моей? И если да, то где? Неужели я снова прав, и вся его религия — это часть плана Золотовой? А сколько вообще нас осталось?
Братья, если они, конечно, ещё живы, но я что-то не замечал за ними подобных способностей. Хотя в то время я даже не подозревал, что кто-то ещё может владеть ими. Золотова, но с ней и так всё было понятно. Смерть Голована и отчима я видел лично, Протасов тоже погиб прямо у входа в убежище.
Если я правильно помню, то вполне могут остаться в живых Демидов, Некрасов и Филатов. Вопрос в том — с Золотовой они или сами по себе? Я всё же склоняюсь к тому, что они с ней — слишком значимы их профессии в наших условиях. Демидов всю жизнь занимается энергетикой, Филатов не вылезает из институтов, всячески тратя время и силы на науку и поиск новых технологий, а Некрасов посвятил свою жизнь войне, оружию и всему, что с этим связано. На её месте, я бы не стал выбрасывать таких спецов, тем более после гибели мира.
— Глеб Николаевич, — выбил меня из размышлений голос доктора, — с Викторией Сергеевной всё в порядке. Небольшое истощение, но на фоне протекающей болезни это нормально. Похоже, ваша кровь способна творить чудеса?
— Ничего необычного не заметили?
— Анатолий Саныч рассказал о случившемся, но для ответа необходимо произвести лабораторные исследования, — пожал он плечами. — Вот так, навскидку, я вам ничего не скажу.
— Что-то ещё? — я заметил, что доктор мнётся и чего-то недоговаривает.
— Ну и кажется… Можно вас поздравить, — натянуто улыбнулся тот. — Нужно будет произвести дополнительный осмотр, но судя по всему, Виктория Сергеевна ждёт ребёнка.
— Что⁈ — в один голос заявили мы с ней.
— Да вы не переживайте, срок ещё очень малый, можно без лишних проблем сделать…
— Я тебе сейчас сделаю! — пригрозил я ему кулаком, прекрасно понимая, к чему он клонит.
— Ой, — прикрыла рот ладошкой Вика. — А я-то всё думаю, почему меня от запаха лука третью неделю воротит.
— Поздравляю, — хмыкнул с пола Толя, который, похоже, пришёл в себя, но всё ещё поглаживал руку. — Очень всё вовремя.
— Ну, как я сказал, срок ещё небольшой…
— Ещё раз это повторишь, и я тебя пну, — теперь уже пригрозила Вика.
— Пожалуй, я лучше пойду, от греха подальше, — доктор улыбнулся и поднялся со стула. — И, Глеб Николаевич, мне бы немного вашей крови на анализы. Может быть, нам удастся выделить антитела и помочь остальным.
— Насколько я знаю, больные и без того идут на поправку, разве нет? — взглянул я на него.
— В целом да, но подстраховаться не мешает, — смутился тот. — Сами понимаете.
— Ладно, давай, кровопийца, — усмехнулся я и принялся закатывать рукав.
Доктор выудил из сумки шприц и уже через минуту убрал его обратно, заполненный моей кровью. После чего попросил Вику зайти к нему, как только она почувствует себя лучше и оставил нас втроём.
— Будете рожать? — Толя задал вопрос, на который мы в принципе и так уже ответили.
— Конечно, и это не обсуждается, — уверенно кивнул я.
— В нашей ситуации?
— Именно, Толя.
— Ты, может, забыл, что в нашу сторону движется армия?
— Нет, не забыл, — покачал я головой. — И, кстати, об этом. Твои люди наверняка ещё не успели свалить далеко. Пусть подожгут Пермь.
— В смысле? — выпучил глаза тот.
— В прямом, Толя, в прямом, — подтвердил я свои слова кивком. — Город к их приходу, должен полыхать. Они справятся?
— А как же Петрович и его люди?
— У нас что, мало брошенных городов в округе? Шевелись, Толь, там ведь в основном кирпич и бетон, а он, как известно, не горит.
— Зато мебель с занавесками хорошо полыхают, — усмехнулся в ответ тот и выхватил рацию: — Берлога Медведю, приём.
— И да, ещё пусть один останется, бомжом там прикинется, не знаю — короче, нужно подсадить к ним человека и выяснить кто они и откуда.
— Ты же понимаешь, что это может стать дорогой в один конец? — серьёзно взглянул на меня Толя.
— Да, — кивнул я, — но там десять тысяч потенциальных врагов, а у нас половина боеспособных людей в лазарете.
— Принял, — отозвался тот и снова затараторил в рацию.
* * *
До самого вечера ничего особенного не произошло. Типичные бытовые вопросы, ужин, затем совещание, на котором я и озвучил грядущие проблемы, со стороны Перми.
Как и ожидалось, новость тут же породила споры, перешедшие в сплошной гул. А я терпеливо ждал, пока все наговорятся и наконец начнут высказывать хоть какие предложения.
В итоге выслушал всех, даже Митяя, после чего вытолкал их за дверь, оставив лишь Толю. Помимо этой проблемы, у нас было ещё много, о чём поговорить. И самой наболевшей темой в последнее время всё ещё оставался загадочный Хизмэй.
— Ну, что удалось выяснить? — как только закрылась дверь за Митяем, набросился я с вопросами на начальника СБ.
— Короче, Потный специально посетил сегодняшнюю службу, — как всегда, издалека начал тот. — А теперь лежит под капельницей?
— Не понял? — сделал я удивлённое лицо.
— Ты не поверишь, — перешёл тот на заговорщицкий шёпот и даже навалился на стол, чтобы быть ближе. — Этот ублюдок окуривает приход опием прямо в самом начале службы.
— Ты это серьёзно сейчас? — даже засомневался я от такой наглости. — Вот прямо так у нас под самым носом? Где он его взял?
— Возможно, там, откуда сам вылез, — сделал предположение тот, — но это факт, Саня точно знает, о чём говорит, не раз в рейдах на притоны бывал. Эффект от такого, конечно, не сильный, но всё же имеется, потому люди и спешат на каждую службу, чтобы расслабиться.
— Подожди, а сам? Как он сам от этого защищается? Насколько я знаю, вдыхать такой дым для всех «одинаково полезно», — задал я вполне резонный вопрос. — Или он тоже кайфует?
— Тут я тебе не помощник, — пожал плечами Толя. — Может, какие блокираторы использует, наверняка же есть в медицине что-то подобное, или ещё как? А может и сам вместе с остальными балдеет.
— Нет, это вряд ли, — задумчиво высказался я. — У него по три-четыре службы подряд, и они плавно перетекают в вечерние. Нет, Толя, он бы уже к концу третьей слюни на рясу пускал и глупо улыбался. Но ты прав, проверить его мы не можем, разве что как-то добровольно заставить.
— Пха-х, ну да, — усмехнулся он. — Можно отравить попытаться — как миленький в лазарет прибежит.
— Ладно, это всё детали, — отмахнулся я. — Нужно срочно что-то с ним делать, иначе скоро весь город плотно присядет на культ Инай. Чего доброго, ещё ломки начнутся.
— Я считаю, самый лучший вариант — дождаться нападения на нас и под шумок убрать ублюдка, — предложил вполне дельный вариант тот. — Заодно спровоцируем праведный гнев толпы и направим его в сторону противника.
— Слушай, а мне нравится ход твоих мыслей, — немного подумав, согласился я. — Бери в разработку. Только давай осторожно, не нравится он мне, слишком уж не простой товарищ.
— Я заметил, — тяжело вздохнул начальник СБ и снова потёр пострадавшую от Хизмэя руку. — Как малолетку меня уделал, сучонок.
— А вот с этого места, поподробнее, — вспомнил я, о чём ещё хотел с ним поговорить. — Как вообще так получилось?
— Да сам дурак, — ухмыльнулся Толя. — Кто же знал, что он такое умеет, вот и совершил ошибку, недооценил. Впредь буду умнее. Приёмчик-то на самом деле детский, ему всех первогодок в каждой секции по рукопашке учат.
— Ну, лицо у тебя было совсем недетское, — ухмыльнулся я. — Короче, Толя, усиль бдительность, сам же видишь — непростой малый, очень
