом над вопросом – а что было до того? Эти ребята изучили все известные индоевропейские языки и пришли к выводу, что можно, все-таки, восстановить и тот язык, которым говорили наши предки миллионы лет назад, до появления письменности. Этим, среди прочих, занимались и русские ученые Иллич-Свитыч, Долгопольский, Старостин, которые, к сожалению, уже умерли. Так и появился этот метод сравнительно-исторического языкознания, и по этому методу работали все те, в основном, немецкие ученые, которые за последние 300 лет опубликовали десятки своих словарей.
Юлиус Покорный. И вот, уже в 20-м веке, появляется один такой ученый по имени Юлиус Покорный (1887, Прага – 1970, Цюрих). В Википедии о Ю. Покорном и о других ученых-лингвистах вы найдете многое, а здесь я скажу только самое важное: Ю. Покорный собрал почти всё, сделанное в этимологи до него, так он составил свой «Индоевропейский этимологический словарь» и в 1959-м, в Швейцарии, опубликовал его. Там четыре тома, 2222 ИЕ корня, причем, каждый ИЕ корень под своим индивидуальным номером, и 1183 страницы. Словарь этот охватывает последние 15–20 тысяч лет нашей истории, нашей жизни.
Так вот, Ю. Покорный в этом деле – главный, а мой «Русско-индоевропейский морской этимологический словарь» базируется на основе словаря Ю. Покорного. Я не занимаюсь наукой, я не знаю все те индоевропейские языки, которых сейчас насчитывается около 250, я не читал все те горы первоисточников, но моего опыта хватает для того, чтобы к каждому морскому термину, взятому из словаря адмирала К. И. Самойлова, найти в словаре Ю. Покорного соответствующий ИЕ корень, от которого и произошел данный морской термин. Вот и вся моя работа. Ничего сложного, но этого в мире пока никто, к сожалению, не делал. А словарь Ю. Покорного сейчас в РФ никто и не замечает, никто на него не ссылается. На сайтах в Интернете этот словарь есть, но в РФ такого словаря, как бы, и нет!
Сейчас страной правит православие, сегодня половина русских людей истинно верит в Бога и в непорочное зачатие, поэтому словарь Ю. Покорного тут просто не к месту. Ведь в том словаре сплошной дарвинизм, но, как сказал кто-то умный, одной и той же головой нельзя и мыслить, и верить. Или то, или другое. «Блажен, кто верует – тепло ему на свете»,
Великая Тартария. Недавно из сети я узнал, что, оказывается, люди прилетели из космоса, а на территории нынешней Евразии в течение 110 тысяч лет располагалась огромная страна, которая называлась Великая Тартария, и населена она была, естественно, русскими. А других стран-то и не было. Вот, подумал я, теперь ясно, почему Россия сейчас ползет в тартарары. Ну, так говорят православные, но не Ч. Дарвин.
Другие этимологические словари. Немец Коблер создал свой, более полный, немецко-индоевропейский этимологический словарь (6688 лексем) на базе словаря Ю. Покорного, и так же создал свой словарь американец Уоткинс. В Википедии о них я ничего не нашел, но Игорь Гаршин опубликовал на своем сайте все три эти словаря, и в удобном для пользования виде. А я всем этим воспользовался и на базе этих трех словарей и создаю свой «Русско – индоевропейский морской этимологический словарь». Но, при этом, я использую также и «Электронный этимологический словарь нидерландского языка», он очень основательный, он размещен в сети и удобен для пользования. В этом словаре по каждому термину дается мнение всех этимологов голл. языка, а таковых там набирается около десяти человек. Там дается этимология каждого голл. слова, но, к сожалению, тоже только за последнюю тысячу лет. Однако, авторы там часто указывают, где, в какой теме искать тот или иной индоевропейский корень, от которого произошло соотв. голл. слово. А после этого найти этот корень совсем несложно, и это – большая помощь; я им очень признателен.
Морские словари. Из морских словарей главным для меня, конечно, является словарь адмирала К. И. Самойлова, о котором вы уже знаете. Кроме того, ученый Сморгонский И. К. тоже составил свой этимологический морской словарь, который был издан в 1936-м году под названием «Краткий объяснительный словарь кораблестроительных и некоторых морских терминов нерусского происхождения». Там есть многие морские термины, которые в 17-м – начале 18-го вв. были заимствованы в голл. языке. Словарь этот очень полезен, но только тому, кто занимается историей морских слов в течение последней тысячи лет. О более ранней этимологии там тоже ничего нет. А меня интересует как раз то, чего нет в словаре И. К. Сморгонского.
Еще тут можно кратко упомянуть «Этимологический словарь русского языка»; это – четырехтомник, и его составителем является, естественно, тоже немец, по имени Макс Фасмер. Словарь этот создавался в 1945-м, под американскими бомбами, а в 70-х годах он был издан в СССР; сейчас он в РФ очень популярен, но только потому, что по этимологии русского языка ничего другого и нет. Труд этот, несмотря на название, тоже почти не этимологический. Мне он помогает мало, так как он рассматривает этимологию только за последнюю тысячу лет, причем там все запутано, так как автор часто пользуется неправильным методом.
Данный словарь. Когда я ознакомился со словарем Ю. Покорного, то понял, что на его базе можно составить свой «Русско-индоевропейский морской этимологический словарь», которого никто в РФ, и, естественно, никто в мире пока еще не делал, и который вы сейчас видите перед собой. Подчеркиваю, что без словаря Ю. Покорного никогда не был бы составлен и данный словарь. Но в своем словаре я стараюсь зайти в глубь веков дальше, чем Ю. Покорный; в моем словаре дается история каждого слова не за последние 15–20 тысяч лет, но, по возможности, в нем дана жизнь каждого слова с самого начала, с первобытного языка, начиная с доиндоевропейских времен и заканчивая современным морским термином.
