— Дарья Васильевна, это вас… там что-то случилось… — Аня протягивала трубку, испуганно глядя на меня.
Взволнованный голос, принадлежащий прорабу с Восточной, сообщил, что на стройке произошел несчастный случай: рабочий упал в котлован, об этом, невесть откуда, узнали телевизионщики, и требуется присутствие начальства на объекте. О, черт, догнать и заколоть на месте! Я отчитала прораба, забыв спросить, насколько несчастным был случай. Делать было нечего: Суриков уехал домой, главный инженер укатил на загородный объект, и я, ругаясь и моля, чтобы случай не оказался фатальным, прихватила инженера по технике безопасности, смущенную девицу — недавнюю выпускницу вуза и мою родственницу, троюродную сестру по отцу, Риту, Маргариту Николаевну. Мы загрузились в служебный Форд, и Дима помчал нас, ловко объезжая одному ему ведомыми путями пробкоопасные улицы.
Первыми, кого я увидела, вылезая из машины, были оператор с камерой на плече и девушка-репортер с микрофоном в руках. Какой же доброжелатель сообщил на телевидение? Я хлопнула дверцей и, не оглядываясь на Риту и игнорируя представителей СМИ, направилась к прорабу, который уже спешил навстречу. Девица с микрофоном бросилась наперерез, выкрикивая: «Кажется, на место происшествия приехали представители строительной компании! Кто виноват…», — микрофон с кубом-набалдашником, украшенным надписью «Городские новости» противно замаячил перед глазами.
— Уйдите, мадам, — сквозь зубы процедила я, отводя куб в сторону.
Она отшатнулась и заявила в микрофон, что представитель строительной компании от комментариев отказывается.
— Дарья Васильевна… — начал прораб.
— Кто вызвал сюда репортеров? Какого черта? Что произошло? — оборвала я его. — Вы понимаете, к чему все это приведет? Какие последствия? — добавила тише. — Исход?..
— Да кто их знает, кто вызвал! Все одно к одному. Жив этот узбек, спасли его, — махнул рукой прораб.
— Какой узбек?
— Узбек из бригады узбеков.
Оказалось, что двое рабочих несли носилки с раствором и, проходя по дощатому мосту, перекинутому над котлованом, один из них, вышеупомянутый узбек, оступился, выронил носилки и свалился в котлован, прямо на свежеуложенный бетон, чуть не утащив следом своего напарника. Напарник, не растерявшись, быстро спустился вниз и вытащил несчастного, живого и почти здорового, не считая сломанной руки и прочих ушибов. Пострадавшего уже увезли на скорой.
За спиной маячили фигуры репортеров. Напрасно я подставилась, сглупив и нагрубив им. Все это последствия неудачно начавшегося в метро дня. Теперь завтра, а то и сегодня, я появлюсь в «Городских новостях» в роли подозреваемого в криминале руководителя, прикрывающего пятерней объективный объектив камеры, пытаясь утаить от корреспондентов страшную правду.
— Так, — обратилась я к репортерше. — Я дам интервью. Подождите пару минут, чтобы сориентироваться в обстановке.
«Узнаю, какой гад позвонил телевизионщикам, ему не жить!»
Девица заулыбалась, радостно кивнула и что-то крикнула оператору, а я отправила растерянную Риту выяснять подробности и собирать объяснительные.
Мы встали около ограждения котлована, благо, что дождь, что лил с утра, наконец-то прекратился, и стало сравнительно тепло. Заурчала вновь запущенная бетономешалка, рабочие разбирали настил-мостик, с которого упал пострадавший.
— Этот вопиющий случай будет поставлен на контроль, расследован и проанализирован так, чтобы впредь, насколько возможно, исключить вероятность повторения несоблюдения нашими работниками правил техники безопасности, которые пишутся не для того чтобы ими пренебрегать, но потому, что за каждым правилом, возможно, стоит чья-то жизнь… — сказала я в микрофон, стараясь, чтобы голос звучал как можно жестче и уверенней.
Подошла Рита в сопровождении мужчины в каске и заляпанной бетоном робе.
— Вот, спаситель, Лудовин, чернорабочий…
— Здравствуйте, — сказал тот.
«И зачем она его сюда притащила? Он хоть пару слов может связать между собой? Или брякнет что-нибудь неуместное!», — подумала я и перешла в наступление.
— Вы должны написать объяснительную записку, — я старалась не смотреть в сторону черного жерла камеры. — Вы напишите подробную объяснительную записку и принесете ее мне, лично… Маргарита Николаевна, возьмите на контроль. Мы разберемся и примем все возможные меры…
Еще минут десять я тошнотворно рассуждала на темы правил техники безопасности, контроль за соблюдением которых ведется у нас на каждом объекте, и в конце своего блистательного интервью, взглянув туда, где стояли Маргарита с чернорабочим, чью фамилию я уже успела позабыть, с удовлетворением отметила, что герой дня испарился со своего места.
Вечером Дима забросил меня в автомастерскую, и я забрала свою любимую малютку «Пежо», явно переплатив за ремонт. По дороге домой вспомнила, что нужно купить мобильник, поскольку мой, пострадавший от неловкости Доры телефон так и не подал признаков жизни. Едва вставила симку в новое навороченное приобретение, как меня настиг звонок Федора, возмущенного молчанием моего средства связи. «Ты в порядке, дорогая?» — спросил он. Отрезала, что есть небольшие проблемы, которые не намерена сейчас обсуждать, а организм требует релаксации. «Целую, дорогая, завтра увидимся», — сказал Федор. «Увидимся, дорогой», — ответствовала я, нажимая на красную кнопку отбоя. Разговор навел на мысль, что я уже пару недель как не была в спортзале. Заехав домой и захватив снаряжение, я решительно направилась в свой, давно насиженный фитнес-центр расслабляться и восстанавливать несколько утраченную в борьбе с жизненными неурядицами форму. Я потела на тренажере, задыхаясь и мучаясь от боли в спине, но зато все неприятности и тревоги дня отступили, остались лишь нагруженные мышцы, усталость и пот, словно меня живьем палили на тысяче огней. Потом я долго стояла под душем, наслаждаясь усталостью и болью во всем теле. Домой вернулась поздно и, войдя на кухню, где на диванчике перед телевизором, аппетитно поглощая глянцево-коричневое буше, восседала встрепенувшаяся при моем появлении Дора, поняла, что немыслимо голодна, потому что поесть мне так и не удалось.
Все утро следующего дня я проторчала в пробке, совмещая неприятное с бесполезным: листала юридический справочник и думала о том, что поездки в общественном транспорте имеют при явных недостатках реальные преимущества.
Кое-как с опозданием добравшись на работу, попросила Аню сварить кофе и с места в карьер вступила в конфликт с замом Суриковым по поводу тендера на строительство моста в области. Тендер этот мы каким-то чудом выиграли, упирая на квалифицированные кадры и наличие многолетнего опыта подобного строительства, но, в действительности, сооружением мостов не занимались уже давно. Кроме того, проект этот носил скорее социальный, чем коммерческий характер и по большей части финансировался из областного бюджета. Суриков был изначально против участия в тендере и теперь при любом удобном случае высказывал свое недовольство и аргументы против. Именно это он и не замедлил сделать, заявившись прямо с утра и, видимо, дополнительно лелея мысль отомстить мне за вчерашний наезд.
